EN|RU|UK
  74523  501

 ПОЧЕМУ "ПУТИНСКИХ СОКОЛОВ" СБИВАЛИ В НЕБЕ ГРУЗИИ? АНАЛИЗ РОССИЙСКИХ ВОЕННЫХ РАЗОБЛАЧАЕТ ПРОПАГАНДУ КРЕМЛЯ

Официальные СМИ России захлестнула волна антиукраинской пропаганды, связанной с войной в Грузии. Российские генералы заявляют, что тяжелые потери ВВС РФ в небе Грузии - следствие враждебных действий украинских военных, которые якобы тайно...

...управляли всей грузинской военной машиной, и предательски сбили по официальным данным стратегический бомбардировщик Ту-22М3 и три штурмовика Су-25.

По неофициальным данным, в списке потерь как минимум один Су-24МР. Якобы все эти тяжелые потери нанес один-единственный зенитно-ракетный комплекс "Бук - М1" (выпущенный, к слову, 25 лет назад, и давно морально устаревший), которым управлял, согласно фильму телеканала "Россия" и журналисту А.Мамонтову, полковник запаса украинской армии Полесский, пожилой человек, имеющий, по словам Мамонтова, большие проблемы с алкоголем. У "Цензор.Нет" изначально были веские сомнения, что даже несколько сильно пьющих "стариков-разбойников" из Украины могли так сильно унизить целую 4-ю армию ВВС и ПВО РФ. Дело в том, что один или даже несколько устаревших ЗРК войсковой ПВО не могут представлять серьезной угрозы при наличии абсолютного господства в воздухе, в условиях горного рельефа, снижающего до минимума время реакции, а главное - при наличии в ВВС РФ достаточного количества самолетов и вертолетов радиоэлектронной борьбы (РЭБ), средств радиотехнической разведки (РТР), возможности выделить для подавления немногочисленных средств ПВО десятки боеготовых ударных самолетов - от Су-25 и Су-24М до пары новейших истребителей-бомбардировщиков Су-34, либо подавить цели оперативно-тактическими ракетами. Истерия по поводу "страшных" украинских зенитчиков, которые дескать, подло посбивали ничего не подозревающих россиян, дает основания задуматься - а не пытаются ли таким образом высокопоставленные руководители, ответственные за понесенный тяжелый урон, переложить ответственность с себя, на некоего страшного противника, просто демонизированного в государственных СМИ?
 
Любопытно, что убедительный ответ - почему же были так легко сбиты самолеты ВВС РФ, первыми дали именно российские военные эксперты. Одно из ведущих военных аналитических изданий России "Воздушно-космическая оборона" посвятил детальное профессиональное исследование основным аспектам действиям ВВС России в пятидневной войне.

Профессионалы подтверждают, что система ПВО Грузии не представляла собой ничего особенного в военном плане. И после понесенных потерь она была без особых проблем нейтрализована штатными силами и средствами 4-й армии. Особенно любопытен вывод, что штурмовики Су-25 были сбиты отнюдь не "Буком", а комплексом ПВО "Оса". Журналист Мамонтов на всю Россию заявлял, что Су-25 были сбиты именно "Буками", а это якобы такая сложная техника, что грузины ее освоить не могли... Специалисты говорят  - штурмовики были сбиты именно "Осами" - а это один из простейших по управлению комплексов ПВО, который можно применять вообще не включая радиолокатор, и наводить через обычный оптический визир. Словом, официальная пропаганда Кремля не подтверждается российскими же военными экспертами. Это дает еще одно веское основание утверждать, что государственное телевидение "России" занимается разжиганием ненависти к Украине между нашими братскими народами, не имея сколько-нибудь существенных оснований.

"Цензор.Нет" предлагает вашему вниманию полный текст аналитической статьи Андрея Михайлова, российского издания "ВКО".

Пятидневная война: итог в воздухе

Полученный боевой опыт прививается в вооруженных силах с трудом

Как отмечал журнал «ВКО» (№ 6 (37) за 2007 г., с. 103), изучение боевого опыта – самое эффективное средство для обучения военному делу. Однако опыт локальных войн и вооруженных конфликтов у нас практически не изучается (и не задерживается в войсках). Поэтому каждая новая война для Вооруженных Сил – как первая в отечественной истории. Не является в этом плане исключением и пятидневная кавказская война. Для того, чтобы опыт боевых действий доводился до самых широких масс офицерского состава, уже необходимы экстраординарные усилия. Наверное, пора уже разбираться по каждому случаю утаивания особенностей очередного конфликта самым серьезным образом. Причем вплоть до того, не являются ли лица, препятствующие изучению опыта военных действий (вольно или невольно – под теми или иными предлогами) соответствующими агентами влияния враждебных России иностранных государств.
Читателям «ВКО» предлагается анализ некоторых сторон боевого применения Военно-воздушных сил в очередной кавказской войне (8-14 августа 2008 г.)

ПВО ГРУЗИИ

Радиолокационное обнаружение, оповещение и управление боевыми действиями сил и средств ПВО Грузии осуществлялось органами боевого управления и стационарными радиолокационными постами по информации от РЛС 36Д6, П-37, 5Н87, П-18, 19Ж6, ПРВ-9, -11, -13, ASR-12, а также различных РЛС французского производства в районах н.п. ПОТИ, КОПИТНАРИ, ГОРИ, ТБИЛИСИ, МАРНЕУЛИ.

Для управления боевыми действиями использовались проводные линии связи, радиостанции, работающие в защищенном режиме передачи информации, средства связи и передачи данных гражданского назначения.

Для выявления и вскрытия противостоящей группировки войск широко использовались средства радио- и радиотехнической разведки, беспилотные летательные аппараты типа «Гермес».


К сильным сторонам системы ПВО Грузии можно было отнести:

- высокую мобильность средств ПВО и ее эшелонирование (наличие ЗРК малой дальности и ближнего действия, ПЗРК, ЗА);

- наличие профессионально подготовленных боевых расчетов ЗРК «Бук-М1», «Оса-АКМ» (уже в ходе военных действий отмечалась грамотная организация и умелое тактическое применение средств ПВО Грузии);

- несовпадение частотного диапазона РЭС ЗРК Грузии советского производства с рабочим диапазоном ГСН УР «воздух-РЛС» российской авиации (существующие литеры ГСН в основном предназначены для работы по частотам РЭС ПВО НАТО, а не по своим средствам);

- наличие в ЗРК «Оса-АКМ» оптического канала наведения ракет, а также отсутствие у российских самолетов штатных средств РЭБ индивидуальной и групповой защиты в рабочем диапазоне частот этого ЗРК;

- наличие пассивной системы оповещения и целеуказания от средств РТР украинского («Кольчуга») и американского («СкайНет») производства.

К слабым сторонам системы ПВО Грузии можно было бы отнести достаточно низкую помехозащищенность ЗРК «Бук-М1», «Оса-АКМ», которая не позволяет им вести боевые действия в условиях активных и пассивных помех, а также относительно низкие пространственные характеристики зоны поражения ЗРК «Оса-АКМ» (дальность до 10 км, высота до 5 км).

Таким образом, противодействие нашей авиации на маршрутах полета и в районах нанесения удара могли оказывать:

- самолеты грузинских ВВС типа Су-25 и Л-29 с использованием пушечного вооружения, бомб свободного падения, НУРС и ракет «воздух–воздух» Р-60 с инфракрасными (ИК) головками самонаведения;

- зенитные ракетные комплексы С-125, развернутые в районах ТБИЛИСИ, МАРНЕУЛИ, ПОТИ, а также дислоцированные в районах наиболее важных государственных и промышленных объектов и транспортных коммуникаций ЗРК «Бук»;

- ПЗРК «Стрела-2,-3», «Игла», 57-мм орудия зенитной артиллерии С-60, 23-мм ЗСУ типа «Шилка» и ЗУ-23-2 в тактической глубине, а также по маршруту полета с господствующих высот.

При этом тактика применения ЗРК малой и средней дальности предусматривала работу из засад, попеременную работу с перемещением, включение РЭС наведения ракет непосредственно на дальней границе зоны обнаружения, автоматизированное управление в группировках ПВО, целеуказание от комплексов радиотехнической разведки и РЛС управления воздушным движением.

ПЕРВЫЕ ВЫЛЕТЫ – ПЕРВЫЕ ПОТЕРИ

Как уже отмечалось журналом «ВКО», силы оперативной радио- и радиотехнической разведки из состава Военно-воздушных сил были переданы в непосредственное подчинение ГРУ ГШ. Приходится констатировать, что от ГРУ ГШ органам разведки ВВС помощи фактически не было. В этих условиях ВВС были вынуждены действовать на свой страх и риск. Военно-воздушные силы, не имея собственных средств оперативной разведки, в принципе уже не могли иметь и достоверных данных о расположении активных средств ПВО Грузии и организации управления ими. Это стало основной причиной боевых потерь нашей авиации. Но даже в этих условиях собственными средствами радиотехнической разведки РЭБ ВВС уже в первый день военных действий была выявлена работа в районе Гори и Тбилиси ЗРК «Оса» и «Бук».

Если летчики авиационной группировки, развернутой в этом районе, хорошо освоили район боевых действий и полеты в горных условиях, то экипажи вертолетов других объединений, переброшенные в район боевых действий, не были подготовлены к выполнению полетов в условиях горной местности, в связи с чем выполнение боевой задачи было сопряжено с риском потери экипажей. Кроме того, вертолеты Ми-8смв-пг не были оснащены средствами индивидуальной защиты, в том числе от ПЗРК.

Средства РЭБ самолетов и вертолетов, планируемых к боевому применению на территории Грузии, не в полной мере отвечали требованиям по обеспечению защиты от средств ПВО. Кроме того, учитывая гористую местность, прикрытие самолетами и вертолетами РЭБ боевых порядков ударной авиации из зон постановки помех на всем протяжении маршрута полета было просто невозможно. Также необходимо было учитывать малое работное время ЗРК «Бук» и возможные проведенные модернизации по включению в состав ЗРК средств целеуказания по ИК (УФ) излучениям и оптикоэлектронного наведения.

С началом военных действий в первых же вылетах силами авиации ВВС были выявлены и подавлены до 5 боевых машин «Оса-АКМ», до двух СОУ и одна СОЦ «Бук», а также ЗРК С-125. Все ЗРК либо были полностью подавлены, либо предпринимали безуспешные попытки наведения ЗУР, что было зафиксировано по режимам работы и параметрам сигналов РЭС ЗРК. В ходе ведения боевых действий наибольшую эффективность показал бортовой комплекс радиоэлектронной обороны Су-34.

Силами РЭБ осуществлялось радиоэлектронное подавление РЛС Грузии 36Д6, П-37, 5Н87, П-18, 19Ж6, ПРВ-9, -11, -13, ASR-12 в районах н.п. ГОРИ, ТБИЛИСИ и МАРНЕУЛИ. Вместе с тем, в ходе осуществляемого радиоэлектронного подавления РЭС противника наблюдались помехи и нашим РЭС типа 5Н84, 5Н87, П-18, П-37, размещенных на удалении 100-120 км от зоны постановки самолетами Ан-12пп.

Анализ боевого применения авиации в первые дни военных действий показал, что планирование обеспечения боевых действий оперативными группами авиации и ПВО на Юго-Осетинском и Абхазском направлениях осуществлялись без учета возможностей средств ПВО Грузии и особенностей применения своих авиационных средств РЭБ по их подавлению. Допускались грубые ошибки при постановке боевых задач, которые могли привести к потерям прикрываемой авиации, избежать которых позволили только грамотные действия командира сводной эскадрильи РЭБ.

Анализ боевого применения авиации в этот период показал недостаточную подготовку органов военного управления по планированию боевых действий в сложной обстановке, при активном противодействии ПВО Грузии. Опыт Чечни, Афганистана и Югославии был либо недостаточно изучен, либо начисто забыт.

Основными недостатками в организации боевых действий являлись:

- недооценка возможностей противника, привычка действовать по шаблонам, упрощенное отношение к планированию боевых действий, непонимание важности защиты самолетов и вертолетов, жизни экипажей, места и роли радиоэлектронной борьбы в общей системе боевого обеспечения;

- отсутствие детального анализа информации о системе ПВО ВС Грузии;

- невозможность оперативного применения постановщиков помех для обеспечения прикрытия ударной авиации из-за их отсутствия на ближайших аэродромах;

- шаблонность в применении ударной авиации: в первые двое суток операции полеты ударной авиации выполнялись строго по намеченным маршрутам с оптимальным распределением эшелонов в целях безопасности полетов, на скоростях, не превышающих 800 км/ч (для повышения точности бомбовых ударов), и на высотах, входящих в зону поражения неподавленных РЭС ЗРК ПВО Грузии.

Кроме того, действия авиации характеризовались следующими просчетами:

- не учитывалось возможное расположение активных средств ПВО Грузии и их зон обнаружения и поражения;

- не использовался рельеф местности;

- неоднократно выполнялись повторные заходы на цели (причем с одних и тех же направлений);

- уход от цели выполнялся с включением максимальных режимов работы двигателей и набором высоты заданного эшелона практически в районе цели;

- не учитывалось положение солнца и освещенных им предметов;

- не выполнялись противозенитные и противоракетные маневры;

- полет до целей и обратно 8 и 9 августа выполнялся по одному маршруту;

- задачи силам РЭБ ставились с грубейшими нарушениями, результатом чего могли стать потери прикрываемой авиации.


Были отмечены и существенные недостатки в обеспечении живучести авиации. К ним можно было отнести:

- отсутствие самолетов-разведчиков, способных вести детальную радиотехническую разведку в реальном масштабе времени с высокой точностью определения координат РЛС;

- несовпадение диапазонов частот РГС ракет «воздух-РЛС» и РЛС ЗРК ПВО советского производства, отсутствие аппаратуры управления и целеуказания;

- недостаточная численность постановщиков помех, малое время их нахождения в зоне постановки помех;

- недостаточная высота максимального потолка полета вертолетов – постановщиков помех, вследствие чего невозможно было их применять в условиях гористой местности Южной Осетии;

- отсутствие средств РЭП групповой защиты из боевых порядков.

Именно поэтому планирование первых авиационных ударов, выполнение специальных полетов осуществлялось без учета и детальной оценки возможностей ПВО Грузии на конкретном направлении по обнаружению и поражению самолетов и вертолетов управляемым оружием и зенитной артиллерией. К планированию действий авиации в недостаточной степени привлекались специалисты служб РЭБ. Проведение РТР осуществлялось нерегулярно и не всеми силами, без постановки пассивных и активных помех для уточнения радиоэлектронной обстановки, состояния системы связи и управления, дислокации РЛС РТВ и ЗРК, аэродромов базирования авиации. Космический контроль районов ведения боевых действий, КП, ПУ, выявленных позиций РЛС, ЗРК ВС Грузии практически не осуществлялся.

Все это потребовало незамедлительного вмешательства в руководство действиями авиации представителей Главного командования ВВС и разработки совместно с командованием 4 А ВВС и ПВО соответствующих рекомендаций экипажам самолетов и вертолетов.

В целях снижения боевых потерь нашей авиации стали широко применяться организационные меры:

- исключалось участие в ударах самолетов, не имеющих средств индивидуальной защиты;

- самолеты Су-25 выход из атаки производили при массированном отстреле тепловых ловушек и минимизировали время работы на максимальных режимах;

- ударную авиацию применяли только под прикрытием групповых средств защиты из зон самолетами и вертолетами РЭБ (Ан-12пп, Ми-8ппа, Ми-8смв-пг) и из боевых порядков самолетами Су-34 с комплексами РЭБ;

- применение боевой авиации осуществлялось на максимальной скорости и на высотах, исключающих применение ПЗРК и зенитной артиллерии Грузии.


С учетом разработанных в ходе первых же дней военных действий рекомендаций полеты авиации стали осуществляться по маршрутам с обходом районов, прикрытых средствами ПВО («Бук», «Оса-АКМ»), или над районами, где они были подавлены, а также на высотах более 3,5 тыс. м и скоростях, обеспечивающих оптимальные условия для преодоления противодействия средств ПВО. Широко использовались выходы на цели с направлений, не прикрытых средствами ПВО, и выполнение повторных атак с разных направлений с использованием рельефа местности и дымовых завес. Осуществлялся внезапный пролет зон обстрела с одновременным выполнением быстрого противозенитного маневра. Применялись атаки цели «с ходу» в минимальное время с использованием естественного теплового фона при уходе от цели (в сторону гор, облаков освещенных солнцем). Был освоен полет по разным маршрутам к цели и обратно с использованием демонстративных и отвлекающих групп самолетов и вертолетов. Летчики старались исключить повторный заход с того же курса и полеты по одному маршруту до цели и обратно. Выполнение боевого полета с использованием средств РЭБ и САБ осуществлялись, как правило, под прикрытием специально выделенных групп самолетов (вертолетов), при этом, по возможности, старались исключить работу двигателей на максимальном режиме и форсаже.

При угрозе применения средств ПВО выполнялся противозенитный и противоракетный маневры с одновременным отстрелом расходуемых средств РЭБ, а в районах возможного применения ПЗРК и при обнаружении пуска ракет, а также при подходе к объекту удара и выходе из атаки широко применялся отстрел ППИ сериями из нескольких патронов с минимальным интервалом между отстрелами.

ДЕЙСТВИЯ ДАЛЬНИХ БОМБАРДИРОВЩИКОВ

С получением распоряжения на подготовку к ведению действий по плану миротворческой операции по принуждению Грузии к миру, управления соединений и частей 37 ВА ВГК (СН) были организованно переведены на боевой режим работы, проведено уточнение задач, обеспечены устойчивое и непрерывное управление войсками, охрана и оборона объектов на аэродромах базирования авиационных полков.

На ближайших к району боевых действий аэродромах было организовано боевое дежурство.

Первые вылеты были осуществлены уже в ночь на 9 августа. Более десяти Ту-22М3 нанесли одновременные прицельные авиационные удары по первоочередным объектам на территории Грузии: складу боеприпасов и вооружения в районе РУСТАВИ, аэродромам ВАЗИАНИ, СЕНАКИ и МАРНЕУЛИ (с применением бомб свободного падения).


Подготовка последующих вылетов осуществлялась в ограниченные сроки. Боевые вылеты проводились практически без отдыха летного и инженерно-технического состава, без предоставления необходимого времени на подготовку экипажей и авиационной техники к полетам. За четыре дня было выполнено более 50 самолетовылетов с интенсивностью 2-3 вылета в сутки.

Посменная организация и параллельный метод работы органов управления позволили сохранить непрерывность управления и выполнения задач в установленные сроки. Личный состав частей связи и РТО воздушной армии, бортовые специалисты авиационных полков с поставленными задачами по обеспечению управления справились.

Основные усилия инженерно-авиационного обеспечения боевых действий были направлены на восстановление исправности авиационной техники до требуемого уровня, обеспечение перебазирования части сил и средств тбап на передовые аэродромы, переоборудование авиационной техники под заданный вариант снаряжения и подготовку авиационной техники и АСП к применению.

Подготовка авиационной техники, подготовка и подвеска АСП осуществлялась штатными наземными экипажами и расчетами по подвеске.

Тыловое обеспечение осуществлялось силами авиационно-технических баз на аэродромах постоянного и передового базирования в целях создания необходимых условий для выполнения боевых задач. Основное внимание было уделено созданию запасов авиационных бомб на аэродромах вылета и своевременному обеспечению техникой для подготовки самолетов к вылету.

Метеорологическое обеспечение осуществлялось силами и средствами метеорологического бюро КП ВА ВГК (СН), метеослужб авиационных дивизий и полков во взаимодействии с метеорологической службой ВВС, Главным гидрометеорологическим центром МО РФ, метеорологической службой 4 А ВВС и ПВО. Несмотря на это, с начала операции прекратилась передача синоптической информации с территории боевых действий и данные о фактическом состоянии погодных условий получали от экипажей только после посадки.

Основным способом ведения боевых действий явились одновременные удары частью сил по заранее заданным объектам в назначенное время. Авиационные удары наносились с больших высот, с заходами с разных направлений, короткого боевого пути с комплексным применением средств РЭБ, в сомкнутых боевых порядках. Выбранный вариант действий позволил рационально использовать боевые возможности самолета Ту-22М3, обеспечить наибольшую внезапность воздействия на противника, увеличить эффективность преодоления воздействия ЗРК малой дальности и ПЗРК. Наиболее эффективными были результаты действий Ту-22М3 по скоплению войск противника в Кодорском ущелье.

Однако данный способ действий не обеспечивал максимально возможную эффективность воздействия на противника. Применение авиабомб свободного падения требовало захода в зону поражения средств объектовой ПВО. Отсутствие эффективного бортового комплекса обороны снижало выживаемость самолета в зоне противодействия активных средств ПВО противника. Штатные средства РЭБ бортового комплекса самолета Ту–22М3 не обеспечивали анализ типа РЭС и индикацию облучения, постановку помех в автоматическом режиме ЗРК советского производства С-125, «Бук», «Оса» и «Тор». Постановка помех данным средствам осуществлялась только в ручном режиме. Наиболее эффективными тактическими приемами противодействия ЗРК средней дальности явились: обход зон поражения, выполнение противоракетных маневров с комплексным применением средств РЭБ.

При боевой работе в начальный период боевых действий были и определенные сложности, прежде всего, – с организацией взаимодействия. Отсутствие достоверной информации о порядке применения фронтовой и специальной авиации, наличия разведывательной информации о результатах ударов приводило к необходимости дополнительно запрашивать данные в управлениях 4 А ВВС и ПВО и Черноморского флота, что в условиях ограниченного времени и перегрузки каналов связи вело к увеличению времени принятия решений.

Подсчеты данных, ежедневно представляемых заместителем начальника Генерального штаба ВС РФ генерал-полковником А. А. Ноговицыным средствам массовой информации, позволили определить, что всего за период с 8 по 12 августа 2008 г. авиация 37 ВА ВГК (СН) произвела около 70 боевых вылетов и удары были нанесены по 17-20 целям. Среди них – четыре аэродрома, автомобильный мост, склады боеприпасов и более десятка мест скопления живой силы и техники противника. С учетом вероятной загрузки самолетов Ту-22м на эти объекты поражения было сброшено более тысячи авиабомб типа ФАБ-500 и ФАБ-250. Уровень выучки офицеров и управления 37 ВА ВГК (СН) представителем Генштаба был оценен как высокий.

ДЕЙСТВИЯ ВТА

В операции были задействованы более 50 самолетов военно-транспортной авиации Ил-76, Ан-124 и Ан-22. Основными задачами, выполненными 61 ВА ВГК (ВТА) были: перевозка мобильных резервов войск СКВО, а также личного состава, боевой техники и грузов воздушно-десантных войск из центральной части страны; обеспечение маневра авиационных соединений и частей; перевозка подразделений Сухопутных войск; выполнение специальных задач.

Особенностями применения военно-транспортной авиации в ходе операции являлись сжатые, по сравнению с нормативными, сроки выполнения воздушных перевозок, одновременное выполнение задач по перевозке соединений, частей и подразделений ВДВ на различные направления, а также ограниченное количество основных аэродромов погрузки и всего по одному аэродрому выгрузки на каждом направлении (БЕСЛАН, БАБУШАРА), что было явно недостаточно для осуществления массовых перевозок войск.


В первые дни интенсивность полетов составляла до 2,5 полковых вылетов в сутки. В дальнейшем она постепенно снижалась до двух, а затем выполнялось практически по одному полковому вылету в сутки. Таким образом, боевое напряжение на экипаж составляло один рейс (2-3 самолетовылета) в сутки.

Благодаря четкой работе командования 4 А ВВС и ПВО по оперативному согласованию вопросов выделения аэродромов дозаправки авиационным полкам военно-транспортной авиации и организации обеспечения на них самолетов и экипажей, выполняющих боевые задачи, сбоев в работе практически не было. Также четко работал и военный сектор Ростовского ОрВД при согласовании условий на выполнение перелетов.

Надежно было организовано и прикрытие военно-транспортных самолетов от ударов с моря силами ПВО корабельной группы Черноморского флота при выполнении перевозок с заходом на аэродромы выгрузки со стороны моря.

Всего силами военно-транспортной авиации было выполнено более несколько сот самолеторейсов и перевезено несколько тыс. человек личного состава, до тысячи ед. техники и более одной тыс. тонн различного груза. Самолетами РЭБ Ан-12ПП выполнено несколько десятков самолетовылетов на постановку комбинированных помех для обеспечения прикрытия полетов военно-транспортной авиации и действий штурмовой и бомбардировочной авиации.

Уровень подготовки летного состава 61 ВА ВГК (ВТА), натренированность и слаженность экипажей позволили выполнить воздушные перевозки в установленные сроки, максимально снизить время нахождения самолетов на аэродромах выгрузки и на аэродромах дозаправки.

Вместе с тем были и определенные сложности. И, прежде всего, организационные. Так, на аэродромах выгрузки, которые имели ограниченную емкость, отсутствовал общий координационный центр авиации ВВС, МЧС, ФСБ, МВД. В результате не всегда в воздушном пространстве отдавался приоритет самолетам ВТА, выполняющим боевые задачи. Самолеты МЧС пользовались преимуществом при выборе времени посадки на аэродромы обеспечения войск. Учитывая, что выгрузка самолетов МЧС осуществлялась в течение длительного времени (по 5-6 часов), а крупногабаритные грузы часто оставлялись в местах стоянки самолетов, все это ограничивало возможности по рулению и расстановке самолетов военно-транспортной авиации.

Здесь же сказались и последствия глубокого сокращения численности личного состава частей обеспечения авиации. Существующая штатная численность личного состава авиационно-технических частей не позволяла организовать ритмичную работу в ходе обеспечения интенсивного графика летных смен, а тем более выполнения авиационными полками массовых воздушных перевозок в мирное время. Особенно критичное положение сложилось в аэродромно-эксплуатационных подразделениях, количество военнослужащих в которых за 10 лет уменьшилось в 5 раз, а объем работ по содержанию и ремонту аэродрома, его подготовке к производству полетов остался таким же, каким и был.

ДЕЙСТВИЯ ФРОНТОВОЙ АВИАЦИИ И СИЛ РЭБ

Преодоление системы противовоздушной обороны Грузии осуществлялось в полосах пролета Государственной границы с применением индивидуальных средств РЭБ и под прикрытием вертолетов и самолетов – постановщиков помех.

В ходе выполнения боевых задач, на маршрутах и в районах нанесения авиационных ударов средства РЭБ индивидуальной защиты применялись с расчетного рубежа обнаружения средствами воздушной радиолокационной разведки Грузии, при применении противником управляемого оружия выполнялись противозенитные и противоракетные маневры с одновременным отстрелом инфракрасных и противорадиолокационных патронов.

С целью защиты наших радиоэлектронных средств от радиоэлектронного подавления предусматривалось применение РЭС, работающих в различных частотных диапазонах, специальных режимов работы, рациональное размещение РЭС в авиационных и наземных группировках, соблюдение установленных временных, частотных, пространственных ограничений на работу РЭС в сочетании с уничтожением самолетов, вертолетов и БПЛА Грузии.

Электромагнитная совместимость основных радиоэлектронных средств обеспечивалась выполнением различных мероприятий, предусмотренных планами обеспечения электромагнитной совместимости важнейших радиоэлектронных средств систем государственного и военного управления федерального уровня, а также используемых министерствами и ведомствами в границах военных округов, планами РЭБ СКВО, объединений, соединений и частей видов Вооруженных Сил, участвующих в боевых действиях.

Основными способами обеспечения электромагнитной совместимости являлись: исключение помехового воздействия и применения управляемого оружия, в том числе ракет «воздух-РЛС» против своих войск; исключение непреднамеренных помех в радиосетях боевого управления, систем спутниковой связи, президентской, правительственной и специальной связи, а также ВзПУ ВС РФ; согласованием порядка применения ракет «воздух-РЛС» с взаимодействующими объединениями видов и родов войск Вооруженных Сил.

В ходе выполнения боевой задачи, на маршрутах и в районах нанесения авиационных ударов самолетами Су-24М широко использовались комплексы бортовой обороны, оборудованные станциями активных помех. Они применялись при вхождении в расчетную зону обнаружения самолета радиолокационными средствами зенитных ракетных и радиотехнических войск Грузии. В случае угрозы применения противником авиации и средств ПВО выполнялись противоракетный и противозенитный маневры с одновременным отстрелом инфракрасных и противорадиолокационных патронов из аппаратов постановки помех. Принимались необходимые меры по обеспечению безопасности применения нашей авиации в зоне поражения своих средств ПВО, а также для исключения помехового воздействия и применения управляемого оружия против своих войск.

Особо следует уделить внимание анализу организации и ведения радиоэлектронной борьбы в ходе операции по принуждению к миру.

Радиоэлектронная борьба была организована и проводилась в целях снижения возможностей грузинских вооруженных сил по управлению войсками и эффективности применения средств ПВО, технических средств разведки, а также обеспечения устойчивой работы важнейших радиоэлектронных средств в системах управления российскими войсками, силами и оружием в условиях непреднамеренных помех.

Мероприятия радиоэлектронной борьбы проводились в тесном сочетании с действиями авиации и войск ПВО по поражению радиоэлектронных объектов, с мероприятиями по разведке, оперативной маскировке и другим видам оперативного обеспечения действий наших войск.

Основными задачами радиоэлектронной борьбы являлись: выявление систем и средств управления войсками и оружием вооруженных сил Грузии; их радиоэлектронное подавление; радиоэлектронная защита своих систем и средств управления войсками и оружием, а также противодействие техническим средствам разведки.

Решение задач радиоэлектронной борьбы осуществлялось силами и средствами всех видов и родов войск Вооруженных Сил России, действующих в этом регионе. Взаимодействие сил и средств РЭБ видов Вооруженных Сил осуществлялось по задачам, направлениям действия и объектам подавления и огневого поражения радиоэлектронных объектов, по вопросам обмена информацией о радиоэлектронной обстановке, радиоподавления РЭС, а также исключения взаимных помех радиоэлектронных средств и согласования порядка поддержания связи и управления.

Противодействие техническим средствам разведки противника обеспечивалось:

- путем радиоэлектронного поражения выявленных средств воздушной радиолокационной и радиотехнической разведки Грузии, уничтожением БЛА «Гермес»;

- поддержанием в местах дислокации войск и аэродромах базирования авиации повседневного режима работы радиоэлектронных средств при подготовке и проведении операции;

- введением ограничений на работу РЭС с излучением в новых районах;

- радиоподавлением средствами частей РЭБ СКВО каналов передачи разведданных, радиосвязи и управления Грузии;

- специальной защитой технических средств передачи и обработки информации;

- выявлением технических каналов утечки информации и проведением мероприятий по их устранению.

В целях ведения комплексного технического контроля и проверки эффективности мер оперативной маскировки силами узлов технического контроля своевременно выявлялись и пресекались нарушения требований скрытого управления войсками и оружием, выполнялись меры противодействия техническим средствам разведки кораблей и авиации США и Грузии и электромагнитной совместимости важнейших РЭС при перебазировании, подготовке и ведении операции.

С началом проведения операции прикрытие ударных групп самолетов и вертолетов, наносящих удары по назначенным целям, осуществлялось силами самолетов и вертолетов – постановщиков помех путем радиоэлектронного подавления РЛС РТВ и ЗРВ Грузии с заданных рубежей и из назначенных зон постановки помех. При обеспечении действий авиации на Абхазском и Юго-Осетинском направлениях помехи ставились из зон барражирования группами вертолетов Ми-8ппа и М-8смв-пг с высот Н = 2-3,5 тыс. м для подавления РЛС РТВ и РЭС ЗРК С-125 и «Бук» Грузии. Ударными самолетами Су-34 помехи ставились из боевых порядков в целях подавления РЭС, что не позволяло ЗРК Грузии (и это было зафиксировано) успешно проводить отстройку от помех, а по наиболее опасным РЭС ЗРК «Бук» и С-125 наносились удары ракетами «воздух-РЛС»;

- частями и подразделениями РЭБ СКВО осуществлялось ведение разведки и подавление КВ станций Грузии.

В ходе радиоэлектронного прикрытия самолетами и вертолетами РЭБ ВВС вскрывалась работа РЭС ЗРК «Бук», «Оса», С-125 и определялось их месторасположение.

Как бы специально, по окончании активных военных действий по установлению мира, 14 августа 2008 г. грузинские вооруженные силы решили продемонстрировать России всю мощь своей ПВО, которая была задействована в боевых действиях.

Средствами радиотехнической разведки самолетов и вертолетов РЭБ российских ВВС была вскрыта работа большого количества РЛС РТВ ВС Грузии различных частотных диапазонов – П-18, П-37, 36Д6, ASR-12, активное применение (включение и длительная работа в эфире) ЗРК «Бук-М1», «Оса-АКМ», С-125, ПЗРК типа «Стрела», «Игла» и «Стингер», а также зафиксирована работа РПЦ ЗРК С-200 и «Круг». Тем самым подтверждалось, что группировка ПВО Грузии функционирует и готова к ведению боевых действий.

В ходе выполнения патрулирования акватории Черного моря двумя нашими самолетами-разведчиками было зафиксировано их взятие на автосопровождение ЗРК «Найк-Геркулес» ВС Турции, прикрывающих пролив Босфор. Однако после включения станции помех на излучение произошел срыв автосопровождения и, выполнив противоракетный маневр, самолеты вышли из зоны поражения этого ЗРК.

ВЫВОДЫ

Активные действия главкомата ВВС и управления 4 А ВВС и ПВО по руководству войсками смогли переломить ситуацию, оперативно внести изменения в порядок подготовки войск и сил и выполнения ими боевых задач. Уже 9.8.2008 г. действия осуществлялись с учетом возможностей системы ПВО Грузии и под прикрытием средств РЭБ групповой защиты (с напряжением до 6-8 вылетов в сутки на один экипаж). Командиры экипажей боевой авиации, вертолетов и самолетов – постановщиков помех показали высокий уровень подготовки, что позволило, начиная с 10.8.08 г. избежать потерь нашей авиации. Экипажи вертолетов постановщиков помех Ми-8смв-пг не только успешно осуществляли прикрытие ударной авиации, но и проводили детальный анализ состава, тактики применения, районов действий средств ПВО в западной части Грузии. Высокую эффективность показали и новые средства РЭБ.

Вместе с тем анализ действий ВВС в ходе этой войны вынуждает серьезно задуматься и сделать некоторые и нелицеприятные выводы. И главный из них – ВВС в полной мере не готовы к ведению боевых действий в условиях противодействия современной ПВО. Кроме того, учитывая слабую помехозащищенность своих аналогичных средств ПВО (в первую очередь, РЛС РТВ и РЭС войсковой ПВО – не готовы к отражению современных средств воздушного нападения. При противодействии современных средств ПВО противника боевые потери будут существенно выше.


Летчики ВВС и в ходе боевых действий продолжали летать как на учениях. Самолеты без средств РЭБ оказались сбиты (в частности, все утраченные в ходе конфликта Су-25 поражены ЗРК «Оса-АКМ»). По поводу грамотного противодействия средствам ПВО исписаны горы трудов, проведено много учений с отработкой тематики РЭБ, разработаны и утверждены различные инструкции. Но опыт оказался, тем не менее, невостребованным. В ходе пятидневной войны все наработанное ранее оказалось бесполезным – пока не вмешалось вышестоящее руководство.

Порой наивность отечественных авиаторов не знает предела. Можно сказать даже так – с пеной у рта специалисты доказывали пилотам, что «почувствовать» пуск ракеты, не имея средств обнаружения, невозможно. Даже очень умелым манипулированием ручки управления самолетом от ЗУР не увернуться. И ведь не верили! Только на собственных (и очень чувствительных) потерях убедились – лучший способ защиты от ПВО – комплексное применение станций помех, маневра и расходуемых средств РЭБ.

И ведь даже не сразу дошло. Специалистов радиоэлектронной борьбы услышали не в тот момент, когда начала проливаться первая кровь, а лишь на второй день военных действий – после весьма значительных потерь боевой авиации и вызванных им шока (а ведь тот же Ми-8смв-пг подавляет «Бук-М1» так, что тот вообще работать не может).

Правда, вертолетчикам надо позаботиться и о себе. Необходимо средство определения направления, а лучше точки, откуда идет обстрел стрелковым оружием. В частности, обшивка нескольких вертолетов РЭБ после выполнения боевых вылетов весьма сильно напоминала дуршлаг (экипажи только плечами могли пожимать, как им удалось уцелеть после подобных обстрелов).

В качестве главного вывода, надо, наверное, сказать следующее. Пора прекратить заниматься так называемыми оптимизациями. Надо заканчивать бесконечный вихрь организационно-штатных мероприятий (однажды начатый в 1989 г. и так до сих пор продолжающийся со своими приливами и отливами – но зачастую без всякой логики).

Как бы не банально выглядела следующая фраза, но надо готовиться к войне с современным и высокоподготовленным противником. Иначе может случиться такая катастрофа, что события 22 июня 1941 г. покажутся на этом фоне вполне рядовыми трудностями и мелкими недостатками.






VEhrNGRrdzVRM2t3VERkUmRXUkRPVEJNUWpnd1MwUlJkblJIUWpCWlNGRjFUa2RR
Комментировать
Сортировать:
в виде дерева
по дате
по имени пользователя
по рейтингу
Страница 6 из 6
<<<1 2 3 4 5 6
Страница 6 из 6
<<<1 2 3 4 5 6
 
 
 
 
 
 вверх