EN|RU|UK
 Форум Украины
  296  13

 ГОГОЛЬ КАК ЗЕРКАЛО ОРАНЖЕВОЙ РЕВОЛЮЦИИ

За суетным непразднованием юбилея украинской незалежности и сорочинской ярмаркой затерялся юбилей украинского Нострадамуса - Гоголя. Но, вдохновившись скандальным успехом "Кода да Винчи", внештатные архивисты Цензора вскрыли код рукописи Гоголя и ахнули - вот где зеркало оранжевой революции!   
Николай Васильевич Гоголь.
Одна  из  неизданных  былей  пасичника  Рудого  Панька.  
"Повесть о том, как помирился Виктор Андреевич с Виктором Федоровичем "
Славная бекеша (1) у Виктора Андреевича! отличнейшая! А какие смушки (2)!  Фу  ты, пропасть, какие смушки! сизые с Морозом! Взгляните, ради бога, на них, - особенно  если  он станет с кем-нибудь говорить, -  взгляните  сбоку:  что  это  за  объяд[ин]ение! Господи   боже   мой!   Николай Чудотворец, угодник божий! отчего же у меня нет такой  бекеши! Он  слепил  ее тогда еще, когда Юлия  Владимировна  не  ездила  в  Москву.  Вы  знаете  Юлию Владимировну? та самая, что откусила ухо у заседателя (3).
1 - Бекеша - бело-красная коалиция широкая антикризисная
2 - Смушки - СПУшки и КПУшки - сателлитные мелкие украинские партии
br>3 - имеется в виду ЕЭСУ у экс-премьера Лазаренко
Прекрасный человек Виктор Андреевич! Какой у него дом в Безрадичах! Чего там  нет!  Сливы,  вишни,  черешни, огородина  всякая,  подсолнечники,  огурцы,  дыни,  стручья,  даже  гумно  и пасека.Прекрасный человек  Виктор Андреевич! Он очень любит дыни. Это его  любимое кушанье. Как только отобедает и выйдет в одной  рубашке  под  навес,  сейчас приказывает принести две дыни. И уже сам разрежет,  соберет  семена  в особую бумажку и начнет кушать. Потом велит  принести  чернильницу  и сам, собственною рукою, сделает надпись над бумажкою с семенами:  "Сия  дыня съедена  такого-то  числа". Если  при  этом  был  какой-нибудь  гость,   то: "участвовал такой-то [Сацюк или еще кто]".
А какой оратор Виктор Андреевич!  Каждый  субботний день надевает он вышиванку  и  идет  на радио. Когда же окончится его служба на радио, Виктор Андреевич никак  не утерпит, чтоб не обойти всех нищих на Банковой. Он бы, может быть, и не  хотел  заняться таким скучным делом, если бы не побуждала его к тому природная доброта.
     -  Здорово,  небого!  -  обыкновенно  говорил  он,   отыскавши   самую искалеченную бабу в изодранном, сшитом  из  заплат  платье.[Вернее, цветастом халате – имеется в виду Герой Украины баба Параска]
     - Бедная головушка, чего ж ты пришла сюда?
br>     - А так, паночку, просить, не  даст  ли  кто-нибудь  хоть  на хлеб.
     - Гм! что ж, тебе разве хочется хлеба?  -  обыкновенно  спрашивал  Виктор Андреевич.
     - Как не хотеть! голодна, как собака.
     - Гм! - отвечал обыкновенно Виктор Андреевич. - Так тебе,  может,  и  мяса хочется?
     - Да все, что милость ваша даст, всем буду довольна.
     - Гм! разве мясо лучше хлеба?
     - Где уж голодному разбирать. Все, что пожалуете, все хорошо.   При этом старуха обыкновенно протягивала руку.
     - Ну, ступай же с богом, - говорил Виктор Андреевич. - Чего ж  ты  стоишь? ведь я тебя не бью! - и, обратившись  с  такими  расспросами  к  другому,  к третьему, наконец возвращается домой или заходит выпить рюмку водки к соседу [Петру Порошенко], или к судье, или к городничему.
Очень хороший также человек Виктор Федорович.  Его  двор  супротив  двора Виктора Андреевича. Они такие между собою антиподы, какие свет  не  производил.
Виктор Федорович никогда не  сидел.  Хотя  проговаривали,  что  он [отбывал срок за изнасилование], но это совершенная ложь. Я очень хорошо знаю Виктора Федоровича и могу сказать, что он даже не имел намерения никого [насильничать]. Откуда выходят все эти сплетни?
Так, как пронесли было, что  Виктор Федорович  родился  с  хвостом назади. Но эта выдумка так нелепа и вместе гнусна и неприлична, что  я  даже не почитаю нужным опровергать  пред просвещенными  читателями,  которым,  без всякого сомнения, известно,  что  у  одних  только  ведьм,  и  то  у  весьма немногих, есть назади хвост, которые, впрочем, принадлежат более к  женскому полу, нежели к мужескому.(Вероятно, имеется в виду известная конотопская ведьма из прогрессивных социалистов]
Сан Саныч, который до сих пор еще ходит в оранжевом сюртуке с голубыми рукавами, обыкновенно говорил,  что  Виктора Федоровича и  Виктора Андреевича  сам   черт   связал  веревочкой. Куда один, туда и другой плетется.
      Но прежде нужно несколько познакомить  читателя  с  этим  замечательным лицом. Сан Саныч был  совершенно  добродетельный  человек  во  всем значении этого слова: даст ли ему кто из почетных людей в  [Верховной Раде] платок на шею или исподнее - он благодарит; щелкнет ли его кто слегка в нос,  он  и тогда  благодарит.  Если  у  него  спрашивали:  "Отчего  это  у  вас,  Сан Саныч, сюртук оранжевый, а  рукава  голубые?"  -  то  он  обыкновенно всегда отвечал: "А у вас и такого  нет!  Подождите,  обносится,  весь  будет одинаковый!" И точно: голубое сукно от действия солнца начало  обращаться  в оранжевое и теперь  совершенно  подходит  под  цвет  сюртука!  Сан Саныч не имеет своего дома [ т.е., политической платформы]. У него  был прежде, на конце города дом, но он его  продал  и  на  вырученные  деньги  купил тройку гнедых лошадей и небольшую бричку, в  которой  разъезжал  гостить  по помещикам. Но так как с ними много было хлопот и притом нужны были деньги на овес, то Сан Саныч их променял на скрыпку и дворовую  девку,  взявши придачи  двадцатипятирублевую  бумажку.  Потом  скрыпку  Сан Саныч продал, а девку променял за кисет сафьянный с золотом. И теперь у него кисет такой, какого ни у кого нет. За это наслаждение он уже не  может  разъезжать по деревням, а должен  оставаться  в  городе  и  ночевать  в  разных  домах, особенно тех дворян, которые находили  удовольствие  щелкать  его  по  носу.  Сан Саныч, несмотря, что его щелкали по носу, был довольно хитрый  человек на многие дела, -   он  очень  знал, когда  нужно  прикинуться  дураком,  и  иногда  умел   найтиться   в   таких обстоятельствах и случаях, где редко умный бывает в состоянии извернуться.

Несмотря на большую неприязнь, эти редкие политические деятели не  совсем  были  сходны между собою. Лучше всего  можно  узнать  характеры  их  из  сравнения: 
Виктор Андреевич имеет необыкновенный дар говорить чрезвычайно приятно. Господи, как он говорит! Это ощущение можно сравнить только с тем, когда  у  вас  ищут  в голове или потихоньку проводят пальцем по вашей пятке. Слушаешь, слушаешь  - и голову повесишь. Приятно! чрезвычайно приятно! как сон после купанья.
Виктор Федорович, напротив; больше молчит, но зато если влепит словцо [про козлов и мудаков], то держись только: отбреет лучше всякой бритвы.
Виктор Андреевич худощав и высокого роста; Виктор Федорович немного ниже, но зато распространяется в толщину. Голова  у Виктора Андреевича похожа на редьку хвостом вниз; голова Виктора Федоровича на редьку хвостом вверх. Виктор Андреевич чрезвычайно тонкий человек  и  в  порядочном  разговоре  никогда  не  скажет неприличного слова и тотчас обидится, если  услышит  его.   Виктор Федорович иногда не обережется; тогда обыкновенно  Виктор Андреевич  встает  с  места  и говорит: "Довольно, довольно, Виктор Федорович; лучше скорее на солнце,  чем говорить такие [нетолерантные и неэлегантные] слова". Виктор Андреевич очень сердится, если  ему попадется в [газете утка]: он тогда выходит из себя - и газету кинет, и хозяину газеты достанется. Виктор Андреевич  чрезвычайно  любопытен.  Боже сохрани, если что-нибудь начнешь ему рассказывать, да не доскажешь!  Если  ж чем  бывает  недоволен,  то  тотчас  дает  заметить  это.  По   виду   Виктора Федоровича чрезвычайно трудно узнать, доволен ли он  или  сердит;  хоть  и обрадуется чему-нибудь, то не покажет. Виктор Андреевич  несколько  боязливого характера. У Виктора Федоровича, напротив того,  костюмы от Бриони  в  таких  широких складках, что если бы раздуть их, то в них можно бы поместить  весь  двор  с амбарами  и  строением.  У  Виктора Андреевича  большие  выразительные   глаза табачного цвета и рот несколько похож на букву ижицу; у  Виктора Федоровича глаза маленькие, желтоватые, совершенно пропадающие между  густых  бровей  и пухлых щек, и нос в виде спелой сливы. Виктор Андреевич  если  попотчивает  вас своим медом из банки, то всегда наперед лизнет языком крышку, потом щелкнет  по ней пальцем и, поднесши, скажет, если вы с ним знакомы:  "Смею  ли  просить, любый друже, об одолжении?"; если  же  незнакомы,  то:  "Смею  ли  просить, любий мой сэр, не имея чести знать чина, имени и  отечества,  об  одолжении?"
Виктор же Федорович дает вам прямо в руки  свой [кулек с карамельками]  и  прибавит  только:  "Одолжайтесь, [Владимир Владимирович]".
>Впрочем, несмотря на некоторые несходства, как  Виктор Андреевич,  так  и Виктор Федорович прекрасные люди.
Но вот недавно произошел чрезвычайно важный случай для всего города [ Партия регионов победила на парламентских выборах]Где  возьму  я  кистей  и  красок,  чтобы изобразить разнообразие съезда [регионалов] и великолепное пиршество? Позвольте, я перечту всех,  которые  были  там: Тарас Вячеславович, Евпл Акинфович, Ринат Леонидович, Евтихий Евтихиевич, Виктор Федорович, Савва  Гаврилович,   Елевферий Елевфериевич, Макар Назарьевич, Фома Григорьевич...  Не  могу  далее!  не  в силах! Рука устает писать! А сколько было дам! смуглых и белолицых,  длинных и коротеньких, толстых, и таких тонких, что  казалось, каждую можно было упрятать в  шпажные  ножны  городничего.  Сколько  чепцов! сколько  платьев!  красных,  желтых,  кофейных,   зеленых,   синих,   новых, перелицованных, перекроенных; платков,  лент,  ридикулей ! [Только Анна Герман была в деловом костюме с троещинского столичного рынка]
Прощайте,  бедные глаза! вы никуда не будете годиться после этого спектакля. А  какой длинный круглый стол был вытянут! А как разговорилось все, какой шум  подняли!  Не могу вам сказать наверно, о чем они говорили, но должно думать, что о многих приятных и полезных вещах,  как-то:  о  погоде,  о  собаках,  о  пшенице,  о чепчиках, о жеребцах. [Но самое главное, что Ринат Леогидович заговорил о том, чтоб объявить премьером Виктора Федоровича! А Виктор Андреевич уже подготовил представление на Юлию Владимировну!]
Делать было нечего. Обе просьбы были приняты, и дело готовилось принять довольно важный интерес, как одно непредвиденное обстоятельство сообщило ему еще  большую  занимательность.  Когда   судья   вышел   из   присутствия   в сопровождении подсудка  и  секретаря,  а  канцелярские  укладывали  в  мешок нанесенных просителями кур, яиц, краюх  хлеба,  пирогов,  книшей  и  прочего дрязгу, в это время бурая свинья [ с розовым пятачком и клеймом СПУ на жирном боку] вбежала в комнату и схватила,  к  удивлению присутствовавших,  не  пирог  или   хлебную   корку,   но   [представление    Виктора Андреевича на Юлию Владимировну], которое лежало на конце  стола,  перевесившись  листами  вниз.
Схвативши бумагу, бурая хавронья убежала так скоро, что ни один из приказных  чиновников не мог догнать ее, несмотря на кидаемые линейки и чернильницы. Это чрезвычайное происшествие произвело страшную суматоху,  потому  что даже копия не была еще списана  с  нее. 
Узнав об этом, Виктор Андреевич бросил на Виктора Федоровича взгляд - и какой взгляд! Если бы  этому взгляду придана была власть исполнительная, то он обратил бы  в  прах  Виктора Федоровича. И этот человек, образец кротости, который ни  одну  нищую  не  пропускал,  чтоб  не расспросить ее, выбежал в ужасном бешенстве. Такие сильные  бури  производят страсти!
Целый месяц ничего не было слышно о Викторе Андреевиче. Дело  было  перенесено  в палату.  [Ходили слухи о роспуске палаты]. И когда получила Юлия Владимировна радостное известие, что завтра решится на [роспуск] Виктор Андреевич, тогда только выглянула она на свет и решилась выйти  из  дому.  Увы!  с  того времени палата извещала ежедневно, что дело кончится завтра,  в  продолжение пятнадцати дней!
 ---------
   Через пять лет я проезжал чрез Киев.Я ехал в  дурное  время.  Тогда  стояла осень с  своею  грустно-сырою погодою, грязью и туманом. На меня тогда сильное влияние производила погода: я скучал, когда она была скучна.  Но,  несмотря  на  то, когда я стал подъезжать к [Майдану], то  почувствовал,  что  у  меня  сердце бьется сильно.  Боже,  сколько  воспоминаний!  Я въехал в главную улицу;  везде  стояли  шесты  с привязанным вверху пуком соломы: производилась  какая-то  новая  планировка по приказу нового городничего! Несколько изб было снесено. Остатки заборов и плетней торчали уныло. Майдан] был пуст. Народу почти никого. Видно  было,  что  и самые богомольные побоялись грязи...Я зашел в [Кабмин] и оборотился к  одному  почтенному  старику  с  поседевшими волосами:
   - Позвольте узнать, что [сталось с премьером] Виктором Федоровичем?
     В это время ...свет прямо  ударился в лицо моего соседа. Как же я удивился, когда,  рассматривая,  увидел  черты знакомые! Это был сам Виктор Федорович! Но как изменился!
     - Здоровы ли вы, Виктор Федорович? Как же вы постарели!
     - Да, постарел. Я сегодня из Москвы, - отвечал Виктор Федорович.
     - Что вы говорите! вы ездили в Москву в такую дурную погоду.
>     - Что ж делать! [Газовая] тяжба...
     При этом я невольно вздохнул. Виктор Федорович  заметил  этот  вздох  и сказал:
     - Не  беспокойтесь,  я  имею  верное  известие,  что  дело  решится  на следующей неделе, и в мою пользу. [Даст бог, опять будет газ по 50]
   
Я пожал плечами и пошел на [Банковую] узнать что-нибудь об Викторе Андреевиче.
    - Виктор Андреевич здесь, - сказал мне кто-то, - он на крылосе
[так принято называть бесконечный круглый стол - понял я].
Я увидел тогда тощую фигуру. Это ли Виктор Андреевич?  Лицо  было  покрыто морщинами, волосы были совершенно белые; но бекеша была  все  та  же.  После первых приветствий Виктор Андреевич, обратившись  ко  мне  с  веселою  улыбкою, которая так всегда шла к его воронкообразному лицу, сказал:
     - Уведомить ли вас о приятной новости?
     - О какой новости? - спросил я.
     - Завтра непременно решится мое дело насчет [второго президентского срока]. Палата сказала наверное.
     Я вздохнул еще глубже и поскорее поспешил проститься, потому что я ехал по весьма важному делу, и сел в кибитку. Сырость меня проняла  насквозь.
>Печальная застава с будкою [ГАИ ]медленно пронеслась мимо. Опять то же поле, местами изрытое, черное, местами зеленеющее,  мокрые  галки  и  вороны,  однообразный  дождь,  слезливое  без просвету небо.
- Скучно на этом свете, господа!Источник: https://censor.net.ua/f2337908
Комментировать
Сортировать:
в виде дерева
по дате
по имени пользователя
по рейтингу
 Сейчас пишут
 
 
 
 
 
 вверх