EN|RU|UK
  845  6

 ВНАЧАЛЕ ПОЯВИЛСЯ КРЕСТ ИЛИ НЕСОГЛАСНЫХ ЖДЕТ АНАФЕМА?

ВНАЧАЛЕ ПОЯВИЛСЯ КРЕСТ или НЕСОГЛАСНЫХ ЖДЕТ АНАФЕМА? (Виктория ВЛАДИНА, для "Цензор.НЕТ")

Свято место пусто не бывает. Так говорят в народе, а церковь проверяет силу этого постулата в современном бытии. Вначале подыскивается подходящее место. Затем оно освящается сановниками церкви, ну и, напоследок, пустота заполняется. Все просто…

А заполняется освященная пустота не чем иным, как очередным храмовым комплексом. Именно по такому сценарию развивались события в Соломенском районе со строительством культового ансамбля на улице Уманская. О том, каким образом священнослужителям удалось получить «прописку» в парке «Спутник», нам рассказала Елена Котова, активистка местной инициативной группы.

- Вы знаете, у нас все началось с установки креста, - начала повествование о местной проблемной стройке Елена. - Крест в парке появился еще в 2004 году. Установили его, освятили, а место назвали святым. Я на том «мероприятии» не была, но мне соседи рассказали, что на процедуру освящения приезжали даже священнослужители из Москвы. Первое время на появившийся крест народ даже внимания не обратил. Освящение же днем происходило, люди работают. Ну, стоит себе, да и стоит. А надо было сносить его еще тогда. Мы просто еще не знали, чем это нам грозит. Да и не принято у нас разрушать или сносить кресты. Если бы мы тогда знали, чем это аукнется для жителей нашего района!..

Вообще-то, в парке «Спутник» проблем и без креста было достаточно. Сам по себе он же никакой угрозы парку не представлял, хотя при его установке и было спилено несколько деревьев. Тогда, в 2004-м, народ воевал за участок парка, где собирались поставить многоэтажный дом. Это тот дом на окраине парка, возле Караваевых дач, который построить-то построили, а сдать в эксплуатацию никак не могут до сих пор. Он ведь наклонился и считается аварийным. Возвели эти 18 этажей на плавунах - на пересечении улицы Уманской и Чоколовского бульвара, возле заправки и железнодорожного узла, что противоречит всяческим экологическим, пожарным нормативам и ДБНам. Весь наш микрорайон на плавунах. Внизу под землей - река Лыбедь. Поэтому к застройке нашего микрорайона в 59-м году относились крайне аккуратно. Строили здесь только 5-этажки, причем дома выстроены были не вдоль улицы, а «бочком». Иначе геология не позволяла. Несмотря на принятые предосторожности, практически все наши дома сегодня уже с трещинами.

Кстати, именно во время строительства того высотного дома жителям Соломенки и стало известно, что зеленая зона «Спутника» уже раздеребанена на участки. Люди протестовали, дежурили у ворот начинающейся стройки, перекрывали въезд в парк, и драки были. А в результате нас обманули наши же районные депутаты. Они, якобы организовывают народ на противостояние, а затем получают деньги от строителей и исчезают. А население остается при своих интересах. Так же поступили и с нами, когда начали местную «пизанскую» высотку. Пока ее строили, на остальных участках было тихо.

Одно время местные власти и застройщики пытались убедить громаду в том, что наш «Спутник» официально парком не признан. В нынешней неразберихе можно, конечно, допустить, что какая-то зеленая зона не имеет необходимого охранного статуса. Слухи об этом сильно сказывались на энергичности противостояния. Активность удалось восстановить лишь после получения справки «Киевзеленстроя», в которой говорилось о том, что парк организован в 1959 году еще во время комплексной застройки микрорайона. Теперь насчет статуса сомнений никаких быть не может. Хоть парк и переименовывался с тех пор множество раз. Был он и Первомайским, и «Спутником», затем опять Первомайским, теперь - снова «Спутник». Его до сих пор на разных картах по-разному обозначают. На некоторых он значится даже как Кадетская роща. Правда, четких границ у парка нет, но это беда многих парков и скверов в Киеве. Это позволяет безнаказанно отхватывать кусочки зеленой зоны.

После скандала вокруг строительства наклонившейся многоэтажки, до 2007-го в парке было более-менее спокойно. А 10 сентября на подъездах в домах, прилегающих к нашему парку, появились объявления: приходите на общественные слушания. Обсуждения проводились прямо в парке. Надо признать, что они практически ничем не отличались от слушаний, проводимых по так называемым гражданским объектам, где строятся офисно-развлекательные комплексы или коммерческое жилье. Только на наши слушания застройщик, которым стала церковь, привез не бомжей и алкоголиков, а два автобуса верующих и сочувствующих казаков. И жаркие споры были, и потасовки. Несмотря на «заготовку», натянуть результат застройщику на этих слушаниях так и не удалось: 196 - против, 115 - за строительство. Правда, не понятно, почему при таком результате стройка все-таки началась...

Вскоре после слушаний крест начали огораживать забором. Народ повалил на улицу. И как-то сразу в эпицентре противостояния организовалась инициативная группа. Все обрадовались, есть кому заниматься стройкой, все благополучно вздохнули. Народ доволен, успокоился и ждет результатов борьбы. Ждем-ждем, а забор продолжают ставить. Активисты инициативной группы успокаивают: ладно, пусть ограждение уже установят до конца, а потом... И это несмотря на то, что на руках у жильцов было предписание о запрете установки забора. Три раза люди самостоятельно собирались сносить ограждение, приходит инициативная группа и успокаивает людей: да не надо, мы вот в администрацию обратились, нас поддерживают, иначе на нас из-за этого забора заведут уголовные дела, придется платить деньги. Зачем нам это...

Посещая акции протеста целый месяц, понимаю: с нашей инициативной группой что-то не то. Мне кажется, что это были «засланные казачки». Оказалось, что они жили в нашем районе, но далековато от самой стройки. Поэтому я попыталась заняться проблемами стройки сама. Еще месяц требовала от своих предшественников «наработки» по стройке. Я ведь даже не знала, куда обращаться, кому писать о нашей беде. Затем самолично обошла ближайшие дома, собирая подписи против строительства. 90 процентов жильцов - против. Несмотря на то, что у нас в районе много людей пожилого и пенсионного возраста, уважающих веру.

Тактика борьбы новой инициативной группы мало чем вначале отличалась от традиционного противостояния киевлян против строительства. И мы вначале физически пытались не допустить разворачивания стройки, преграждали въезд строительной технике. А затем оставили это бессмысленное занятие. Застройщик в парк привозил казаков, те расталкивали пенсионеров и пропускали технику. Все наши «бои» заканчивались поражением. Нашим. Когда мы перекрывали одни ворота, они заезжали с другой стороны. Изъездили машинами весь парк, испоганили нашу зеленую зону.

Здесь, на Уманской, у затеянной церковью стройки, произошло около десятка стычек между местным населением и застройщиком. Мы часто вызывали милицию. Но, когда из нас пытались сделать виноватых, своих мы задерживать не давали. Одна из серьезных потасовок произошла этим летом, в июне. Мы устроили совершенно законную акцию протеста. Уведомили о ее проведении районные власти. Что интересно, на наше мирное мероприятие подтянулось около полусотни милиционеров. Прежде нас таким правоохранительным отрядом не «защищали». Если кратко о произошедшем, то скажу, пытаясь остановить стройку, жильцы разобрали и сложили забор. А затем эти деревянные щиты начали гореть. Мы уверены, что провокация против местных жителей с поджогом была устроена именно представителями «той» стороны. Дабы нас не обвинили в нанесении материального ущерба, нам самим же пришлось еще и тушить этот забор.

Меня, как члена инициативной группы, милиция, честно говоря, не беспокоила до октября месяца нынешнего года. После того, как мы со своими проблемами начали выходить на личный прием к чиновникам высшего эшелона власти, церковь занервничала. Сегодня у нас на руках документы, свидетельствующие о том, что наш парк входит в зону развития зеленых зон Киева, где о строительстве вообще не может идти речь. У нас же собираются строить не маленькую часовенку, а целый храмовый комплекс, включающий две автостоянки, сауну, школу для сирот-мальчиков, представительское здание и так далее. Фундамент с размахом заложили - несколько этажей вниз. Я даже предполагать боюсь, что под прикрытием таких глубоких подвалов там собираются устраивать служители культа.

На одной из встреч с жителями Черновецкий заявил: мы уменьшим им землеотвод. Несмотря на то, что законных оснований для строительства этой церкви у застройщика так и не появилось, чиновники продолжают разводить руками: мол, церковь уже строится, никто же сносить ее не будет, у города нет на это денег. И именно после того, как мы начали ходить по коридорам власти, началось давление церкви на активистов противостояния.

Примеры? Я. Меня лично избивал священник. Причем, при свидетелях. При этом - он крестился и продолжал бить. Как-то после заседания в КГГА он попытался со мной договориться. А получив мой отказ, пригрозил: тогда мы вас уберем другим путем. На следующее утро у моего порога появилась... милиция. В дверь кто-то позвонил и сообщил, что мне принесли повестку в милицию. Побаиваясь новых провокаций, я набрала номер телефона заместителя начальника милиции города, и он мне посоветовал дверь не открывать. Пусть, мол, повестку присылают по почте, как положено. Повестку я так и не получила, но на следующей неделе, выходя из квартиры, услышала топот сапог на лестнице сверху. Уже на улице меня догнали двое... милиционеров. Заявили, что у них есть постановление на мою принудительную доставку в отделение для дачи показаний. Я попыталась возражать: я вообще-то на работу иду и меня никто заранее не предупреждал, что меня «разыскивает» милиция. Стражи порядка куда-то перезвонили, к ним подтянулись еще два милиционера. Так в окружении четырех правоохранителей меня, как какого-то преступника, пытались вести по улице. Естественно, я начала пререкаться. Безобразие. Разве нет? Из подъезда выходили люди на работу, начали собираться вокруг нас. А через десять минут подъехала машина с еще двумя милиционерами. Шесть милиционеров и одна активистка. Меня затолкали в машину и повезли в райотдел Соломенского района. А там выяснилось, что следователь, который должен был меня допросить - вдруг... заболел. Естественно, в такой ситуации я ждала новых провокаций против себя и была вынуждена вызвать своего адвоката. «Буду говорить только в его присутствии», - говорю. А они: «Ну, тогда можете прийти завтра». Нет уж, говорю, я не могу ходить в милицию каждый день, тем более - адвоката я уже вызвала, также сорвала его планы. Раз вам было так срочно, значит, ждем моего адвоката и будем снимать показания...

Сейчас опять пока тишина. Я так понимаю, спокойствие до тех пор, пока инициативной группой не будут предприняты какие-то новые шаги в борьбе с застройщиком, церковью, - завершила свой рассказ Елена.

...Не станем считать, сколько заповедей Божьих нарушает церковь, уподобляясь гражданскому застройщику в погоне за лакомым куском земли. По крайней мере, лжи вокруг возведения этого храма - немало. Маленький только примерчик. Священнослужители, в частности, утверждают, что парк облюбовали не случайно. Дескать, здесь раньше церковь стояла. Строительство новой, якобы, не что иное - как «воскрешение» утерянного. «Не могла там раньше церковь стоять, - утверждает Елена Котова. - Я лично разыскала старинную карту, которая свидетельствует, что еще в 1910 году в том месте текла река Лыбедь. И по реке тогда плавали лодки. Как там могла стоять церковь? Посреди реки? А позже, когда реку загнали под землю, церквей практически не строили. Это не было в приоритете советской власти».

А что сегодня в приоритете у властей? Вера? Деньги? Граждане?.. Вряд ли современная церковь может дать искренний ответ на такой простой вопрос...

Источник: Виктория ВЛАДИНА, для "Цензор.НЕТ"
VEhrNGRrdzVSMEl3V1V4U1owNURLekJNYWxKbmRFTXhNRXgyVW1wT1IwSXdXVXhSYzNSREt3PT0=
Комментировать
Сортировать:
в виде дерева
по дате
по имени пользователя
по рейтингу
 
 
 
 
 
 вверх