EN|RU|UK
 Общество
  34257  53

 МАМА УКРАИНСКОГО ПЛЕННОГО ОЛЬГА МОРОЗОВА: "МЕСТНОГО ЖИТЕЛЯ, КОТОРЫЙ ПРЯТАЛ НАШЕГО СЫНА, БОЕВИКИ РАССТРЕЛЯЛИ"

Освобождение "киборга" Тараса Колодия, с которым родные наших собеседников находились в одной колонии, дало этим людям новую надежду. Надежду на то, что их сыновья и мужья, которых они ждут уже несколько лет, могут вернуться домой. Рассказывая истории о том, как ребята попали в плен, родители признаются, что слышат в свой адрес разное, вплоть до обвинений в том, что они агенты Кремля и специально раскачивают ситуацию. Но сдаваться не собираются.

ТРИ ПЕРВЫХ МЕСЯЦА ИХ ДЕРЖАЛИ У КАЗАКОВ, СИДЕЛИ В ЯМЕ. ЭТИ МЕСЯЦЫ МЫ ЖИЛИ, СЛОВНО В АДУ"


плен
Сергей Кодьман рисковал своей жизнью и свободой, отправляясь в оккупированный Донецк, чтобы разыскать сына, попавшего в плен к боевикам. Им дали поговорить. Двадцать минут. Прощаясь, Сергей обнял сына так сильно, как только мог, чтобы проверить сломаны ли ребра. Потому что по-другому узнать правду было невозможно.

"Алексея взяли в плен в ноябре 2015 года. Когда я услышал историю отца, который смог забрать из плена своего сына, встретился с ним, посоветоваться. Он мне сказал: "Не поедешь - будешь жалеть", - вспоминает Сергей. - Я поехал в Донецк, записался на прием к Кононову ("министр обороны" самопровозглашенной "ДНР",- ред.), он меня принял, но разрешил только свидание. Алексей тогда сидел в помещении донецкого СБУ".

Рассказывая об этой встрече, состоявшейся год назад в канун Рождества, Сергей признается, что больше они не виделись. Несмотря на минские договоренности, на неоднократные попытки обменять "всех на всех", добиться возвращения своих детей родителям пленных не удается.

"Киборг Тарас Колодий, которого недавно освободили из Макеевской колонии, сидел в одной камере с моим сыном, - к нашему разговору присоединяется Людмила Лазаренко. – Но мой Саша там так и остался".

Как и родные тех, кто приехал ко мне на встречу в этот день вместе с Сергеем. С некоторыми из них мы встречаемся уже не первый раз. Познакомились еще осенью 2015 года под Администрацией Президента, куда мамы пленных пришли с фотографиями своих сыновей. Тогда очень хотелось сказать, чтобы они уходили, потому что такие акции ничего не решают. На улице был жуткий, пронизывающий ветер, было до отчаяния их жаль. Но они продолжали стоять, обещая на следующий день пойти уже под здание парламента.

плен

- Людмила, помните, Вы мне тогда сказали, что младшего не отпустите на восток, если придет повестка? Пришла?

- Кто бы меня слушал? Младший дома, по состоянию здоровья. А за старшего продолжаю бороться. Мы очень его ждем дома.

Старшего сына Людмилы призвали во вторую волну мобилизации. Зимой 2015 года был в Дебальцево.

"Получили приказ ехать на боевое задание, а назад уже не вернулись, - вспоминает женщина. – Три первых месяца их держали у казаков, сидели в яме. Эти месяцы мы жили, словно в аду. Сын вышел на связь в конце апреля 2015 года. Их тогда было четверо, все попали в плен. Сашу ранили, пуля так и осталась в руке по сей день. Полковника, который был с ними, освободили через два месяца. Еще одного из пленных в прошлом году в феврале. А наши двое – мой Саша и Коля Герасименко – сидят. Николай вообще последние полгода в камере-одиночке".

Она вспоминает своего Сашу, говорит и о других ребятах, которые были в Дебальцево, Иловайске. О судьбах многих до сих пор ничего не известно, хотя родные не прекращают поиски. Эта встреча - еще одна возможность напомнить о своей беде, привлечь к ней внимание. Поэтому на мой вопрос, от кого вы больше всего ждете помощи, как относитесь к тому, что делает Савченко, отвечают, что для них важно одно – вернуть пленных домой, и этот переговорный процесс не должен быть предметом политического торга.

"Мы были у президента, спрашивали, почему нельзя гуманитарный вопрос вынести за рамки политического. Это же сугубо о жизнях людей. Почему раньше волонтеры договаривались и не имела значения политика? – эти вопросы, которые мне переадресует Людмила, звучат скорее риторически, потому что все присутствующие уже знают на них ответ. - Наших ребят используют для торгов, - говорит женщина. – Но наши дети не могут быть заложниками вечно".

По словам Людмилы, есть еще одна серьезная проблема, на которую необходимо обратить внимание - пропавшие без вести. По официальной статистике, их числится 492 человека, а сколько на самом деле, не знает никто, утверждают мои собеседники. Представителей международных организаций не пускают на оккупированные территории, поэтому объективной картины, в том числе по цифрам, нет.

Люди годами ждут своих близких, но так и не могут получить никакой информации, которая дала бы ответ на вопрос, живы они или нет. При этом законодательство выписано так, что предоставить пропавшим, как и пленным, статус участника боевых действий, тоже невозможно. Официально есть только документы о том, что каждый боец вошел в тот или иной сектор, но нет информации о том, что вышел.

"А ведь мой сын, девочки, побыл женатым всего четыре дня, - вдруг тихо добавляет Людмила. – А так хочется внуков".

"Наши ребята - военнопленные, но к сожалению, представители международных организаций даже не употребляют этот термин"

Недолгой была и совместная жизнь Юлии и Александра Кориньковых. Поженились в январе 2015 года, а в феврале он уехал на восток. И уже 16-го попал в плен. Тоже под Дебальцево. Муж Юлии - кадровый военный.

плен

Этих людей, приехавших из разных регионов страны, объединила общая беда. Они считают каждый день, с точностью до минуты помнят, когда был звонок, письмо. "В 17.27 мне позвонил незнакомый номер, - вспоминает Юлия. – Я подняла трубку. Это был мой муж, который сказал: "Не волнуйся за меня, я в плену".

Позднее от волонтеров она узнает, что Александр был контужен, у него разорвало барабанную перепонку. О том, что сейчас с его состоянием здоровья, достоверной информации нет. Юлия считает дни, проведенные им в плену и делает все, чтобы его вернуть. Но пока тщетно.

"Куда бы мы ни обращались, кого бы ни просили, ни умоляли, никто ничего сделать не может. Мы живем в 21 веке, в правовом государстве, и я не верю в то, что наша страна ничего не может сделать. У нас есть глава нашего государства, который отвечает за права и свободы наших граждан. Наши ребята - военнопленные, но к сожалению, представители международных организаций даже не употребляют этот термин. Для них они просто, как задержанные. У нас не война, а АТО. Мы несем многочисленные потери, есть столько погибших, столько военнопленных, столько людей пропавших без вести. Их не могут найти, и даже не пытаются, потому что нет доступа на ту сторону".

По словам моих собеседников, в этот процесс должно активнее включаться Министерство обороны. "Люди ищут своих детей. Вопрос поиска пропавших без вести тоже нужно поднимать в минском формате. Не молчите", - акцентирует Юлия.

"Мой сын Александр в плену уже год и десять месяцев. Их отправили на усиление в Донецкий аэропорт. В тот момент они не знали, что дорога перекрыта. Их машину разбомбили. Его сильно контузило. Боевики думали, что убили, поэтому бросили. Когда пришел в себя, понял, что находится в окружении. Три дня прятался под машинами, - в наш разговор включается еще одна мама пленного, Ольга Морозова. – Его нашел местный житель. Переодел и несколько недель прятал. А когда сын пытался выйти к своим, они вместе пошли к железной дороге. Их словили. Нам потом сказали, что этого мужчину боевики расстреляли.
плен

А Сашу пытали полтора месяца в каком-то гараже. Там осталась одежда в его крови. Все это мы узнали уже 23 марта, когда он нам позвонил и сказал, что находится в плену".

Ольга говорит, что сын перестал звонить 21 июня. С того времени первое известие получили лишь в августе - глава мониторинговой миссии ООН по правам человека Фиона Фрейзер привезла им домой письмо. Оно было очень короткое, в несколько строк. Второе семья получила лишь в начале декабря.

"Тут уже было каждому по пунктам: нам с отцом, друзьям, невесте. Пишет, чтобы приглашала гостей на свадьбу, ждет его уже семь лет. Сначала из армии, теперь вот из плена".

Ольга показывает мне письмо сына, в котором он просит родителей не падать духом, обещая, что и сам не будет. А потом добавляет: "Теперь я просто жду без всякой надежды".

Родственники пленных устали ждать результатов минских переговоров.

плен

"Никто не говорит, что они не работают, но результат этой работы очень мал, - отмечает Наталья, жена пленного Николая Герасименко. - Мы не видим регулярных освобождений наших ребят. Нет открытых списков. Мы общаемся с Геращенко, с помощниками Медведчука. Говорили с Савченко. Но информации минимум. В ноябре мы поехали в Краматорск. Тогда глава СБУ поднял вопрос о привлечении церкви к процессу освобождения плененных. Мы плакали и просили святых отцов нам помочь. После этой встречи освободили Тараса Колодия. А когда же наших?"
плен

Людмила Лазаренко рассказывает, что они не могли получить достоверную информацию о том, где находятся их родные почти полгода. Волонтерам говорили, что в колонии их нет. Получив первые письма, искали тех, кто сможет отвезти передачи.

плен

В своих письмах из колонии ребята пишут, что по вечерам появляется возможность посмотреть новости. И каждый раз ждут, что увидят кого-нибудь из своих близких.

"Они пишут, что там идут некоторые украинские телеканалы, что видят нас на акциях, - рассказывает Людмила Лазаренко. – Жаль, что тема пленных теперь мало кому-то интересна".

"Нам приписывают манипуляции, говорят, что мы расшатываем ситуацию. Что нами кто-то управляет. Нами никто не управляет. Я говорила и буду говорить - мы реальные родственники реальных военнопленных", - добавляет Юлия Коринькова.

плен

По данным СБУ, на сегодня в плену находятся 110 украинцев. Недавно Украина пошла на беспрецедентный шаг - передала той стороне сразу 15 человек из списка на обмен. И готова совершить обмен пленными на Донбассе по формуле 228 на 48 человек. Но станет ли это началом пути навстречу нам? Сколько еще этим семьям придется сосчитать дней, пока дорогие для них люди будут дома?


Татьяна Бодня, для "Цензор. НЕТ"

Фото: Наталья Шаромова, "Цензор. НЕТ"



VEhrdlVXdGtReXN3VEZSUmRtUkhVRWxPUTJrd1RFUlNaM1JIVFRCWkwxRjJaRU4zVEhrdlVYWTVRemN3VEZoUmRsRTlQUT09
Комментировать
Сортировать:
в виде дерева
по дате
по имени пользователя
по рейтингу
   
 
 
 вверх