EN|RU|UK
Блоги Повернись живим
Волонтерський фонд “Повернись живим”
  12767  5

«Мы видели, что нас расстреливают россияне, мысли были, что они уже по Днепру стоят», - Дмитрий Сероштан про выход из Иловайска

Батальон собирался на скорую руку. С самого начала мы были в депо. Если на карту Иловайска посмотреть: там есть депо, а есть впереди гаражи перед мостом на сепарскую сторону - там 4 человек нас держали оборону, дальше уже никого не было. Зашло всего нас 84, часть ребят - снайпера - остались с «Донбассом» в школе, в самом депо было примерно 79 человек, это плюс-минус. Для себя я такую цифру вывел. Все наши погибшие - это уже при выходе. В самом депо никто не был убит, было трое раненных. А при выходе 29 числа уже пошли потери, в селе Горбатенково.

(Боец батальона «Миротворец» Дмитрий Сероштан)

Команда была дана Тетеруком: «Все прорываются, никто не останавливается». Ну, так оно и получилось. В принципе, командования, как такого, и не было, команда была: «По газам и вперед!». Все выходили на свое усмотрение, абсолютно все - и военные, и мы. Потеря управления была даже на уровне взводов. Вот кто как смог, кто как организовался - тот так и выходил. Это сущий ад. Это сплошная паника и сплошной героизм - все вперемешку. Это тяжело… Это реально было тяжело….

Сам я местный, из Горловки. В батальон «Миротворец» пришел один из первых, приказом от 9 мая 2014. Когда все началось - когда знаменитый захват Горловский показывали, когда нашего депутата вывезли в Славянск - начал тыкаться. В военкомат, куда угодно - никто никуда. Позвонил в Киев напрямую, начал психовать, а то апрель был месяц. Позвонил в Национальную гвардию - поднимает капитан, как сейчас помню, представляюсь: «Такой-то, такой-то, прапорщик запаса, желаю…». А он говорит: «Хорошо, приезжайте в Киев, пройдете переподготовку и вернешься назад». Я опешил: как назад? То есть пройти подготовку и вернуться в сепарский город? Я тогда понял, что люди вообще не понимают о том, что происходит на востоке…

Когда мы собирались заходить в Иловайск, Тетерук сказал, что мы на полдня - до обеда: 24 утром входим, зачищаем город и возвращаемся назад на базу - это Комсомольское. Утром собираемся, думаю, что брать, что не брать. Андрей сказал: «Бери все документы, что есть с собой. В принципе, меня это и спасло».

Когда мы выходили из Иловайска, наш автобус - школьный автобус, «пазик» битком набитый, подбили, я выскочил. Это уже было на выезде, на перекрестке. Так получилось, что я был в средине, в центре автобуса. Он резко остановился, я упал, началась давка, народ сразу повыскакивал, а я замешкался. И я выскочил оттуда последний. В автобусе уже никого не оставалось, и вокруг никого нет. Вот я посреди улице остановился, как вкопанный. Никого из наших я не вижу. Пули свистят, все кругом. И впервые стало страшно. По-настоящему страшно, в депо так страшно не было.

Мимо, вижу, летит автобус «Херсона», меня еще удивило, что он - пустой. Целый, на ходу - и пустой. И внутри только два человека. Я рукой махнул и они почти на ходу меня подобрали. Я заскакиваю в этот автобус и вижу, он поворачивает не туда, в сторону Нового Света. Я ему ору: «Не туда, разворачивайся». Пока он разворачивался - нас накрыли, водителя убило. Я выскочил и опять побежал к тому же перекрестку. На перекрестке меня подобрал пикап «Дніпро-1». Я запрыгнул и мы протянули вверх туда к «зеленке» метров 300-400, перед самой зеленкой - подорвались на фугасе. И меня выкинуло. Осталась только граната, «эфка», болталась на разгрузке и все. К счастью, до «зеленки» оставалось метров 20, по ней и начал уходить в сторону Старобешева. И наткнулся на российский окоп - секрет. Кинул гранату, выкатился на противоположную сторону «зеленки» и - под колеса БТР российского. Они долго искали. Но, видимо, даже не подумали, что можно искать там. Сколько пролежал - не знаю - полчаса, может. В таких условиях время то растягивается, то спрессовывается. И вот так я ползком по «зеленке» выполз, дальше поля и Старобешево. Видел, как сбили два наших МиГ, как он упал видел, проходил там, где он упал. Вышел по самому краю, в Старобешево зашел в первый попавшийся дом и мне опять повезло. Объяснили, что как почему, накормили, дали флягу воды. Попросили побыстрее уходить, потому что в городе сепары, и все на всех стучат. Поблагодарил, они мне дали одежду, я переоделся. Документы в карман и пошел прямо по дороге. Одна надежда была на паспорт - и это сработало. Блок-посты тогда были еще не стационарные, а разъездные на машинах. Дважды меня останавливали, дважды я показывал паспорт, они махали рукой и я шел дальше.

(Часть пикапа «Дніпро-1», на котором Дмитрий Сероштан подорвался на фугасе)

Ближе к вечеру был в Тельманово, там на автобус, добрался до электрички, потому что перед выходом говорили, что база перенесена в Волноваху. Добираться туда маршрутками-автобусами было страшно. Чтоб вы понимали, никто тогда не понимал, что происходит. Мы видели, что нас расстреливают россияне, а что происходит на уровне выше - никто не понимал - мысли были, что они уже по Днепру стоят. Шугался всего.

Позвонил жене, она говорит: «Я приеду». И этот момент для меня был… Ее с Мариуполя, а уже сепарские разъезды были, и ее вез сепар такой конкретный. А меня - полковник один встречал. И мы встретились под Волновахой буквально на 5 минут. Мы с ней обнялись, и я понимаю, что еще минута - и я никуда не уеду… Оттолкнул ее, сел в машину и уехал. Вот так я вышел из Иловайска.

Евгения Подобная

Фонд «Вернись живым»

Комментировать
Сортировать:
в виде дерева
по дате
по имени пользователя
по рейтингу
 
 
 
 
 
 вверх