EN|RU|UK
  649  1

 УКРАИНСКИЕ ТАЙНЫ

В здании Союза журналистов на Крещатике, киевском бульваре, висит доска с именами 18 коллег. Борьба за правду стоила им жизни – еще до революции. Вместе с тем, нельзя утверждать, что все эти случаи сейчас могут быть досконально расследованы...

Апелляционный суд расположен на одной из прекраснейших улиц Киева. Встав перед этим старым особняком и посмотрев налево, видишь золотые купола Софийского собора, направо – разрушенный во времена Сталина, а теперь восстановленный Михайловский монастырь. Если войти в здание и пройти по узкому коридору, натолкнешься на объявление: "Дело Николая Протасова, Александра Поповича и Валерия Костенко, зал номер 1, 11 часов, председательствующий судья Ирина Григорьева". Речь идет об уголовном деле, которое потрясло Украину, как ни одно другое: убийство милиционерами журналиста Георгия Гонгадзе стало поводом для первых серьезных протестов против режима тогдашнего президента Леонида Кучмы, а расследование этого дела стало одним из требований "оранжевой революции".

Зал номер 1, длиной метров 15, переполнен. У торцевой стены три судьи. Слева – представители обвинения, справа – защиты. Рядом с ними, в железной клетке, двое подсудимых. С другой стороны решетки расположились два молодых милиционера, оба держат руки на кобуре. Чуть поодаль сидит Попович: он оставлен на свободе, так как был всего лишь водителем и непосредственно в убийстве не участвовал. Сегодня в виде исключения все трое здоровы и могут участвовать в судебном заседании. "Есть ли в зале журналисты?" – спрашивает судья. Встают 25 человек. Идет седьмой день начавшихся в январе слушаний, однако интерес общественности к делу не ослабевает.

Суд приступает к делу. Адвокаты Андрей Федур и Валентина Телюченко, которые представляют мать и вдову убитого, вступают в бой против все еще существующего стремления сделать из всего тайну. Судья посчитала, что показания и документы могут содержать "государственную тайну", поэтому общественности разрешено присутствовать только при обсуждении процедурных вопросов. То же самое происходит и сегодня. После перерыва журналисты должны покинуть зал заседаний. Федур использует перерыв, чтобы дать маленькую пресс-конференцию: "Это почти абсурд. Подразделение на службе государства убивает человека, а затем государство объявляет процесс закрытым". Но ничто не помогает, и суд выносит решение: эксперт должен изучить 26 томов дела и установить, имеются ли там сведения, "составляющие государственную тайну".

31-летний Георгий Гонгадзе и его интернет-газета (www.pravda.com.ua), рассказывающая о коррупции, действовали власть имущим на нервы. 16 сентября 2000 года Гонгадзе посадили в машину и вывезли из Киева. Через несколько недель его обезглавленный труп был найден в лесу. Еще через несколько недель один известный оппозиционный политик представил аудиозаписи, сделанные в канцелярии Кучмы, где тот ругался и говорил о необходимости убрать неудобного журналиста. Таким образом дело превратилось в событие политической важности.

После революции, которая положила конец режиму Кучмы, следствие вышло на четырех преступников. Трое из них сейчас сидят на скамье подсудимых – "мелкая рыбешка", как утверждают наблюдатели в Киеве. Но "крупная рыба" тоже известна. Это генерал милиции Алексей Пукач, который, по свидетельству трех обвиняемых милиционеров, задушил Гонгадзе собственноручно. Тогда в министерстве внутренних дел он отвечал за уголовную разведку. Как сообщали СМИ, летом 2005 года украинцы нашли Пукача в Израиле. Им не удалось арестовать генерала; сейчас он вроде бы скрывается в России. "Интерпол выдал ордер на его арест, – говорит Валентина Телюченко, – но что это даст, если он находится в России?"

Три милиционера дали признательные показания; им грозит пожизненное заключение. Тем не менее молодой адвокат надеется, что их действия будут квалифицированы как заказное убийство. "Это позволит поставить вопрос о заказчиках". Адвокат Федур внес ходатайство о вызове в суд бывшего президента Кучмы. Однако сначала должен быть улажен вопрос о неразглашении тайны.

Ставка здесь высока: речь идет ни много ни мало, как о свободе слова. После революции дела на Украине пошли гораздо лучше. Недаром некоторые известные журналисты из России, где дышать становится все труднее и труднее, перебираются в Киев. Савик Шустер, у которого возникли сложности с передачей "Свобода слова", выходившей на канале НТВ, делает теперь программу под тем же названием на украинском телеканале ICTV. Несколько российских газет открыли на Украине свои филиалы. Интерес проявляют и немецкие издатели. Издательская группа Handelsblatt с прошлого года выпускает в Киеве ежедневную газету "Дело".

В здании Союза журналистов на Крещатике, киевском бульваре, висит доска с именами 18 коллег. Борьба за правду стоила им жизни – еще до революции. Вместе с тем, нельзя утверждать, что все эти случаи сейчас могут быть досконально расследованы. Этого нельзя сказать даже о деле Гонгадзе: через месяц состоятся парламентские выборы, которые могут укрепить силы старого режимы.

Источник: Герхард Гнаук, Die Welt, Германия
    Комментировать
    Сортировать:
    в виде дерева
    по дате
    по имени пользователя
    по рейтингу
     
     
     
     
     
     вверх