EN|RU|UK
 Общество
  22353  33

 "МЫ ПОТЕРЯЛИ ВЕЛИКОГО КОМАНДИРА И ПРОСТО ЧЕЛОВЕКА. ИЗ ТАКИХ, КАК ОН, И ПОЛУЧАЮТСЯ НАСТОЯЩИЕ БОЕВЫЕ ГЕНЕРАЛЫ", - ДРУЗЬЯ О КОМАНДИРЕ ВЛАДИМИРЕ КИЯНЕ

Спустя 9 дней со дня гибели легендарного командира роты 80-ой бригады, Владимира Кияна мы собрали воспоминания некоторых друзей и знакомых о том, каким человеком был Тайфун, какими ценностями и принципами жил, и почему забыть его не просто невозможно, а не имеем права...


киян


Роман Кириченко. Друг. Помощник

По-військовому Володя був СОБ (старший офіцер на батареї),а я другий сошник (його помічник)

Хоча Він і був для мене найближчим другом у Львові, загалом Він був більше, ніж друг чи товариш, то був член моєї родини.

Без Володі служба не була б такою цікавою. Дійсно, Вова був не просто військовослужбовцем, Він був воїном і дуже великим Патріотом. Познайомились ми в далекому 2006 році. Я якраз прибув до Львова проходити службу в 1 габатр (гаубична артилерійська батарея, - Ред. ) 80 ОАЕМП і був командиром 2-го вогневого артилерійського взводу, а Володимир - першого взводу. Ось так пліч-о-пліч ми прослужили до 2011 року, а потім разом прийняли рішення звільнятись,так як неможливо було спостерігати за тим безладом, який відбувався як в нашій частині, так і в ЗСУ.

Володимир один в частині міг розібрати, зібрати і поремонтувати артилерійську гаубицю Д-30. Він був прямолінійним, ніколи не говорив за спиною. Будь-якому начальнику міг про все виказати в очі, за що вони і недолюблювали його, але водночас і цінували як професіонала.

Одного разу його поставили на посаду командира 1 габатр, але сказали що при цьому Він має відповідати ще за техніку управління дивізіону (хоч в управлінні техніка мала б закріплятись за офіцерами штабу дивізіону). Володя сказав, що чия техніка - той і має за неї відповідати. І наступного дня він знову став командиром взводу. Але наші начальники перед командиром полку звітували так, що Володя сам відмовився від підвищення.

Він був учасником Майдану, ну а далі - АТО.....
Про Володимира можна було б написати цілу книгу або зняти фільм, але хочеться, щоб таких Патріотів не забувала держава,такі люди, як Володимир Киян повинні офіційно мати звання Героя України, бо таких людей, як Він, дуже мало.

Володя, ми про тебе завжди будемо пам'ятати, як про справжнього друга, офіцера, героя.......

Хай тобі там буде добре! Вічна пам'ять!





Евгения Цветанская. Подруга. Журналист канала 1+1, в будущем - крестная мама сына Володи - Дани.


У тебя ни разу не дрогнул голос, когда ты терял своих бойцов и рассказывал о них. Потому что считал, что это сильные люди, и они не хотели бы нашей слабости. Хотя внутри тебе было очень тяжело.
Ты - один из самых сильных людей, которых я знаю. И ты - самая сильная боль.


Без тебя Счастье перестало быть счастливым. Ты был тем счастьем, смыслом, который я и не только я, вкладывала, произнося название этого города.


Ты, смеясь, показывал видео, как ты бежишь на Фасад по мосту во время обстрела. Мне сложно представить, кто кроме тебя, в этот момент снимал бы видео, да еще и останавливался, чтобы посмеяться то ли над банкой, то ли над пакетом, оставленным солдатами.

Только ты мог на вопрос "что нужно, что привезти" ответить - "Гаубицу". И радоваться, как ребенок, когда тебе ее действительно выделили
Как было весело, когда мы устраивали лазерные бои целеуказателями на крыше ТЭС. Тогда я увидела, как за одну секунду ты, веселый боец, становишься настоящим командиром - строгим и справедливым. Ведь если какой-то солдат почему-то высказывается против таких игр и прерывает нашу дуэль, он должен объяснить, какую норму безопасности ты нарушил. А ведь он тебе так и не мог объяснить. И ты был строг, но справедлив
Только ты мог предложить забрать твою контуженную кошку в наш музей.

Только ты мог иметь единственный в округе шеврон "Аватар" и при этом вообще не пить.
Только ты мог говорить, что не стоит снимать обстрелы, а лучше снять, какие клевые детки в Счастье.
Как обо всем тяжелом ты мог рассказать с легкостью. Даже о том, что не нужно загадывать о встрече на завтра, потому что твой домик на ТЭС могут разнести до утра "Градами", ты говорил очень спокойно и повседневно. Ты это предполагал, а вот я - никогда. Потому что этого просто не могло случиться с тобой.


Мы все откладывали на потом. Интервью о твоем боевом пути. Ты раскрывал карту - Георгиевка, Металлист. Ведь ни в какой сюжет это не вместишь...мы хотели фильм. Вернее, ты хотел, чтоб люди знали не о тебе, а о тех событиях, о людях, которые были там. А я хотела, чтоб люди знали о тебе...Все потом, потом. Потом подпишем книгу. Потом посидим, потом поболтаем, ведь работать надо. Все потом, потом…
Сегодня я попросила братика Даню показать мне гильзу, которую ты подписал лично для него. Кстати, "гаубицы". Ты даже подарки незнакомому тебе ребенку подписывал с душой, собирал для него всякие железячки. Твоего сынишку тоже зовут Даня. Он для тебя - все. А в нем - твоя душа. Все, что мы можем сделать для тебя, Тайфунчик, это с душой - к твоему сынишке. И жить по совести. Чтоб его окружали те люди, тот мир, та страна, то настоящее, за которое ты жизнь отдал. Жить по совести сейчас. И никаких потом, потом...




Василий Опрышко. Друг

Говоря о Вове можно подобрать следующие эпитеты: честный, отзывчивый, порядочный, добрый и конечно же, веселый. Улыбка очень редко сходила с его лица (даже когда ему было трудно).
Познакомились мы с Вовкой в 80 полку. Когда я пришел служить, он был старшим офицером батареи. Прошел Ирак. Отзывы о нем в полку были исключительно положительные. Инициатива в желании сделать армию более профессиональной не покидала его ни днем, ни ночью. Когда бывал дома, то кучу времени проводил, просматривая документальные военные фильмы о последних военных конфликтах и читал военные книги.

Но через несколько лет он просто устал бороться с этой военной машиной и с легкостью, свойственной только ему, принял серьезное решение об уходе в гражданскую жизнь и просто не подписал следующий контракт. Конечно, он не пропал и на гражданке, а сразу нашел себе место работы в риелторской компании ( с его умственными способностями, компанейским характером и любовью работать с людьми это было нетрудно). Зарабатывал очень неплохие деньги и, несмотря на это, все равно хотел поменять эту систему. На гражданке он познакомился со своей будущей женой Ольгой. Отношения у них были показательными для нас всех.

С началом боевых действий он, не задумываясь, пошел в военкомат, но ему отказали - не нужны были профессионалы в армии во время боевых действий, как это ни странно. Он решил пойти служить в батальон "Шторм". Звонил каждую неделю и с нескрываемым волнением рассказывал о тех событиях. Было видно, что он очень соскучился по армии и прилагал все усилия и знания для выполнения каждого задания, конечно же, с сохранением всех своих солдат, которых он очень уважал.

После нескольких месяцев он принял решение о переходе в СВОЮ бригаду. В бригаде он применил весь свой опыт и профессионализм в борьбе с боевиками, но все равно эта СИСТЕМА (недостаток боеприпасов, материально-технического обеспечения, просчеты в управлении и все остальные проблемы) не давала ему покоя. Не раз он, не скрывая своего недовольства, рассказывал об этих недостатках армии. Это можно было услышать даже по украинским каналам, он довольно часто давал интервью.

Нет он не был из тех, кто кричит, что все пропало. Он всегда приходил с решением той или иной проблемы, даже в ущерб своим интересам. К сожалению, это качество очень не присуще большинству наших руководителей, как военных, так и гражданских. Все его мысли были заняты только одним - армией и подразделением. А потом у него родился сын. Помню, как он пришел ко мне и сказал: "Родился ещё один боец!" - и мы поехали в роддом проведать его жену Ольгу.

Летом 2015 он мог уже не ехать на фронт. У него уже давно прошел срок мобилизации. Я ему говорил: "Вовка, подумай о сыне", - а в ответ слышал: "Я не могу бросить своих солдат". И не бросил!

Очень хочется верить, что его сына не бросит теперь государство, за которое он сложил свою голову. Знаю только одно: такого друга у меня больше не будет, а общество потеряло Человека с большой буквы, настоящего гражданина, который до последнего своего дыхания выполнял свой конституционный и гражданский долг, и достоин того, чтоб с него брали пример тысячи наших сограждан. Спи спокойно друг!


Марина Комарова. Волонтер.


Тайфун. Его называли "Богом артиллерии", а еще "легендарным".
Два дня хочу написать про него. Но пишу и стираю.
Можно было бы рассказать, как он подбивал ПТУРом российские танки. Как "ложил" на преступные приказы и насыпал сепарам за своих пацанов. "Если у меня будут координаты российского гумконвоя, мне пофиг, я е..ну по нему", -это тоже он. Как он вытаскивал с той стороны тела своих погибших пацанов, выменивая их на тела россиян и сепаров, предварительно прикопанных, сообщая им ко ординаты могил при обмене. Как он всегда мог найти слова поддержки, вместо того, чтоб получать их самому. Каким светлым он был.
Много чего можно было бы рассказать про ангела-хранителя Луганской ТЭС и г.Счастья -Тайфуна.


Но скажу только одно, чтоб вы понимали, какого Человека мы потеряли: Тайфун был одним из тех командиров, благодаря которым можно выиграть войну.


А еще для многих он стал другом.
Для меня в том числе.


Я никогда не смотрю на мертвых близких. Я хочу, чтоб они оставались у меня в памяти живыми. Но на тебя, Тайфун, я посмотрела. И хотя у меня до сих пор звучит в голове твой звонкий голос и перед глазами твоя улыбка, я хочу запомнить тебя мертвым. Чтобы когда у меня опустятся, не дай Бог руки, вспомнить, что нельзя останавливаться и необходимо выиграть войну. Ради твоего малого. Ради тебя и таких, как ты. И почему я никогда не прощу россию.
Ты так много сделал для приближения победы. Ты обязан был ее увидеть...
Тайфун, друже, ну как так? Ну как же так, Тайфун?.. Ну как мы теперь без тебя?..
Как же больно, когда Герои умирают...
Ты только держи для нас небо...
А мы будем помнить и приближать победу, о которой ты так мечтал...


Роман Синицын. Волонтер

Якщо чесно, я більше не знаю таких офіцерів, хоча дуже багато з ким познайомився за цей рік, можливо, ще декілька на всю армію, але Володя був дуже крутий! Ми часто спілкувались, регулярно зідзвонювалися або списувались.

Сєпари в Щасті боялися голови підіймати, бо Володіни хлопці насипали дуже точно. Він - справжній артилерист, який налаштовував техніку максимально точно. У кожного розрахунку були планшети і, якщо потрібно, вони одразу підіймали беспілотники і з повітря корегували вогонь. Володя належав до тих командирів, за якими особовий склад стоїть горою, а таких в нас одинці. Він боровся з алкоголізмом, і в нього ніхто не пив. З одного боку, в його підрозділі була жорстка дисципліна, а з іншого - хлопці його страшенно любили.

І не тільки хлопці, а і волонтери любили теж, бо така він щира людина.

Якщо ми, волонтери, щось передаємо, часто можемо не знати подальшу долю тієї, чи іншої техніки. А тут завжди приїжджали, дивились, що все на місці і воно працює. Це, як інвестиція, яка приносить результати.

Минулої осені вони з хлопцями дивом вийшли із страшної засади, після якої мали чималі втрати. У Володі був зв'язок з сєпарами, тому він домовлявся з луганськими афганцями і міняв трупи сєпарів на кості своїх пацанів. Він дуже за цим слідкував, вів навіть таблицю в "Екселі" і передавав рідним останки тіл. У нього була ідея-фікс забрати всіх своїх пацанів, які там залишились.

А ще Володя по ділу критикував увесь долбо#бізм ЗСУ. Тому що волонтери забирали його "двохсотих" з Щастя, а штабники зі Старобєльська просто боялися туди їхати. Він постійно з ними був в контрах. У нього була мрія зробити боєздатний підрозділ, на рівні батальйону, з нормальною артилерією.

Останню передачу ми йому передали годин за 8 до смерті, це були якісь дрібниці і прапор, на жаль, мене тоді не було.

Пацани з інших батальйонів 80-ки, бойові, справжні, що відстоювали Луганський аеропорт, про нього відгукуються, як про фанатика війни. В принципі, так це і було. Йому це подобалось. Але якщо він виїжджав за територію ТЕС, або нас вивозив кави попити до Фасаду, він усім постійно казав вдягати бронік і каску, дрючив за це своїх хлопців, тому я навіть не розумію, як він міг їх зняти сам, коли вони переплили річку. Це для мене дуже дивно. Усі осколки пішли йому в спину, майже відірвало руку. Якби був бронік, то, можливо б, він і вижив.


киян

Тамара Душенко. Класний керівник у школі


Після Іраку ми з ним зустрічалися, і він довго говорив, як там було. Серед іншого він сказав, що багато спілкувався з американськими офіцерами (там і англійську вивчив), а потім йому запропонували поступати в Академію генштабу, Вест Пойнт, як я розумію. Він думав-думав і відмовився, вирішив залишитися вдома. Не знаю, чи не шкодував про це потім.

Ще під час поховання згадала випадок, коли діти прибігли в учительську:"Хлопці б"ються!" Я в клас, дійсно, один із однокласників лупив Вову щосили, ногами також, а той навіть не відповідав. Обличчя закривавлене, на підлозі кров, жах! Я розборонила і напала на Вову:" Як ти міг дозволити себе відлупцювати?! У тебе бойовий гопак, карате!" А він каже:"Тренер нас учить, що бойові мистецтва - це зброя, їх не можна застосовувати до беззбройних". Уявляєте? Це Вова.

Абсолютна порядність, надійність і вроджена інтелігентність. Ніякої пози, самовихваляння, щирість і позитив. Як виявилось, здатність приймати рішення і брати відповідальність за них.

Мені шкода тепер, що я ніколи не говорила йому, як я пишаюся ним, лиш слідкувала у фейсбуку, що там у нього. Вова, тебе люблять так багато людей, не всі зуміли сказати тобі про це вчасно, пробач...


Богдан. (Дарий). Друг. Боец батальна "Айдар"

О Володе невозможно сказать в двух словах. Для того, чтоб понять, что это был за человек, с ним надо было пожить какое-то время. Он никогда не кричал, что он герой и всегда старался уходить от этих разговоров, когда его пытались превознести. Я бы не хотел делать из него какой-то идеал для поклонения. Он бы был против этого. Но и приуменьшать его заслуги нельзя. Это был действительно воин с большой буквы. Чтоб понять, кого мы потеряли, надо представить, что 1000 человек не сравнится с его желанием защищать и умением это делать.

Когда я воевал на передовой прошлой осенью, в Счастье за мостом, за Сиверским Донцом, Володя как раз стоял на ТЭС, у него было подразделение минометов. Когда меня ранило, а это был миномет, я решил обучиться минометному делу. Обратился к Вове, а он считался просто Богом артиллерии, поэтому лучшего учителя я бы просто не смог найти для обучения. За 2 месяца он меня научил не просто воевать, а качественно воевать. Он объяснил, что для того, чтоб поразить врага, не надо задействовать массу средств и массу усилий, просто надо знать четко место, время, когда и где он будет наносить удар.

Володя всегда говорил, что лучше холодный разум и горячее сердце, чем эмоции и злость. Поэтому в нашей жизни на фронте, он был как старший брат, который обучал жизненной позиции и виденью. Мне хотелось бы сказать, что-то самое важное о нем, но мысли путаются. Я просто вспоминаю его глаза, его поступки, он всегда шутил, никогда не огорчался даже, когда было очень сложно. Наоборот, на своем личном примере он показывал, каким должен быть воин - бесстрашным, сильным, хладнокровным, но при этом он должен очень сильно любить то, что он защищает и не сомневаться ни в чем.

Победа любой ценой - это не в его стиле. Он старался, чтоб каждый боец вернулся домой.

Володя всегда всем говорил: "Берегите свою жизнь, надевайте каски, надевайте бронежилеты, потому что самое страшное для меня - это смотреть матерям в глаза".

Тайфун… Я его Володей и не называл-то никогда. Он для меня был только Тайфуном. Когда я его еще не знал, но слышал, с каким восхищением говорили люди, то представлял себе какую-то такую махину, которая перевернет мир. Потом, когда мы познакомились, оказалось, что это такой невысокий, ушастенький парень, с очень добрыми глазами. Я не поверил, что это грозный Тайфун. Но пообщавшись с ним буквально полчаса, я понял, точнее почувствовал, что это действительно великий человек. Таких, как он, командиров, которые ведут за собой людей, на самом деле единицы. Вот из таких людей и получаются настоящие боевые генералы. Те, которые понимают, что они делают и с какой целью.

Володя приезжал на место, где ничего не было, и в меру своих возможностей, делал это место безопасным. Он знал про каждого бойца, которые у него в подчинении, практически все, потому что он им доверял. И как настоящий командир и офицер с отличием, был прекрасным психологом. Когда ребята смотрели ему в глаза, он убивал все страхи своей уверенностью и твердостью. За ним хотелось идти в огонь, в воду и ничего не бояться.
Не тот дорог с кем хорошо, а тот без кого плохо...

Вот и Тайфун был именно таким. Он был великим человеком, прекрасным и талантливым офицером, другом, братом, даже чем-то больше, чем брат... Человек, с которым можно было разделить или отдать "крайнее" (Тайфун не говорил слово "последний"). Он не просил и не требовал что-то лично для себя, никогда этого не делал, но для своих солдат, друзей, людей, которые стояли рядом, он находил самое необходимое. Если солдат в этом нуждался, искренне нуждался, Тайфун, как командир, как человек, мог планету заставить крутиться в обратную сторону - и это была не единственная черта его характера. Чтобы понять, каким был Тайфун, нужно было просто посмотреть ему в глаза - светлые и ясные, такие же, как и жизненный пут, которым он шел..

Текст и фото: Вика Ясинская, Цензор.НЕТ
TUVwcVVtZGtSME13VERkU1owNUROREJNWjJjd1dVUlJkblJIUWpCWlNGRjFUa00xTUZsSVVYVjBReXRNWkVkRU1FeHlVbWRPUTNjd1RHcFJkbVJIUWpCTWNsRjJkRU0xU1U1RGVUQk1OMUYxWkVNNU1GbHpka3c1UTNZd1dVaFJkVTVET1RCWlNGRjFkRU4zTUZrNFp6QktURkYxVGtNMk1FeEJka3c1UTNrd1REZFJkV1JET1RCTVFqZ3dXVWhSZGs1RE1UQlpSRkpuZEVkTg==
Комментировать
Сортировать:
в виде дерева
по дате
по имени пользователя
по рейтингу
 
 
 
 
 
 вверх