EN|RU|UK
Блоги Александр Михельсон
Редакция Цензор.НЕТ может не разделять позицию авторов. Ответственность за материалы в разделе "Блоги" несут авторы текстов.
  3116  9

Блеск, нищета и опасность путинизма по Суркову

"Иллюзия выбора является важнейшей из иллюзий, коронным трюком западного образа жизни вообще и западной демократии в частности". Эти строки из статьи одного из идеологов путинизма Владислава Суркова могли бы считаться квинтэссенцией всего текста, опубликованного на прошлой неделе в российской "Независимой газете". В России статью обсуждали очень бурно.

В Украине – гораздо меньше. Надо ли оно нам вообще? Рискну предположить, что не повредит. И не только потому, что Сурков известен как архитектор "ДНР" и "ЛНР", и является постоянным участником переговоров по "украинскому вопросу" с тем же спецпредставителем госдепа США Куртом Волкером. Но в первую очередь потому, что статья, по формату претендующая на программную, великолепно подчеркивает тот факт, что никакой программы у российской государственной машины нет. По крайней мере, конструктивной программы. А вот опасность она представляет немалую.

Сурков в статье много говорит об особом типе, структуре и функциях российской государственности. Для обоснования этой особости он выдумывает термин "глубинный народ", по аналогии с "глубинным государством" ("deep state") из американской политологии. Сурков красиво, этого не отнимешь, рассуждает о "четырех моделях" русского государства, которые называет по именам Ивана Третьего, Петра Первого, Ленина и, конечно же, Путина. "Невозможный, противоестественный и контристорический распад России был, пусть и запоздало, но твердо остановлен", – пишет Сурков. – "Нескромная роль, отведенная нашей стране в мировой истории, не позволяет уйти со сцены или отмолчаться в массовке, не сулит покоя и предопределяет непростой характер здешней государственности… органически сложившаяся модель политического устройства явится эффективным средством выживания и возвышения российской нации на ближайшие не только годы, но и десятилетия, а скорее всего и на весь предстоящий век".

С яркими эпитетами соседствуют и довольно точные характеристики этого самого устройства. "Государство у нас не делится на глубинное и внешнее, оно строится целиком, всеми своими частями и проявлениями наружу. Самые брутальные конструкции его силового каркаса идут прямо по фасаду, не прикрытые какими-либо архитектурными излишествами", – объясняет Сурков. И делает вывод, что "сделанная в России политическая система пригодна не только для домашнего будущего, она явно имеет значительный экспортный потенциал, спрос на нее или на отдельные ее компоненты уже существует, ее опыт изучают и частично перенимают, ей подражают как правящие, так и оппозиционные группы во многих странах".

Этот момент всячески высмеяли российские либеральные публицисты. И высмеяли совершенно справедливо: ничего "сделанного в России" – по крайней мере, ничего изобретенного в России – указанная модель не содержит, в общих чертах вся эта "разработка" восходит еще к деспотиям Древнего Востока, к какому-нибудь Хаммурапи и даже Саргону Аккадскому. Важно здесь вот что: тот самый "глубинный народ", на котором держится вся сурковская модель, совершенно четко определяется через веру в личность Вождя.

Не зря те же российские либералы острят, что-де на самом деле статья написана только для одного читателя, но как раз он не факт что стал ее читать. Это только подчеркивает: в своем описании современной версии самодержавия Сурков совершенно прав.

И в этом смысле квинтэссенцией статьи, пожалуй, являются не цитировавшиеся выше, а вот какие строки: "Современная модель русского государства начинается с доверия и на доверии держится. В этом ее коренное отличие от модели западной, культивирующей недоверие и критику. И в этом ее сила". Миссия, и даже единственная цель государства, по Суркову – бороться вот с этой самой критикой. Разумеется, в первую очередь в свой адрес.

Как это достигается, в статье тоже сказано, хоть и под другим соусом: "Хейтеры, тролли и примкнувшие к ним злые боты образовали визгливое большинство, вытеснив с доминирующих позиций некогда задававший совсем другой тон достопочтенный средний класс". Как тут не вспомнить деятельность тех самых "ольгинских троллей", которая направлена, как теперь поняли даже западные бюрократы, не на продвижение каких-нибудь идей, но на разрушение любых уже имеющихся идеологических конструкций. Русские боты в американских соцсетях работают не "за" или "против" Трампа, чернокожих, аборты или вакцинацию от кори. Их стратегическая задача – накалять противостояние, вбрасывая максимальное количество чуши якобы в пользу взаимоисключающих точек зрения.

И что характерно – эти боты не смогли бы создавать подобные дискуссии самостоятельно. Нет, поле для дискуссий имеется в самом американском (и шире, западном) обществе. Сурков утверждает, что это-де врожденный порок западных обществ – и, разумеется, ни в коем случае не признается, что сегодняшнее руководство РФ сознательно порок усугубляет.

Ключевая опасность здесь вот в чем. Расшатывая и разрушая сложившуюся на Западе версию либеральной демократии с помощью ее же инструментов – свободы слова и критики – путинизм заставляет эту систему защищаться. Но для защиты приходится применять запреты. А следовательно, отходить от тех самых идеалов свободы. Вот так и заимствуется Западом древний азиатский "опыт" политической модели, изобретение которой Сурков всеверноподданейше, хоть и вроде как непрямо, приписывает Путину.

Вернее, заимствуется по мнению Суркова. На самом деле, как оно обычно и бывает, жизнь проще и одновременно сложнее теоретически-заумных выкладок. Никто не создавал путинизм как инструмент намеренного разрушения западной цивилизации. Все, что происходит сегодня – результат борьбы за достижение конкретных политических и экономических целей кремлевского режима, не последней из которых является банальное самооправдание. Грубо говоря, раз мы – уроды, то и остальных такими сделаем.

Занятие это увлекательное, но не столь уж перспективное. Апологеты путинизма давно страдают от того, что сегодняшняя Россия не может предложить миру никакой сверхидеи наподобие той, какую являл собой коммунизм. Даже за исламским терроризмом, который тоже нацелен именно на разрушение западных институтов личной свободы и прав человека, все-таки стоит религия, которая, как и полагается религии, претендует на обладание универсальной истиной. А у Суркова вот поиск сверхидеи опять свелся к стремлению испортить жизнь соседям.

Мир, между тем, пережил коммунизм, да и религиозные фанатики западную цивилизацию пока отнюдь не преобразили. Так что путинизм не столь уж опасен – для Запада. А вот нам, в Украине, теоретические экзерцисы Суркова и его единомышленников надлежит всегда иметь в виду.

Разудалое критиканство, примеры которого мы ежечасно видим в ходе той же президентской кампании, играет на руку российской "гибридной" агрессии. Но ведь и ограничения на критику, как показано выше, играют на руку ей же. В этом смысле "русский мир" тренирует свои разрушительные методики на нас точно так же, как российские наемники испытывают новые системы вооружений в зоне ООС. Если хотите, из статьи Суркова о миссии России можно вывести миссию Украины – противостоять этой, выражаясь впросте, мозговой заразе. "Зберігайте спокій та гостріть розум" – вот чему невольно учит нас товарищ Сурков.

Комментировать
Сортировать:
в виде дерева
по дате
по имени пользователя
по рейтингу
 
 
 
 
 
 вверх