EN|RU|UK
Блоги Андрей Танцюра
волонтер Одесского военного госпиталя с июля 2014 года
  1661  1

ЕВГЕНИЙ ПОПЛАВСКИЙ: ВТОРОГО ШАНСА МОЖЕТ И НЕ БЫТЬ!



Наш герой — Евгений Поплавский. Высокий, с тонкими чертами, спокойным ироничным взглядом и улыбкой. Соседи по палате в шутку называют его самым красивым среди них. Мол, медсестры только ради него и заходят, мы тоже так хотим. Его ранение было практически смертельным. То, что он жив — чудо. В госпиталях — уже четвертый год.
В АТО был два раза в самый жаркий период: с июля по сентябрь 2014-го и с января 2015-го до ранения. Давать интервью для него — не впервой. Кажется, он уже знает о чем будут спрашивать, и как будет отвечать.

Я родом из Житомирской области. Село Прилуки. Овручский район. Учился я в Житомире, потом работал администратором в игральном зале.
С 2010 года пришла повестка – пошел на срочную службу в Донецк, внутренние войска. После службы в 2012-м подписал контракт в 30 ОМБр. После этого все понеслось по нарастающей. Сначала – полтора года нормальной службы. Потом, когда начался Майдан, нас закрыли и мы находились в тревожном положении. Затем нас отправили на Ровенский полигон на доукомплектацию и после этого всего – под Крым. После Крыма – непосредственно в зону АТО.
В 2014 году мы выходили за 20 км от Луганска. Я через бинокль уже видел дома. А сейчас до Луганска петлять и петлять. Наше доблестное руководство дало команду отойти обратно, и мы отошли. Если посмотреть карту зоны АТО за 2014 и 2015 год, то она сильно-сильно отличается. Могли бы все уже закончить. Но "там" сидят жирафы — им видней.

О войне:

Когда ехал на войну, вначале было страшно. Но потом привыкаешь. Каждый день по чуть-чуть. Как жили? Жили возле машины. Все нормально было.
Сначала участвовал в рейде с 95 бригадой. Наш батальон участвовал: 30-я бригада и 95-я бригада. Брали Петровское, Саур-Могилу. Ее брали, но не взяли. Я с самого начала говорил, что это гиблая идея. Когда еще служил в Донецке, мы туда ездили на 9-е мая. Там съезжались со всех сторон. Даже с России приезжали люди – просто приветствовали друг друга ветераны.
Почему гиблое дело? Она сильно укреплена эта Саур-Могила. Для того, чтобы их всех оттуда выкурить, этих сепаров, нужно как минимум – сутки, а то и двое бомбить "градами", для того, чтоб они вышли оттуда оглушенными. Там такие дзоты четкие, хорошие. Подобраться к ним близко невозможно. На 800 метров мы подошли только. А дальше идти нельзя, потому что не видно откуда стреляют.
Но ничего, потом мы их чуть-чуть поколошматили и в Степановку зашли. Там сделали полную зачистку. Люди местные говорили: пацаны, вы бы видели, как они отсюда чесали. Вот мы заходим – 95-я с одной стороны, мы тридцатка, с другой. Они там окопались заранее. У них там – окопы, красиво все сделано – ждали. Но быстренько манатки в руки и – ходу. Потому что мы не пришли с копьями и камнями. Мы пришли четко подготовленными. А у них что там? В основном это было гражданское население. А гражданское население боится, когда на них едут танки, БМП и все остальное.
Среди местных есть нормальные. А есть ушлые люди. Вот вроде он тебе улыбается, но уходишь от него и все равно – надо оборачиваться. Не знаешь, чего от него ожидать.
Больше всего скучаю за пацанами. Вот разговариваешь с ними, а через 5 минут – их уже нет.

О лжи во благо:

Дома остались мама и папа. Я не женат. В четырнадцатом году они вообще не знали, где я нахожусь. Отец знал и младший брат. А смысл говорить? Я говорил, что нахожусь на полигоне в Яворове и буду звонить раз в три дня. Я четко старался выходить на связь раз в три дня или даже раз в два дня. И все – на этом финиш.
— А что у тебя со связью?
— А, я под польской границей нахожусь (смеется) плохая связь. Роуминг.
— Роуминг так роуминг.
Один раз чуть не спалился в Лутугино мы были. Там связь ловила только на заводе, где мы находились. Наверх надо было лезть – на крышу. Оттуда можно было словить какую-то связь. Я набираю, разговариваю. И тут наши красавцы, артиллерия, начинают в ту сторону стрелять.
— Женя! Что это? Ты где?
— А, танки привезли. Их же надо пристрелять перед тем, как в зону АТО отправлять. Все. Поверили. Так и прошло.
А как мама узнала, что я был там? Мы приехали в часть. И нам выдали справку о том с какого по какое число мы находились и где. Я эту справку сложил в паспорт, а ей нужны были какие-то ксерокопии. Она забрала его на работу. Я себе в добром расположении духа просыпаюсь. А она мне:
-Ну и на каком полигоне ты был?
— На Яворовском.
Она достает паспорт. Блииин. Если бы не эта случайность, она бы и не узнала. Я бы не сказал. Меньше знает – крепче спит.

О ранении:

Ранение получил в пятнадцатом году на Светлодарской дуге. Нам по рации передали, что к нам идет группа из тридцати человек. Там, где мы стояли, местность такая была – впереди густая посадка. В ней можно так пролезть, что не будет даже видно. Они могли подлезть на 150 метров и оттуда уже снимать нас, как куропаток. Пацаны говорят: Женя, давай будем что-то делать. Что, говорю, пошли в окопы. Мы – в окопы – заняли позиции.
Думаю, подойду к пацанам скажу, что если кого-то увидят, пусть "ложат" так, чтоб никто головы не поднял. В итоге, я делаю несколько шагов – бам, бам, бам. Звон в ушах. Чувствую зуд и боль в виске. Такое смешанное чувство. Беру рукой. Чувствую, что-то есть. Кровь. Понял, что получил ранение. Смотрю, Дима лежит ногу себе перетягивает. Меня пацаны потом замотали. То, что глаза нет, я тогда не понял. Осколок один зашел через висок, другой через глаз. Мне достали тот, который зашел через висок. Для того, чтобы его достать, мне делали трепанацию черепа. Достали, закрыли отверстие в глазной орбите.

Чтобы достать второй осколок нужно делать еще одну трепанацию. Это нужно пол черепа вскрыть и потом заложить титаном. Но он мне не мешает. Он застрял в черепе. Со временем обрастет черепной коркой. И будет жить со мной. Уже три года живет, и ничего.
В Одесском военном госпитале я нахожусь с 19 числа. Запланирована операция. Будут делать пластику века. Для того, чтобы его выдвинуть, сделать симметрию. Чтоб оно было на уровне. Будут брать мягкую ткань с района пояса, вставлять под веко, там сшивать, натянут, поставят протез побольше, сошьют веко. Недели две, швы снимают, нужно чтобы сформировалась полость для протеза.

О планах:

Планы на будущее грандиозные (улыбается). Такие, как у всех – жить дальше. Может, поступлю учится. Что-то придумаю. Меня уже списали со счетов. Вроде бы как есть возможность вернуться, но все зависит от ранения. Не понятно. С одной стороны, я хотел бы вернуться, но с другой стороны – нет. Хотел бы, потому что там еще остались пацаны, которых я знаю. А с другой стороны – нет, потому что второго шанса может и не быть.

ЗАПИСАЛА: КАТЕРИНА ЛАЗАНЮК

ФОТО: ОЛЕКСАНДРА ІГНАТЬЄВА

Если у Вас есть желание помочь с приобретением лекарств и передачи их нашим ребятам в госпитале, пишите мне в личку и я всячески посодействую Вам в Вашем желании!

Если есть желание помочь деньгами на приобретение лекарств, то можно присылать на карточку Приватбанка 5168 7551 1265 2942 Танцюра А.В.

Для перечислений из-за рубежа:

Western Union or Money Gram

Tantsiura Andrii

Odessa, Ukraine

65000

Комментировать
Сортировать:
в виде дерева
по дате
по имени пользователя
по рейтингу
 
 
 
 
 
 вверх