EN|RU|UK
  322  1

 ВЕРА УЛЬЯНЧЕНКО: ДЛЯ МЕНЯ ВИКТОР АНДРЕЕВИЧ ВСЕГДА КАЗАЛСЯ НЕОРДИНАРНОЙ ЛИЧНОСТЬЮ

УП

Вера Ульянченко рядом с Виктором Ющенко с самого начала его политической карьеры. Говорят, что будучи внештатным советником президента, она "встроена" в систему принятия решений куда глубже, чем многие вполне штатные сотрудники секретариата.
– Как началось ваше сотрудничество с Виктором Ющенко?

– Я была приглашена на работу в службу премьер-министра Виктора Ющенко в феврале 2000 года. Меня пригласил Олег Рыбачук.

Им нужен был человек, который знает, скажем так, тонкости бюрократической работы, чтобы организовать рабочий день премьера, следить за тем, чтобы в нем не было сбоев. Такая рутинная каждодневная функция.

- А до получения приглашения в Кабмин, чем вы занимались?

- У меня был очень большой опыт госслужбы – это, наверное, и стало причиной, по которой меня пригласили в Кабмин. До этого я долгое время работала в комсомоле – освобождённым комсомольским работником, зампредседателя исполкома.

У меня есть опыт работы в структурах Кабинета Министров, в том числе, в качестве руководителя службы первого вице-премьера. Я успела поработать и в Верховной Раде, и в администрации президента на достаточно заметных постах.

Поэтому не было ничего удивительного, в том, что мне, как опытному бюрократу, предложили эту должность. Я ещё раз хочу подчеркнуть: это рутинная, повседневная, требующая организаторских способностей, работа. С этого началось наше сотрудничество.

Для меня Виктор Андреевич Ющенко, которого я знала ещё заместителем председателя правления банка "Украина", всегда казался неординарной личностью.

А за полтора года моей работы в качестве помощника премьер-министра у нас установились деловые и доверительные отношения. Я этим очень горжусь и, скажу вам честно, стараюсь никогда этим не пользоваться...

– Будучи внештатным помощником президента, каков механизм реализации ваших полномочий теперь?

– Поскольку период совместной работы с Виктором Андреевичем у нас был довольно длительным, есть определённый участок работы, который очень долго замыкался только на мне.

Это, прежде всего, работа, связанная с культурологическими проектами. Это и работа с гражданами – к Виктору Андреевичу обращается масса людей. Есть очень тяжёлые, исключительные случаи. Я продолжаю вести эти вопросы.

Я, главным образом работаю, с теми структурами секретариата, которые занимаются обеспечением основной конституционной деятельности президента – защитой прав и свобод граждан. Это - обращения граждан и их рассмотрение, вопросы помилования, вопросы гражданства.

– А что можете сказать о службе коммуникаций? (Эту недавно созданную службу возглавила Валентина Руденко, которая до этого занималась пиаром телеканала "1+1" и лично Александра Роднянского в период "служения" этого канала Виктору Медведчуку - УП). Для чего ее создали, какова ваша роль в её создании?

– Есть масса общественных организаций, которые хотят с нами сотрудничать, есть необходимость, скажем так, в PR-акциях разъясняющих, пропагандирующих деятельность власти, и служба коммуникаций будет этим заниматься.

Нам нужно задействовать все возможные способы и методы донесения информации о деятельности президента и иметь обратную связь с общественностью. Все шаги власти и президента должны мгновенно становиться достоянием общества.

– Таким образом, эта служба станет своеобразным рычагом воздействия, влияния на СМИ?

– Я вам хочу сказать, что год президента Ющенко показал, что в этой стране уже никогда не будет возврата к тоталитарной системе управления средствами массовой информации.

Основное достижение года президентства Виктора Ющенко в том, что свобода слова, свобода политического выбора – стали необратимыми. "Темники" уже невозможны, они ушли в прошлое навсегда.

Это одно из завоеваний Виктора Ющенко, и это то, что стало одним из определяющих в движении Украины в сторону демократии.

– Сегодня СМИ предоставляют читателю массу интерпретаций предпринимаемых властью шагов. Лично мне недостает внятно озвученной мотивации тех, кто принимает решения...

– Открытость власти и, собственно, свобода слова сразу вскрыли и новые проблемы - мы не умеем ею пользоваться. Часто журналисты обращают внимание на какие-то совершенно второстепенные вещи, не справляясь с главным - донести до читателя главное - как принято решение. А потом уже его дальше интерпретировать.

– Вот, скажем, решения о награждениях званием "Герой Украины". Как они принимаются? Какова мотивация? Например, решение об очень резонансном награждении редактора "Сільських вістей", у которого репутация антисемита…

– У президента Украины есть отдел награждений. Работает комиссия по награждению, которая вырабатывает политику решений, и готовит президента к тем или иным решениям. Что касается конкретного награждения, я думаю, там было достаточно бурное обсуждение. Я просто не участвую в работе этой комиссии…

– Это же определённый знак для общества – кто становится сегодня героем…

– Да, я с вами согласна, что открытость в этом вопросе, должна быть. У нас пока было слишком мало времени. Нужно было вначале переформатировать секретариат президента, и этот процесс происходит уже во второй раз. Когда стало понятно, что созданные структуры работают неэффективно, мы стали по новой формировать секретариат.

Но сделать доступными и открытыми все управления пока не удалось. Это наша задача на будущее. То же самое, касается и работы комиссии по помилованию и приёму гражданства Украины.

– Когда мы говорим, что Майдан продемонстрировал наличие гражданской позиции у людей, стало понятно, что большинство украинских граждан – люди мыслящие, и они хотят понимать логику принятия решений. Власть реагирует на этот запрос?

– Абсолютно. Общество никогда не знало, кто и как становился Героем. Да и многое другое было для общества неизвестным. Я отдаю себе отчет в том, что граждане Украины имеют абсолютное, неоспоримое право иметь доступ к такой информации.

Вот это и есть проблема, над решением которой мы работаем. Наша задача – действительно сделать достаточно широкой и доступной информацию о том, как принимаются решения в секретариате.

– Ходят слухи о том, что в секретариате некоторые документы непонятно откуда берутся, и затем куда-то деваются. Вот указ о назначении Виталия Гайдука, который вроде бы был и вроде бы исчез. Как это получилось?

– С указом Гайдука…это частный случай, там было все по-другому. Но, действительно, не на все обращения даются ответы, не на все письма их авторы получают ответ, это так, увы.

Не оправдываясь, хочу вам сказать – есть и субъективные, и объективные причины. Такое количество документов, писем и обращений, которое поступило за год работы Виктора Ющенко сюда в секретариат президента... это, безусловно, является свидетельством больших ожиданий.

Но мы же понимаем, что это просто невозможно! И это как раз относится к недостаточной организованности в работе секретариата. Но мы работаем и стремимся совершенствоваться.

– Как происходит подбор людей, которые руководят службами секретариата?

– Мы пытаемся избегать кулуарности при каждом назначении. Происходит обсуждение кандидатур, и иногда, это даже затягивается надолго. Потому что элита, которая смогла бы абсолютно по-новому и работать и мыслить, а к тому же имела и бюрократический и организаторский опыт – это очень большая проблема.

Главное в работе секретариата – это обеспечение деятельности президента. Здесь ты не самолично ценен, а ценен как человек, который в состоянии организовать, провести мониторинг, сделать анализ и выдать уже взвешенное аналитическое решение...

– А как происходит процесс подготовки выступлений президента? Говорят, что он не особенно доверяет специалистам... проявляет самостоятельность...

– Я вам хочу сказать, что выступления президента не готовятся от слов "Дорогие товарищи!" до "Спасибо за внимание". Выступления президента готовятся, прежде всего, как аналитические блоки, перечни важных вопросов.

Главный спичрайтер – это президент. Но его выступления – это коллективный труд. Готовить выступление президенту очень сложно, потому что поставлена очень высокая планка. Это серьёзная работа.

– А анализ общественного мнения, как те или иные тезисы восприняты обществом, такого рода информация есть?

– Конечно, конечно. Мы работаем с очень многими аналитическими центрами. Следим за социологическими исследованиями. Очень серьёзно анализируем их изменения. Мы даже следим за интерактивными опросами во время телевизионных передач, потому что это даёт возможность каждый день мониторить реакцию людей.

Пусть она недостаточно репрезентативна, но это всё равно тенденции, которые могут очень резко меняться в зависимости от ситуации. Мы видим, что людей интересует что-то другое, или мы должны были принять совершенно другие решения. Возможно, не кардинально другие, но тактически по-другому себя вести.

– Ходят слухи, что структуры секретариата слишком забюрократизированы, что у чиновников, работающих там, появляются свои внутрикулуарные интересы. То есть для того, чтобы донести до президента креативную мысль, нужно идти в обход, искать людей непосредственно приближённых к Виктору Андреевичу… Что сами по себе структуры ориентированы на свою внутреннюю бюрократическую жизнь…

– Я не думаю, что каждый, кто работает в секретариате – советник президента или руководитель службы – должен каждый день каждую свою мысль доносить до президента.

Во-первых, этого не может быть вообще, потому что секретариат – это совещательный факультативный орган при президенте, который работает на обеспечение его деятельности.

Поэтому если бы все работники секретариата ходили и доносили свои мысли до президента, он бы забыл, что есть страна. Поэтому я считаю, что любую идею можно реализовать, и не обязательно для этого непосредственно обращаться к президенту.

Работа секретариата заключается, прежде всего, в том, чтобы деятельность президента стала публичной, чтобы она стала известной и была донесена до общества.

– Кто сегодня входит в первый круг президентского общения? С кем он общается каждый день?

– Глава секретариата и его пресс-секретарь.

– А советники президента имеют к нему непосредственный доступ?

– Конечно. По мере необходимости президенту. Если это вопрос экономический – Гайдуцкий, если возникает вопрос правовой – Полудённый. Если возникает вопрос, допустим, связанный с обращением граждан – это могу быть я, и так далее.

Иногда бывают ситуации, когда докладные записки советников и их предложения могут быть предметом встречи с президентом. Но для этого советник должен понимать цену времени президента и это должно быть предложение, достойное внимания именно президента страны.

Для этого советник имеет право общаться с Кабинетом Министров, любыми министерствами, структурами, и вырабатывать позицию по тому или иному вопросу, а потом уже доносить её до президента.

– За год президентства Ющенко основные драматические коллизии президентской деятельности были связаны с решением кадровых вопросов. Были ли, по-вашему мнению, допущены ошибки с технологической точки зрения? То есть, не в смысле ошибок по персоналиям, а в том, как этот процесс происходил?

– Президент Виктор Ющенко, по моему мнению, привнес совершенно новую идеологию власти. Сломана старая система власти, сломана старая система кадровой политики. Найти новых людей, которые могли бы воспринять эту философию, уйти от постсоветских форм и тенденций управления очень сложно.

Нас упрекают в том, что мы заменили 18 тысяч государственных служащих, и не везде это было удачно. Но по-другому и быть не могло. Сделан главный шаг – мы выразили желание и предприняли шаги к тому, чтобы иметь новую политическую элиту страны, которая будет строить демократическое государство. Эта смена требует много времени.

Конечно, кадровые назначения были не всегда, может быть, правильными. И Ющенко сам об этом сказал не один раз: "Мы поменяли лица во власти, но лицо власти ещё не изменилось". Но в этом ничего фатального сегодня нет.

Я несколько раз повторяла: никто не родился министром, главой райадминистрации или даже главным консультантом какого-то отдела. Главное, что мы хотим сделать – это чтобы с новыми лицами пришла новая власть, которая будет исповедовать идеологию европейских стандартов.

В любой стране, когда меняется властная команда, то не с первого дня эта команда демонстрирует высокоэффективную работу.

– Главная проблема итогов президентского года заключается в разочаровании в обществе. И когда президент говорит, что у нас, на самом деле, есть повод для национальной гордости…это, конечно, не значит, что такого повода нет. Но это высказывание не заряжает оптимизмом само по себе. Нельзя преодолеть разочарование, отмахнувшись от него.

– Президент Украины никогда не говорил о том, что у нас нет недостатков. Впереди нас ждет реформа судебной власти, реформа жилищно-коммунальной системы, мы ещё не приступили к серьёзной реформе образования. Он об этом говорит.

Разочарование связано с тем, что люди 14 лет жили при той власти, которая их не устраивала. Эта власть обслуживала сама себя. И когда люди получили власть, на которую они возлагали очень большие надежды, они захотели очень быстрого результата. Но быстрого результата не бывает. Я не видела людей, которые бы разочаровались в том, что изменена сама система власти. Вот это главный итог года президента!

Мы год ждали результатов социально-экономической политики. Нас целый год критиковали за высокий социальный старт: а мы получили беспрецедентный результат социально ориентированной экономики. Мы не сорвали гривну, экономика не покатилась на спад.

Каждый экономический шаг был направлен на человека, а не на систему. И в пенсиях, и в зарплатах, и в выплатах по случаю рождения ребёнка. Нас столько раз критиковали за падение темпов роста ВВП! Нарисовать на потолке можно любую цифру. Но вопрос в чём – кого этот ВВП обслуживает?

Систему, которая сама всё это съедает? Или выражается в содержимом кармана каждого гражданина? Мы, при падении темпов роста ВВП, получили повышение поступлений в бюджет в 1,5 раза, на 20% выросли реальные доходы населения! На 22% выросла покупательская способность!

Конечно, цены вырастут, потому что у людей появились деньги, и рынок на это реагирует. Но власть делает всё для того, чтобы человек встретил повышение цен не катастрофически для себя. О каком повышении цен могла идти речь в момент, когда в стране платили зарплату яйцами, сахаром, шапками, шинами?

Впервые мы имеем год, при котором в Киеве практически нет незанятых учителей. Почему? Потому что профессия учителя становится опять престижной. Это гарантированная зарплата, которая даёт возможность человеку нормально жить.

Учителя возвращаются в свою профессию, они увидели перспективу, их труд оценивается и он оплачивается. Экономика действительно стала социально ориентированной. Экономика стала работать на че-ло-ве-ка, а не на обслуживание системы…

Источник: https://censor.net.ua/r2546

Комментировать
Сортировать:
в виде дерева
по дате
по имени пользователя
по рейтингу
 
 
 
 
 
 вверх