EN|RU|UK
 Політика України
  9596  110

 Ірина Геращенко: "До Зеленського зараз неабиякий інтерес у світі. Тож чому ці ваші фішечки, які ви так любите в спілкуванні з опонентами, не використовуються в боротьбі за Україну?"


Автор: Євген Кузьменко

Про мляву зовнішню політику нового президента і конфлікт Зеленський-Клімкін. Про камбек росіян у ПАРЄ і Мінські угоди як менше зло. Про те, чому не переобрався Порошенко, чотири головні загрози нової Верховної Ради та багато іншого - у великому інтерв'ю першого віце-спікера нинішньої Ради.

Этот разговор с Ириной Геращенко должен был стать подводящим итоги: уже очень скоро парламент 8-го созыва прекратит свое существование, а сама Ирина покинет кабинет первого вице-спикера. Формальная логика вещей предполагала разговор об ошибках и неудачах, исторических решениях этого созыва, эволюции депутатского корпуса и прочее.

Однако события новейшего времени идут настолько непрерывным потоком, что "Цензор.НЕТ" решил перестроить ход разговора. И начали мы с разговора о внешней политике Украины и развернувшихся на этом фоне нескольких громких конфликтах.

Ірина Геращенко: До Зеленського зараз неабиякий інтерес у світі. Тож чому ці ваші фішечки, які ви так любите в спілкуванні з опонентами, не використовуються в боротьбі за Україну? 01

- История с возвращением российской делегации в ПАСЕ стала едва ли не первым крупным скандалом для новой президентской команды. Претензии к Президенту Зеленскому касательно его действий в этой ситуации – на самом деле имеются, и немалые. Но давайте будем справедливы: все же не Президент Зеленский и его ошибки, а геополитическая конъюнктура и активная обработка русскими европейцев легли в основу этого болезненного для нас решения. Согласны со мной?

- Начнем с того, что многочисленные попытки вернуть российскую делегацию в Парламентскую ассамблею Совета Европы предпринимались все эти 5 лет. Лоббисты Кремля, которые говорят на разных европейских языках, начиная с французского, немецкого, английского, голландского и заканчивая испанским, – эти политики очень активно работали в Ассамблее для того, чтобы вернуть российскую делегацию. И нам все время удавалось отбить эти атаки. Каждый год проходили слушания, принимались резолюции. Это всегда были очень непростые дебаты. И нашей делегации удалось даже впервые в истории Ассамблеи поднять и провести вопрос об импичменте пророссийского президента Аграмунта.

Почему у нас получалось добиваться успеха? Эта работа никогда не была легкой; она требовала межпарламентского диалога с национальными делегациями, в ЕРР, других партийных группах, комитетах. А еще эта работа требовала консолидированной позиции с Президентом, президентским Офисом и министерством иностранных дел, нашим представительством в Страсбурге, с Послом при СЕ. Понимаете, сама по себе сессия – как в Верховной Раде, так и в Ассамблее – это вершина. А обсуждение резолюции, согласование позиции происходят в межсессионный период. И это всегда была комплексная, многоплановая работа.

Вот почему Президент Порошенко, понимая всю имиджевую, моральную, политическую важность этого вопроса, держал его на личном контроле. И не было таких международных встреч, где бы этот вопрос не поднимался! В диалоге с Германией и Францией, другими европейскими странами.

"БЫЛА ШОКИРОВАНА, КОГДА ЗЕЛЕНСКИЙ ПОЕХАЛ В КАНАДУ И СТАЛ ТАМ РАССКАЗЫВАТЬ, ЧТО У НАС НЕТ ПАРЛАМЕНТА. ЭТО НЕМУДРО. ПОТОМУ ЧТО ЭТО БЬЕТ ПО УКРАИНЕ"

- Желание вернуть российскую делегацию в самом деле было настолько заметно?

- Да, и очень давно. Ягланд, предыдущий генсек Совета Европы, занимал откровенно пророссийскую позицию. Мы как-то обратили внимание на то, что в его кабинете стояла одна фотография, и на ней – он с Путиным. Очень символично и красноречиво! Правда в том, что он работал над возвращением России давно и системно. Но – при Порошенко действовал принцип: ничего об Украине без Украины. Сейчас это правило впервые нарушено, европейские страны за спиной у нас о чем-то договариваются. И здесь крайне важна активная позиция Киева и Президента, нужно ломать такие сценарии, Приведу один пример. 2015-й год, саммит Восточного партнерства в Риге, обсуждается итоговая декларация. И вот туда наши европейские партнеры пытались внести пункт о том, что Украина безвиз получит только после окончания войны. И предварительно этот пункт был уже согласован ними – и безвиза мы могли бы не иметь по сей день. Но вы не представляете, как там творил Президент Порошенко! Делегация вышла с этого заседания просто мокрая, потому что изначально в резолюцию были внесены позиции, которые имели политический подтекст и касались безвиза. Но Президенту, нашим дипломатам - удалось снять этот пункт. Нереальными усилиями! Потому что нужно всегда бороться до конца!

Еще пример – о том, как Голландия проголосовала на референдуме против Соглашения об ассоциации, и их парламент оказался заложником этой ситуации. Мало кто об этом знает, но Президент Порошенко тогда лично обзванивал некоторых голландских депутатов, лидеров политических групп. Обзванивал - и просил во время ратификации поддержать Украину. И нам это удалось!

Что касается Президента Зеленского, то к нему сейчас есть огромный интерес в мире. В кулуарах ассамблеи очень многие расспрашивали: что вы можете сказать о Президенте Зеленском? Они спрашивают – а мы ничего не можем сказать. Не потому, что мы в оппозиции – просто мы действительно не знаем его позиций по многим вопросам или каких-то вещей. Хотя я считаю, что на этом интересе к его персоне, на этом внимании его активность сработала бы на Украину.

Ірина Геращенко: До Зеленського зараз неабиякий інтерес у світі. Тож чому ці ваші фішечки, які ви так любите в спілкуванні з опонентами, не використовуються в боротьбі за Україну? 02

- Ну, хорошо, как бы в этой ситуации на месте Зеленского действовали вы?

- А почему вы задаете этот вопрос первому вице-спикеру? Но уж если бы мне пришлось советовать господину Зеленскому, я бы посоветовала ехать и бороться. Да, возможно, решения о возвращении русских в зал ПАСЕ мы бы не изменили – но был бы другой расклад – а не 118 на 62.

- Что бы вы еще посоветовали?

- Я бы посоветовала и сейчас "не складывать лапки". Мы как делегация их не складывали – вот и Президенту не стоит этого делать! Во всех европейских СМИ вышли разгромные статьи по Ассамблее. Резко критичные к решению Ассамблеи и европейским политикам; поддержка по отношению к украинской делегации. Но почему там нет статьи украинского Президента? Напишите статью, расскажите о нашей позиции, напомните о войне, о наших жертвах, о погибших, о моряках и политзаключённых. К Зеленскому сейчас есть очень большой интерес в мире. И продлится он еще какое-то время, а потом "медовый месяц" закончится. Так поддержите этот интерес, добавьте ему драйва, проявите активность! Запишите его влог на английском языке для европейской аудитории. Это будет иметь бешеный успех. Вот интересно, почему эти ваши фишечки, которые вы использовали здесь в общении с вашими оппонентами, не используются сейчас в борьбе за Украину?

- Я, кстати, тоже недоумеваю по этому поводу. Куда подевался сумасшедший предвыборный креатив, где знаменитые ролики и "видосы"?

- Я с пониманием отношусь к внешнеполитической неопытности Президента. Это такое дело … Но страна не должна быть заложником этой неопытности. Команда должна сейчас очень четко работать над тем, чтобы позиция была внятной и активной; чтобы по максимуму использовать краткосрочную на внешней арене популярность нового Президента. По максимуму для Украины! Вот их задача.

Понимаете, что в Киеве, что в Брюсселе, Минске, Страсбурге – я отстаиваю Украину, ее национальные интересы. И хотя у меня свое отношение к Зеленскому, к главе украинского государства на внешней арене мы будем демонстрировать уважение. Это – цивилизованная практика, европейская политическая культура. И я, честно говоря, была шокирована, когда Зеленский поехал в Канаду и стал там рассказывать, что у нас нет парламента. Это немудро. Потому что это бьет по Украине. Думаю, в этом и есть разница между государственным деятелем и неофитом. В понимании того, где заканчивается внутривидовая политическая борьба и начинается Украина!

- Хорошо, тогда как опытный политик расскажите, что конкретно мог сделать Зеленский в истории с возвращением русских в ПАСЕ.

- Что конкретно? Например, мы как делегация обратились к Офису Президента - с просьбой о встрече. Но встречи не случилось. Мы, правда, имели встречу с представителями МИД и мы коротко пообщались с Офисом Президента - просили во время визита Зеленского в Париж и Берлин жестко поднять вопрос о ПАСЕ. Президент во время пресс-конференций в Париже и в Берлине заявил, что нет никаких оснований для того, чтобы российская делегация была возвращена в Ассамблею. Это хорошо, что Президент озвучил эту позицию. Однако в целом хотелось бы от него и Офиса больше активности, даже напора во внешней политике, конкретности, четкой артикуляции проблематики и позиции. Ведь на самом деле, если бы он приехал в Страсбург, это бы там имело фурор. И наша делегация всячески бы его поддержала. Мы же там все воюем за Украину – пускай на выборах и в парламенте мы и оппоненты.

- Вот этот недостаток активности новой команды на разных направлениях отмечают многие. У вас нет ощущения того, что у них жизнь разделилась на две части: до парламентских выборов и после? Дескать, вот пройдут выборы - тогда мы развернемся. Вот тогда вы все увидите. А сейчас мы только готовимся …

- Мне бы меньше всего хотелось говорить об их команде, потому что я не член их команды. Я хочу говорить о нашей команде. Но как человек, который достаточно давно в украинской политике (а до этого наблюдал за ней как журналист), я вижу несколько рисков для нового парламента.

- Любопытно. И какие же?

- Первое: в следующий парламент зайдет достаточно большая группа политических пионеров, которые познакомятся друг с другом в сессионном зале. И они там будут как в той игре: "Вожатый, вожатый, подай пионера!". При том, что и вожатый - сам человек достаточно неопытный. И потом, все большие фракции, если они не объединены вокруг чего-то, помимо популярного бренда и фамилии, – подвержены большой опасности расползания.

- Вторая угроза?

- Вторая серьезная угроза – что в следующий парламент зайдет большая группа политических волкодавов, которые хотят перегрызть горло не столько парламенту, сколько Украине.

И эта пророссийская колонна будет опытная, циничная, ухищренная во всех бюрократических нюансах работы парламента. В отличие от неофитов, которым понадобятся пара месяцев для того, чтобы понять, как работает эта структура. Это серьезная опасность – и я считаю, что задача нашей политической силы – останавливать этот реванш. И бороться, бороться за сохранение института парламента, за то, чтобы эта структура нормально работала.

- Третья угроза?

– Это, безусловно, однопартийное большинство. Потому что в Украине всегда был баланс политических сил, какой-то здоровой конкуренции. И этот баланс в то же время помогал, что называется, держаться берегов.

- А теперь берегов может не стать?

- Да, и эта безбрежность достаточно опасна не только для страны, для парламента как институции, но и для самой политической силы, которая претендует на всю полноту власти. И в-третьих, мы же не понимаем ни ее идеологии, ни ее позиции. Кто-то там - ватник, кто-то – с проукраинской позицией, одни – за СССР, другие – за ЕС и НАТО. Этот политический борщ, он невкусный, на самом деле. Его вкус, я думаю, не понятен пока и самим поварам. Это может быть такими достаточно серьезными угрозами.

- Четвёртая?

- Некомпетентность и популизм. Разве этого мало?

Ірина Геращенко: До Зеленського зараз неабиякий інтерес у світі. Тож чому ці ваші фішечки, які ви так любите в спілкуванні з опонентами, не використовуються в боротьбі за Україну? 03

"НЕ СТОИТ ДАВАТЬ, В ТОМ ЧИСЛЕ И ПРЕЗИДЕНТУ, ВОЗМОЖНОСТЬ ПЕРЕКЛАДЫВАТЬ НА КОГО-ТО ОТВЕТСТВЕННОСТЬ. НЕОБХОДИМО ДАТЬ ЕМУ ВОЗМОЖНОСТЬ СФОРМИРОВАТЬ СВОЮ КОМАНДУ И ДВИГАТЬСЯ ДАЛЬШЕ"

- Поговорим о публичном конфликте Президента и министра Климкина.

- Это ужасно.

- Это было у всех на глазах – и, кажется, все уже написали про ошибки Президента, обратили внимание на истеричный тон его высказываний. А как насчет Климкина? Разве в действиях министра вы не усматриваете элемент провокации? Вам не кажется, что он не был предельно настойчив в желании коммуницировать с Зеленским?

- Безусловно, в любом публичном конфликте есть ошибки и недоработка двух сторон. Однако, как государственный деятель, я буду оценивать этот конфликт с точки зрения репутации не конкретного человека – но имиджа дипломатического ведомства и государства. Это ужасно, когда две институции публично выясняют между собой отношения! Более того, Президент – главный дипломат страны, он же Верховный Главнокомандующий. Это те две структуры - МИД и Армия, на которые ему надо опираться, демонстрировать единство и целостность позиции. Ведь любой такой публичный конфликт касается не только нынешнего министра – за этим внимательно следят все дипломаты. И дипломатическое ведомство на самом деле всегда было достаточно аполитично. Они серьезно и профессионально работают на страну.

- Но при этом очень чутко ко всем колебаниям в центре…

- Они чувствительны к таким конфликтам. Понимаете, теперь любая нота нашего министерства в любую страну может требовать подтверждения Офиса Президента. Мне кажется, что если произошел какой-то сбой, то Офису Президента просто необходимо сейчас найти возможность для более тесной коммуникаций с МИДом. В то же время я признаю, что Верховная Рада должна удовлетворить и желание Климкина пойти в отставку, и позицию Президента, который подал представление на нового министра иностранных дел господина Пристайко. Я уверена, что парламент должен найти для этого голоса и время 11 июля, когда от Избирательного кодекса мы, наконец, перейдем к другим вопросам повестки. Потому что такие кадровые разборки точно не нужны ни стране, никому. Не стоит давать, в том числе и Президенту, возможность перекладывать на кого-то ответственность, мол, не дают, мешают. Необходимо дать ему возможность сформировать свою команду и двигаться дальше.

- Куда не посмотришь этим летом, во внешней политике у нас - сплошные поводы для тревоги… Россия все ближе к отмене или ослаблению санкций. Путин напрямую в лицо говорит Европе, что не признает выводов международной комиссии по сбитому МН-17. Россия возвращается в зал ПАСЕ. Переговоры о нашей участи стали вести без нас…

- Вот это очень опасно.

- Я что-то пропустил в этом списке?

- Да, ещё несколько тревожных моментов. Кто-то превратно комментирует Минские соглашения, внутри страны и вне ее. Россия дважды собирает Совбез ООН по языковому закону Украины. Украина пассивна и на этой площадке. А ведь раньше мы всегда достаточно активно использовали Совбез ООН. Когда нам говорят "Что вам это давало?", я отвечаю: "Сорри, нам это давало возможность лишний раз напоминать об агрессии Российской Федерации, оккупации Крыма и Донбасса! Это помогает держать вопрос Украины, санкции в международной повестке, чтобы русские знали: им не будет ни дня, ни ночи, ни минуты покоя, пока Крым и Донбасс не вернутся под юрисдикцию Украины на украинских условиях. И все эти заявления о том, что давайте Донбассу дадим русский язык, и это решит проблему - это подыгрывание сценариям Кремля, сигналы, что возможно возвращение Донбасса на российских условиях.

- На каких именно условиях?

- Как одного из округов России, некоего Малоросского автономного округа, который будет блокировать Украине путь к ЕС и НАТО. Этого нельзя допустить. Знаете, я еще не сформировала для себя мнение, почему это делается, по неопытности политической или это позиция, умысел. Но и одно, и другое - опасно для Украины.

- Вы провели сотни поездок и встреч в рамках Минских договоренностей, в процессе освобождения украинских пленных. Если коротко, как бы вы охарактеризовали линию Зеленского относительно Крыма и войны на Донбассе?

- По Крыму я вообще ничего не слышу. Тишина. По Донбассу… знаете, на протяжении избирательной кампании мы слышали много популистских заявлений о том, что вот, будет новая власть – и на второй день будет прекращена война, освобождены заложники, нужно просто прекращать стрелять. Говорилось и о том, что Минские соглашения – это предательство.

- "Верните моряков, Петр Алексеевич".

- Верните немедленно, да. Вы не хотите сделать то, вы не работаете над этим – и т.д.

Но когда выборы прошли, мы вдруг услышали, что альтернативы Минским соглашениям нет, что не так просто прекратить войну; что моряков удерживает Путин, а не Порошенко. Наконец-то пришло это озарение и осознание! Безусловно, мы приветствуем тот факт, что в этих заявлениях присутствует здравый смысл. Вы знаете, я за эти 5 лет столько критики на себя собрала за Минские соглашения, но была последовательна. Да, это тяжелые соглашения, не идеальные, подписанные в самые драматические моменты полномасштабного вторжения. Однако они дали шанс нашей армии выиграть время, нарастить мускулы, шаг за шагом продвигаться вперёд, по километру освобождая Украину,

Я всегда буду поддерживать шаги по деэскалации конфликта. Однако деэскалация – это не синоним имитации. Если мы говорим о разведении войск в Станице Луганской, это важно? Важно. Мы действительно с 16-го года вели переговоры о разведении войск и военной техники в трех точках на линии соприкосновения. В двух они были разведены, а в Станице Луганской этого не получалось сделать, потому что там не прекращалась стрельба.

Сейчас войска разведены. Однако ключевой момент - это прекращение огня, стабильный, режим тишины. Об этом пока что так и не удалось договориться. К сожалению, пока что не удалось договориться даже о "хлебном перемирии", и в этом контексте особо нелепо выглядели заявления пресс-службы Президента о "первом конструктивном заседании в Минске". Не стоит так разбрасываться словами. И такими заявлениями подыгрывать боевикам и РФ. Конструктивное – когда есть результат. А когда 4 убитых воина за неделю и два медика – это точно не конструктив, а продолжение агрессии.

В Минских соглашениях четко прописан блок безопасности, и это режим тишины и выведение иностранной техники и войск. Это будет реальная деэскалация и конструктив. Что касается линии соприкосновения и мест разведения, той же Станицы Луганской, то очень важно, чтобы и Зеленский, и команда апеллировали не только к украинской стороне. Украина будет придерживаться Минских соглашений? Мы и так придерживаемся!

- А к кому еще, на ваш взгляд, необходимо апеллировать?

- Во-первых, к РФ. Они должны прекратить поставлять оружие и наемников. Во-вторых, к ОБСЕ. Евгений, мы с вами были в Станице Луганской. Вы прекрасно помните, что посередине этого моста стоит незаконно поставленный россиянами и боевиками блокпост. Он разобран? Можем снова поехать, посмотреть. Нет, он не разобран. И вот там должен стать постоянно действующий пункт СММ ОБСЕ. Которые вообще-то должны работать не так, как в то время, когда мы с вами заезжали в СММ, где они находятся – за Станицей Луганской.

- Да, я помню, их работа показалась мне … несколько поверхностной.

- Работают там только в светлое время суток, не фиксируя обстрелы ночью. А должны мониторить ситуацию возле моста 24 часа в сутки и 7 дней в неделю. Боевики немедленно должны разобрать все свои фортификационные сооружения на горе Князя Игоря. Которыми они, напомню, усилили свои позиции, нарушив Минские соглашения. Понимаете? Именно это должна озвучивать украинская власть. Не надо бояться ОБСЕ. Не надо все время только лишь восторгаться нашими международными партнёрами. Мы ценим их работу и поддержку, но мы должны очень четкую позицию отстаивать и выгрызать национальные интересы. В том числе в диалоге с нашими ближайшими партнерами. Забудешь что-то сказать, они – 100% забудут сделать. Понимаете? Очень важно на самом деле, когда у нас разводятся войска и отводится техника под Новоазовском. Чтобы там не стреляли и не скрывали обстрелы для того, чтобы показать "прогресс"…

Ірина Геращенко: До Зеленського зараз неабиякий інтерес у світі. Тож чому ці ваші фішечки, які ви так любите в спілкуванні з опонентами, не використовуються в боротьбі за Україну? 04

"МЫ ПОКАЗАЛИ ДОСТОЙНЫЙ РЕЗУЛЬТАТ. ГОД НАЗАД РЕЙТИНГ ПРЕЗИДЕНТА ПОРОШЕНКО БЫЛ ОКОЛО 5%, И ВСЕ РАССКАЗЫВАЛИ, ЧТО ОН ЗАЙМЕТ ПЯТОЕ МЕСТО НА ПРЕЗИДЕНТСКИХ ВЫБОРАХ. В ИТОГЕ ЖЕ МЫ БЫЛИ В ЛИДЕРАХ"

- Вы наверняка следили за поездкой на Донбасс Леонида Кучмы. Довольны тем, что Зеленский сделал на него одну из ставок в Минском переговорном процессе?

- Минская группа осталась в том же составе, в котором она работала, сформированная Президентом Порошенко. Кроме Ирины Геращенко, которая как европейский политик в тот день, когда Президент Порошенко занял второе место на выборах, написала заявление, что слагает с себя полномочия и уходит в отставку вместе с командой Президента Порошенко.

- Может быть, не стоило так поступать в сложившихся условиях, когда у новой команды минимум опыта в этих делах?

- Если я могу хоть чем-то помочь Минской группе, я всегда помогу. В том числе советом. Я открыта к такому общению. То, что переговорная группа осталась в том же составе, - показательно. Потому что переговорщиков и людей, которые понимают, что происходит в Минске и на Донбассе, в стране можно перечесть на пальцах двух рук, а то и одной. Я уверена, что мои коллеги по Минской группе, все делают для того, чтобы защищать интересы Украины. Тут важна не только переговорная команда, а в первую очередь задачи, которые ставятся, директивы, которые даются Президентом и его Офисом, МИДом. Последние сообщения из Минска безрезультатны: не удалось договориться из-за деструктивной позиции России. Украина говорит, готова к здоровым компромиссам и деэскалации. Однако Россия и ее марионетки на самом деле не заинтересованы в мире на Донбассе. Тоже по понятным причинам. Там чем хуже, тем лучше. Поэтому я могу только пожелать своим коллегам мудрости, мужества, сил, психического устойчивого здоровья, потому что это очень непростая история, эти переговоры. И, конечно, стоять на позиции защиты Украины, полного восстановления суверенитета и территориальной целостности.

- Поговорим о президентских выборах. Уже прошло время; что-то поддается осмыслению; уже видно, как народ мыслит, как он относится к действующему Президенту. Вы наверняка глубоко проанализировали итоги поражения. Скажите, почему аж 73%. Причем не только за Зеленского, но и против Порошенко. Какие факторы сошлись?

- На самом деле было бы очень наивно думать, что мы носим розовые очки и не знали настроений граждан и т.д. Во-первых, не считаю, что мы должны посыпать голову пеплом. Мы показали достойный результат. Год назад рейтинг Президента Порошенко был около 5% и все рассказывали, что он займет пятое место на президентских выборах. В итоге же мы были в лидерах.

Во-вторых, украинцы традиционно недоверчивы к власти. Имеют самые жесткие требования, ожидания от Президента. И выиграть выборы второй раз удавалось пока только Кучме – но там были особые условия, в том числе медийные. Остальным президентам не удалось переизбраться на второй срок – потому что украинцы традиционно очень критичны к власти. Этим мы отличаемся от других постсоветских государств: украинцы держат власть в жестких рукавицах. Это помогает, с одной стороны, лучше работать; но с другой стороны, иногда эти решения избиратели бывают очень эмоциональны.

И в-третьих, думаю, что вы не будете с этим спорить. Президент Порошенко и его команда все это время работали в достаточно жестком информационном поле. Потому что каналы, так или иначе, принадлежат тем владельцам, которые на выборах открыто поддерживали другие политические силы

- Но Ирина, это же при Президенте Порошенко Медведчук купил два канала…

- Знаете, Президента Порошенко многие оппоненты критиковали за разные вещи. Однако он очень четко развеял навязываемый обществу миф о диктатуре и закручивании гаек. Но команда действовала демократично и в вопросах СМИ. Каналы не закрывали и не отбирали. Хотя я бы действовала более жёстко в вопросах защиты информационного пространства в условиях гибридной войны, честно говоря. И ожидала большей жесткости в первую очередь от Нацсовета.

Кстати, и на выборах наша команда продемонстрировала верность демократическим принципам, это были честные выборы, хотя, сколько вранья было о сетках, схемах. Обратили внимание, как проголосовали тюрьмы? Они поддержали Зеленского и Тимошенко. А ведь все закрытые учреждения во всех недемократических государствах, и в Украине в определенные годы, голосовали за власть.

Далее. Как проголосовала армия? Тоже по-разному. Это важные сигналы с точки зрения того, что там не было давления и приказа. Хотя – и это правда, что и достаточной политинформации там также не проводилось...

- Ирина, вопрос к вам и как медийщику, и как государственному деятелю. Объясните, почему телеканалы в последнее время покупают лишь пророссийские бизнесмены? Почему, грубо говоря, эти активы не приобретает патриотично настроенный бизнес? Это потому что хорошие парни всегда координируются хуже, чем плохие парни?

- Я не принадлежу к тем людям, которые могут купить телеканал, поэтому ничего не могу вам ответить. У меня к вам как журналисту встречный вопрос. Есть у нас один патриотический телеканал, который сформировал 90% успеха нынешнего Президента – они исказили реальность, создав иллюзию, что общество выбирает Голобородько. И вот журналисты этого канала в приватных разговорах признаются: "Ира, ты же знаешь, мы голосовали за Порошенко, мы знаем, сколько он сделал для безвиза, для реформ, для армии и т.д". Все это хорошо – но только об этом не знают зрители этого канала, они же избиратели. Журналист считает, что он сделал честный сюжет – а вот то, что он идет в окружении манипулятивных материалов, искажения действительности, его не касается. Вот вы задаете вопрос мне как политику: как так? А я задаю вопрос журналисту: как так происходит, что в профессии стандарты размыты, цеховая солидарность отсутствует, профессиональной этики нет? А есть еще несколько телеканалов – это просто украинские аналоги "РашаТудей" по своей информационной политике.

- Ирина, но ведь и вы работали на телеканале "Интер". Понятно, что это был не тот "Интер", что последние 5-10 лет. Но я что-то не помню, чтобы и тогда это был невероятно демократичный канал.

- Вы молодой, значит, очень. Я работала на телеканале "Интер" в конце 90-х – начале нулевых. Это ещё были времена относительной свободы в медиа, у меня было ток-шоу и туда мы приглашали всех политиков, со многими, в том числе с Петром Порошенко, я тогда и познакомилась. Хотя, нельзя отрицать, что уже в те времена начинала зарождаться ползучая цензура. Однако я ушла с "Интера" в марте 2001 года.

Кстати, впервые в нашем с Сашей Мельничуком эфире на ток-шоу "Право выбора" появился Юра Луценко как участник акции "Украина без Кучмы". Я с ним тогда познакомилась. Нам удавалось на программу приглашать представителей разных политсил. Единственное, кого не смогли записать, - это Юлию Тимошенко. Была договоренность о ее интервью как вице-премьера – и тут, буквально за несколько дней до того, как она у нас должна быть в эфире зимой 2001 года, ее посадили в тюрьму. Я не могу сказать, что тогда не было "пожеланий и сигналов", они были. Но эпохи темников и цензуры я на "Интере" не застала, просто раньше ушла.

- Почему две такие разные ситуации: на канал ZIK пришел Медведчук – и буквально в тот же день там начался массовый исход людей. А на "1+1" народ хоть и жалуется вам в приватном режиме – но продолжает работать – пускай и не без внутренних трений и переживаний. Что, Медведчук настолько страшнее для репутации, чем Коломойский?

- Этот вопрос, наверное, нужно задавать все же журналистам. Как только политик начинает что-то говорить о СМИ, это трактуется как наступление на свободу слова. Поэтому мне кажется, что здесь гораздо более серьезную роль должны играть медийные союзы (у нас – имитация независимых профессиональных союзов) и цеховая культура. Также очень важно, чтобы более активную позицию занимали и профильный комитет в ВР, и Министерство информации и Нацсовет по вопросам телевидения и радиовещания. Вот, мы с вами разговариваем в день, когда наконец-то собрался кворум в Нацсовете, и продлили лицензию на вещание "Армии-ФМ" на Донбассе. Но разве это нормально, что об отсутствии лицензии "Армии-ФМ", о том, что это просто предательство и диверсия – не продолжить лицензию единственной эфэмке, работающей на оккупированной территории, вслух на Согласительном совете в ВР говорила только я? В принципе мне бы хотелось, чтобы вы не только лишь первому вице-спикеру задавали вопросы об информационной политике, в условиях гибридной войны, а в первую очередь тем структурам, которые существуют и обязаны защищать информационное пространство Украины.

- И о парламентских выборах. Рейтинги "Европейской Солидарности", которые мы сейчас наблюдаем, не дают вам основания надеяться на то, что в новой Верховной Раде вы будете играть очень заметную роль. Тяжело будет переключиться с самой большой фракции в Верховной на такой небольшой, хотя и боевой отряд с оппозиционным уклоном?

- Вопрос не только в количестве, а в качестве. Наша политическая сила – это, во-первых, партия, а не предвыборный проект. В 2014 году в парламент зашли новые лица. Более 50% новых лиц! А оказалось, что это не партии, а одноразовые политические проекты. Которые как салфетка – их использовали и выбросили.

Сейчас заходит новая серия этих политических проектов, без внятной позиции и лица. А мы – партия, у нас есть идеология (правоцентристская), у нас есть очень четкая цель – ЕС и НАТО. Мы, как партия, развиваемся и очищаемся, эволюционируем. Да, у нас были ошибки – кадровые, коммуникационные, но, что важно, мы сумели честно их признать. Это все остальные у нас белые и пушистые.

- Отчасти честно признали, отчасти – нет…

- Хорошо, но это все же процесс. В личностном плане иногда тоже непросто сказать: я был не прав. В политическом, партийном – тем более. Это процесс, для которого нужно время. Мы свои ошибки анализируем, понимаем, признали, и мы их исправляем. Я же не сказала: исправили. Мы их исправляем. Мы в процессе. Я о себе скажу: я не люблю партии власти. Они похожи одна на другую, и как кто- то сказал, что не строишь – все равно получается КПСС. К партии власти вечно какие-то прилипалы, конъюнктурщики присасываются. Я никогда не была членом ни одной партии. Но сейчас, в непростое для "Европейской Солидарности" время, когда партия переформатируется, я приняла решение - взять партийный билет.

Ірина Геращенко: До Зеленського зараз неабиякий інтерес у світі. Тож чому ці ваші фішечки, які ви так любите в спілкуванні з опонентами, не використовуються в боротьбі за Україну? 05

- Поздравляю. Но у меня вопрос о кадрах. Первая десятка вашего списка ни у кого не вызвала критики. А вот во вторую попали, в большей мере, люди, объединенные личной преданностью Петру Алексеевичу. И еще всех возмутило отсутствие во второй десятке новых лиц. Люди спрашивают: а где же обещанные победители праймериз?

- Какова концепция формирования партийного списка? Мы – единственная команда, которая соединила в себе профессиональных политиков, опытных управленцев, государственных деятелей и новые лица, профи своего дела, авторитетных и уважаемых людей. Нас всех объединяет проукраинская позиция, цель - интеграция страны в ЕС и НАТО, умение отстаивать интересы Украины и бороться за них. В нашей команде много военных, есть лидеры крымских татар, бывшие политзаключённые – безусловно, это не случайно. Это команда сильных людей, политический спецназ, готовый бороться за принципы и за страну.

Теперь о праймериз. Их проводила не партия, а общественная организация. Мы очень благодарны общественной организации за это сотрудничество. Однако списки все же партийные, и утверждает их партия и партийный съезд. Поэтому те люди, которые прошли праймериз общественной организации, усилят нашу команду. Однако на будущее надо, чтобы на следующие выборы прошел партийный праймериз.

- Рейтинги говорят, вы пройдете в следующую Раду. Встанет вопрос о коалиции. Вроде бы вас странно ждать в коалиции со "Слугой народа", которая в новом созыве будет, видимо, задавать тон. Но вот недавно один из главных штабистов "ЕС" Сергей Березенко высказался в том смысле, что: а почему бы и нет?

- Он не так сказал. Он сказал, что в вопросах защиты страны, продвижения к ЕС и НАТО готовы к сотрудничеству. А что касается коалиции и оппозиции, то можно я выскажу свое мнение об оппозиции? Во-первых, одной из ошибок нынешней Рады было то, что за оппозицией не были закреплены ее права, она не получила ряд парламентских комитетов. Я неоднократно высказывала эту точку зрения – и настаиваю, что оппозиция должна иметь четкие права и определенные рычаги влияния.

- Что вы имеете в виду?

- В том числе комитет свободы слова, регламентный, бюджетный, место вице-спикера. При этом не исключено, что в следующей ВР может быть две оппозиции. Одна – это пятая колонна Кремля. И лучше, если они будут в оппозиции. Я не знаю, готова ли партия "Слуга народа" быть в коалиции с бывшими регионалами, и это тоже один из рисков следующего парламента. Для страны коалиция СН и оппоблоков была бы смертельно опасна.

Очевидно, что в следующем парламенте будет и демократическая оппозиция к нынешней власти. Мы умеем работать и в коалиции, и в оппозиции, быть активными, заметными и сильными.

Теперь о коалиции. Мы, как и любая политическая сила, за три недели до выборов должна бороться за власть. За первое место. Мы за это и боремся. Я знаю, что есть рейтинги – но все равно. Если ты идешь на выборы с настроением, что у нас там все равно не первое место, – тогда не стоит на них и идти. Мы боремся за то, чтобы максимально расширить наш электорат; мы изменили нашу коммуникационную стратегию. Петр Порошенко очень активно общается с избирателями. Я только что вернулась с Франковщины, с Донбасса, это были прекрасные встречи. Наши первая, вторая, третья десятки – в туре, много ездят, общаются, разъясняют. Мы боремся за то, чтобы войти в ВР большой фракцией, максимально влиять на принятие решений, на формирование власти и повестки дня.

С кем мы будем в коалиции? Точно, никогда не будем с "Оппоблоком" и "Оппоплатформой", всеми этими трансформациями команды Януковича. Мы можем сотрудничать с теми, с кем совпадает позиция относительно развития Украины, нашего внешнего вектора. Мы будем объединяться не вокруг названий партий, а за принципы. Все кто за ЕС, за НАТО, за решение политико-дипломатическим путем войны на Донбассе – но через усиление украинской армии и возвращение Донбасса и Крыма на украинских, а не кремлевских, условиях, – это наши союзники.

- Вы так уверены, что объединение в коалицию будет на основе идеологий, а не нескольких лидеров?

- Я говорю сейчас о наших будущих союзниках. Еще раз хочу подчеркнуть: я не знаю, что такое "Слуга народа". Я человек вроде бы политически подкованный, но спроси меня – и я не назову их первую пятерку. Разве что на эфире видела их первый номер Разумкова и на согласительных советах мы пересекаемся с господином Стефанчуком. Да, давно знаю Сашу Ткаченко – мы вместе учились на журфаке и как коллеги общаемся, конечно.

Остальных людей я пока просто не видела, не знаю.

- Что ж, уже неплохо.

- Да, но в целом я не знаю этой команды, их позиции. А меня интересуют, в первую очередь, вопросы внешней политики, Донбасса, Крыма.

- Вы сейчас много ездите по районам – и вам доводится, я думаю, регулярно слышать: мол, все, что происходит, началось при вас. Медведчук купил два канала при Петре Алексеевиче, спокойно летал в Россию – при Петре Алексеевиче. Большая группа беглых мерзавцев была снята с розыска (или приблизилась к этому) при Петре Алексеевиче. Ненависть Коломойского и ряда других супербогатых лиц – вызвана неравными правилами игры Порошенко по отношению к олигархам…

- Знаете, уважаемый коллега, я хочу сказать, что уже полтора месяца, как у нас – другой Президент и другая команда. Вот и давайте, продемонстрируйте, что при вас – по-другому!

Евгений Кузьменко, "Цензор.НЕТ"

Фото: Наталья Шаромова, "Цензор.НЕТ"

Источник: https://censor.net.ua/ua/r3136704
 Топ коментарі
Коментувати
Сортувати:
у вигляді дерева
за датою
за ім’ям користувача
за рейтингом
Сторінка 2 з 2
<<<1 2
Сторінка 2 з 2
<<<1 2
 
 
 
 
 
 вгору