EN|RU|UK
 Общество, Политика Украины
  37949  46

 Как стать экспертом?


Автор: Г.Грант

Я получил экспертную квалификацию в области защиты и безопасности не нарочно. Понадобилось бы написать целую книгу, чтобы поведать о том, как я обрел эти знания. Однако я попытаюсь рассказать об этом на примере нескольких историй.

На прошлой неделе вышла статья Глена Гранта для Kyiv Post с некоторыми его дополнениями, сделанными для публикации в Цензор.НЕТ, которая вызвала огромный резонанс. Глен Грант окончил Королевскую Военную Академию Сандхерст, младшее отделение Штабного Колледжа в Варминстере, и Объединённый Командно-Штабной Колледж Вооруженных Сил в Гринвиче. Мы обратились к 64-летнему Глену Гранту с просьбой рассказать о себе и о своем пути.

Моя карьера началась с того, что меня приняли в полк подготовки младшего командного состава Королевской артиллерии в возрасте шестнадцати лет и двух месяцев. Я там обучался на протяжении двух лет, изучал все профессии артиллерийского дела, а также имел возможность с избытком заниматься спортом и ходить в горы. Во мне увидели потенциального офицера, и я провел весь остаток курса, обучая новоприбывших солдат. Я начал посещать курсы потенциальных офицеров в том же учебном центре, закончил его и после этого провел еще месяц на артиллерийских стрельбах в ранге сержанта топогеодезической службы артиллерийского подразделения состоящего из новобранцев. Мне было тогда 17. Вернувшись к обучению, я как-то отправился на соревнования со штабной командой стрелков, где я сполна познал дурные привычки сержантов, прежде чем стал хорошим солдатом и офицером.

Как стать экспертом? 01

На этом этапе я добился серьезных успехов в спортивной карьере, будучи к 18 годам лучшим в армии в беге на полуторакилометровую дистанцию и спортивном ориентировании. Я начал представлять Великобританию на международных соревнованиях с 23 лет, а также стал капитаном армейских команд по легкой атлетике, спортивному ориентированию и бегу по пересеченной местности. Позже я стал тренером и менеджером команды, что в свою очередь имело несколько преимуществ. Я часто путешествовал с командами и завел друзей во всех армейских подразделениях. На соревнованиях нас селили по несколько человек в один номер, не учитывая наши разные воинские звания, поэтому я часто жил в одной комнате с рядовыми и генералами. Это давало замечательную возможность узнать, как на самом деле функционирует армия. Я помню миллионы историй об учениях и боевых операциях, которые мне рассказывали.

Когда я учился в военной академии, мне повезло попасть на три недели в Швецию по обмену в рамках военного сотрудничества. Я возвращался туда почти каждый год на 2-4 недели в течение следующих 20 лет. В Швеции была многочисленная армия, состоящая из призывников, где я участвовал в подготовке новобранцев и резервистов, а также улучшал свои навыки в спортивном ориентировании и катании на лыжах. Там я познал совершенно иной образ жизни военного.

После года обучения артиллерийскому делу для офицерского состава я попал в свой первый артиллерийский полк. Вскоре мы отправились в Северную Ирландию, и в возрасте 20 лет я уже полгода командовал подразделением в Белфасте. Нас регулярно обстреливали из стрелкового оружия и минометов и однажды даже взорвали комнату, в которой я жил. К счастью, меня тогда в ней не было. Нам приходилось иметь дело с изнасилованиями и убийствами, не говоря уже о том, что мы выполняли функции полиции, и каждые выходные по вечерам прекращали деятельность огромных незаконных пабов. Каждую неделю я пытался усмирить жестокие протесты против армии или столкновения католиков и протестантов, в связи с чем часто не высыпался. К счастью никто из моего подразделения не был убит. За все время всего трое получили огнестрельные ранения, и один человек был тяжело ранен брошенным в него кирпичом. Однако эту статистику подпортило самоубийство, совершенное моим сослуживцем, жившим по соседству. Я вернулся туда год спустя для участия в судебных разбирательствах, целью которых было привлечь к ответственности людей, совершавших убийства. Я туда возвращался еще несколько раз, когда там было более спокойно.

Моя карьера артиллериста была обычной. Я служил офицером командного поста, артиллерийским корректировщиком, командовал подразделением, на вооружении которого была самоходная гусеничная артиллерия и буксируемые орудия, а позднее и ядерные ракеты. Нам всегда не хватало офицеров, и это сулило постоянные дополнительные обязанности. Командуя взводом в учебном центре, я регулярно выступал на стороне защиты или обвинения в военных трибуналах и гражданских судах, которые рассматривали дела солдат. В звании младшего лейтенанта, я дважды выступал главным арбитром, следящим за подготовкой учений по переброске Британских подразделений для усиления группировки в Германии, и собственно за самими учениями. Это была крупнейшая переброска Британских сил со времен Второй мировой войны. Проходя службу в парашютном артиллерийском полку в звании капитана, я был одновременно заместителем командира штаба роты по логистике, командовал радиолокационным взводом и взводом связи, был полковым специалистом по вербовке, а также читал курс подготовки к прыжкам с парашютом для новоприбывших солдат.

Как стать экспертом? 02

В течение этих 20 лет я каждый год проводил до 6 месяцев на учениях, часто проходящих на уровне бригады, или на крупномасштабных выездных учениях НАТО в Великобритании, Германии и Дании. Кроме того, я один раз читал лекцию в Гонконге и несколько раз на Кипре. Самым интересным для меня были боевые стрельбы аэромобильной бригады, в которых я принимал участие на протяжении 5 лет сначала в качестве корректировщика, потом командира штаба бригады, а затем командира роты. Мы всюду перемещались на вертолетах и спали где придется. Несколько раз орудиям моей роты нужно было преодолеть дистанцию в 200 км до места проведения учений. Они туда прибывали, когда учения уже закончились, разворачивались и ехали обратно! Меня часто назначали командиром артиллерийского подразделения или командиром бригады после того, как арбитры объявляли, что их вертолет был сбит. И не стоит верить сплетням о том, что я якобы давал им за это взятки.

Я закончил этот жизненный этап в звании майора на должности начальника генерального штаба артиллерии при штабе командования сухопутных войск. Вскоре после этого началась первая война в Персидском заливе. Я ловил себя на том, что работаю в ночную смену, участвуя в операциях сухопутных войск в качестве эксперта-артиллериста в сводной разведгруппе, и одновременно пытаюсь доставить орудия в зону боевых действий. Однажды вечером я согласовал с командующим сухопутных войск британский план войны в Персидском заливе, который я написал, пока он пил портвейн с заместителем начальника штаба. Ситуация усугубилась после того, как правительство решило сократить численность армии после падения Берлинской стены и я вошел в состав нескольких комитетов и рабочих групп, которые занимались организационными и инфраструктурными вопросами. Я выполнял массу работы на дому. После войны в Персидском заливе была Босния, и я продолжал учиться. Все это время я ежедневно напрямую общался с командующим сухопутных войск и министрами. Мне даже однажды пришлось работать на Рождество, чтобы составить новый план боевых операций в Боснии. В это время мы также внедрили в армии систему бюджетирования. Поэтому я управлял ресурсами для артиллерии в Великобритании и был вынужден проявлять недюжинную гибкость, чтобы удовлетворить потребность в боеприпасах, топливе, покрывать расходы, связанные с транспортом и личным составом, и при этом выполнять наши международные обязательства по проведению операций с участием артиллерии.

Потом я пошел учиться в объединённый штабной колледж вооруженных сил и сразу обнаружил, что меня повысили до подполковника и сказали, что я буду руководить военной тюрьмой. Меня выбрали для этой работы, поскольку тюрьма погрязла в коррупции и функционировала ненадлежащим образом, в связи с чем правительство хотело ее закрыть. Они сказали, Глен это исправит. Моя задача состояла в том, чтобы реформировать ее и спасти как часть военной инфраструктуры. Итак, все 6 месяцев колледжа я проводил вечера, изучая уголовное право, военное уголовное право, тюремное право и закон о судопроизводстве по делам несовершеннолетних. Я также должен был пройти курс офицеров командного состава, курс командира боевой группы и курс командира артиллерии, а также курсы в колледже гражданской тюремной службы, прежде чем я приступил к работе. Это был поистине отличный период, в течение которого я переквалифицировал персонал и изменил все методы работы. И никто из персонала не сбежал. Будучи начальником тюрьмы, я допросил каждого заключенного и каждую неделю общался с ними. Вскоре я многое о них знал и что еще важнее, я узнал, какими были их батальоны, корабли и командиры. Я был осведомлен о моральном и боевом духе всех подразделений вооруженных сил. Также в тюрьме у меня были полномочия судьи, которые, к счастью, я был вынужден использовать только пару раз.

После этого я в течение года возглавлял ночную смену опергруппы Министерства обороны в Боснии. У нашего оборонного ведомства не было в этой стране другой оперативной группы, кроме нашей. Поэтому, когда в один из субботних вечеров началась эвакуация британских и французских граждан из Албании, мне пришлось ею руководить, сотрудничая с итальянским Министерством обороны, которое предоставило спасательное судно, а также с базирующимся в Косово Британским штабом, который отправлял нам вертолеты. Англия в это самое время проигрывала Франции в регби, и начальник французского штаба звонил мне каждые 10 минут, чтобы подразнить меня! В течение того года, проведенного в Боснии, я часто звонил по ночам дежурному Британского министерства иностранных дел, в наше посольство в Вашингтоне, нашему послу в НАТО и офицеру по оперативным вопросам в Пентагоне. От меня ожидали достижения консенсуса, принятия решений и действий без одобрения вышестоящего руководства. Это было очень непростое время.

Затем меня назначили атташе в Финляндии, но прежде мне нужно было подтянуть знание финского языка, прослушать курс по боевым операциям военно-морских и военно-воздушным сил и уметь пилотировать самолеты Хоук (Hawk), поскольку они были на вооружении у финнов. По прибытии выяснилось, что я также назначен атташе в постсоветской Эстонии, поскольку эта страна отчаянно нуждалась в помощи. Я проводил не менее двух дней в неделю в Таллинне, помогая министру и директору по вопросам политики. У меня было отдельное рабочее место в отделах планирования и международных отношений. На глазах моих коллег я написал их первый план мероприятий по вступлению в НАТО. В следующем году они уже сами его писали под моим наблюдением. В Финляндии я договаривался о присоединении финских и шведских батальонов к британской бригаде в Косово. До их развертывания я помогал обучать финнов на каждом этапе подготовки. Финны настаивали, чтобы первым транспортным средством, отправившимся на юг, была передвижная сауна для их подразделения. Я испробовал ее, когда приехал в Приштину во время своей следующей командировки. Очевидно, роль такого атташе носила ярко выраженный политический характер, поскольку я регулярно информировал нашего и их министров. В качестве эксперта по вопросам обороны я также присутствовал на многих рабочих заседаниях при участии официальных лиц и министров.

Как стать экспертом? 03

Впоследствии меня назначили начальником отделения в штаб-квартире ВВС НАТО в Италии. Я отвечал за безопасность полетов на Балканах и обеспечивал соответствие всех ежедневных воздушных операций с целями, которые преследовало командование сухопутных войск НАТО на Балканах. Я регулярно летал на крошечном испанском самолете к своим командам, работающим в штаб-квартирах в Приштине и Сараево, а также в аэропорт в Косово, который контролировали русские якобы под моим присмотром. Встречи с российским начальником запомнились исключительно употреблением спиртного. После этого я снова работал атташе в Эстонии, а также в Риге (Латвия). В обеих странах я продолжил воплощать в жизнь реформы и оказывать всяческую поддержку. Вскоре пришло время покинуть эту должность для новой работы.

Первая работа была для меня вовсе не в новинку. Я стал советником моего друга - министра обороны Эстонии. Но теперь я был полностью вовлечен в преобразование их оборонного ведомства, курируя его чиновников и обучая персонал. Я помог министерству внутренних дел создать национальное антикризисное ведомство, а также способствовал основанию и функционированию их первого антикризисного центра по борьбе с птичьим гриппом. Мы даже ненадолго закрывали там аэропорт.

После периода работы в сфере консалтинга по коммерческим и вопросам и найму персонала в Латвии я вернулся к реформированию сферы обороны. Я проработал 2 года в болгарском оборонном ведомстве, помогая министру воплотить доклад о стратегии обороны после сокращения правительством бюджета на 42%. В отличие от Украины, здесь мне выдали пропуск, обеспечивающий почти полный доступ во все ведомства, позволяющий мне приходить и уходить, когда мне заблагорассудится. Я мог пойти прямо к министру, когда захочу, и он всячески побуждал меня работать в каждом управлении министерства и в генеральном штабе. Я старался как можно больше времени посвящать работе с командирами, а также посещал основные подразделения и учения. Я был способен переписать планы боевой подготовки для многих составных частей их системы, что делало ее более соответствующей учениям, проводимым НАТО. В соавторстве с командой, которая занималась политическими вопросами, я написал для парламента правительственный информационный документ, касающийся вопросов обороны, и единолично разработал новый закон о военной разведке. Многие проблемы, касающиеся аспектов культуры руководства, персонала, обучения, нехватки военных медиков, и несоответствия между планами и имеющимися на их выполнение средствами, были схожи с теми, с которыми я столкнулся в Украине. Не могу сказать, что достиг абсолютного успеха во всех этих областях, но я многому научился и завел много друзей.

С тех пор я также работал над реформами в Украине, Польше, Косово, Молдове, Черногории, Сербии и Чили. В основном они были связаны с министерством обороны и генеральным штабом, но иногда также касались отдельных ведомств и подразделений. Моим недавним заданием за пределами Украины была помощь Черногории в составлении обзорного доклада в сфере обороны необходимого для вступления в НАТО, что включало в себя создание нового подразделения сухопутных войск, определение степени соответствия требованиям НАТО, создание службы безопасности внутри министерства обороны и системы курирования персонала. Задачи, стоящие передо мной в Косово, заключались в улучшении стратегических и управленческих механизмов министерства обороны, и помощи в объединении военных и гражданских чиновников в целостный рабочий механизм.

В Украине я много работал с Министерством обороны и организацией, занимающейся вопросами расквартирования, сотрудничал с военно-морским флотом в создании новой стратегии. Я также сотрудничал с Министерством обороны на общественных началах, работал с медицинской службой и всячески помогал комитетам получить практическое представление о реформах. Помимо этого я преподавал основы управления волонтерам в Одессе.

Я описал лишь малую часть своей жизни и почти 50-летней карьеры в оборонной сфере. Несмотря на то, что я, возможно, не был выдающимся полководцем, как некоторые, но мне посчастливилось соприкоснуться и поработать со всеми аспектами системы обороны в моей и многих других странах, причем происходило это в любое время дня и ночи. Я могу отчетливо увидеть, как определенная стратегия меняет личный состав, технику и стандарты обучения и как новые вещи могут изменить возможные стратегии страны. Я обожаю эту работу.

Глен Грант, специально для "Цензор.НЕТ"

Перевод с английского -"Цензор.НЕТ"

Источник: https://censor.net.ua/r3049112
Комментировать
Сортировать:
в виде дерева
по дате
по имени пользователя
по рейтингу
 
 
 
 
 
 вверх