EN|RU|UK
 Политика Украины
  10647  13

 МАРАТ ГЕЛЬМАН: "ТАМ, ГДЕ ОБЩЕСТВО КРИТИЧНО, ПОЛИТТЕХНОЛОГ МЕНЕЕ ЭФФЕКТИВЕН. В УКРАИНЕ ЕГО КПД – 30%, В АМЕРИКЕ – 10%. В РОССИИ – 80%. ХОТЯ НЕТ, ТАМ ВСЕ РЕШАЮТ СИЛОВИКИ"

Когда-то для рядового украинца он был одиознейшей фигурой, одной из составляющей когорты российских политтехнологов, нанятых для того, чтобы махлевать в украинском политическом поле. И подобно тому, как пушкинский Герман твердил в горячке: «Тройка, семерка, туз…тройка, семерка, дама!» - так и о нем говорили «в ряду имен»: «Шувалов, Павловский, Марков…Шувалов, Павловский, Гельман!».

Сейчас Марат Гельман предпочитает заслуженную известность маститого галериста, а не скандального политтехнолога. Тем более, что, по его утверждению, завязал с этим бизнесом в 2004 и с практической политикой имеет дело лишь на ее стыке с культурным пространством. К тому же, он давно уже не в ладах с путинским режимом, публично его критикует и переехал от ура-патриотизма Первого канала (некогда одно из мест трудоустройства Марата Александровича) в комфортную для жизни и работы Черногорию.

Тем не менее, о прошлых своих политтехнологических "подвигах" он говорит охотно - зачастую с ностальгией, порой - с малою толикой сожаления. Мы сидим в одном из прибрежных киевских ресторанов, и смех Гельмана то и дело разносится над безмятежной днепровской гладью. Так смеется человек, уверенный в том, что, при всей своей небезгрешности, его имя не значится в первых рядах списка людей, которым должны предъявлять претензии…

гельман


- Один мой приятель, узнав о том, что вы в Киеве, пробурчал: "Ну, вот, выборы по округам в Верховную Раду на носу - и этот уже прилетел…". Из чего стало ясно, что о вашей ипостаси галериста ему мало что известно; Марата Гельмана он знает как политтехнолога. Отсюда первый вопрос: что привело вас в столицу Украины?

- 8 июля в Киеве мы в Музее русского искусства открываем выставку одесского художника Игоря Гусева. Соответственно, я сюда и приехал как куратор этой (выставки. - Ред.). Сперва она была в Одессе, но туда я приехать не смог. А в Киев приехал делать экспозицию. Дело в том, что Игорь - это редкий, как для сегодняшнего дня, художник. Очень перспективный в европейском масштабе. И немного засидевшийся в Одессе - просто потому, что это такая комфортная среда. В Одессе художник сидит в кафе, к нему подходят, говорят: "О-о-о, Игорь, какие замечательные работы!..". И он вроде бы как никуда больше не хочет ехать. А тут мы его пригласили в резиденцию в Черногории, он сделал большой проект, этот проект увидели мои европейские коллеги. И, в общем, мы решили сделать большой проект с Гусевым. А начинается он в Украине. Выставка пройдет с 8 июля по 30-е, всех приглашаем!

"У НАС БЫЛА ТАКАЯ ПАРТИЯ, КОТОРАЯ ПРИКЛАДЫВАЛА МНОГО УСИЛИЙ ДЛЯ ТОГО, ЧТОБЫ НАСЛЕДНИКОМ КУЧМЫ БЫЛ НЕ ЯНУКОВИЧ"

- Не так давно в Киеве случился инцидент с российским блогером Адагамовым. Его облили кефиром - видимо, из-за ура-патриотических записей в Твиттере периода оккупации Крыма и не только. Их ему тут же припомнили в соцсетях.

У вас негативный шлейф в памяти многих украинцев подлиннее будет, аж с 2003 года. Нет опасений, что ваша задействованност
ь в той избирательной кампании на стороне Януковича также может привести к неприятным для вас последствиям?

- Во-первых, насчет задействованности в выборах на стороне Януковича. Этого не было. Я уже не раз об этом говорил, могу повторить еще раз. Я был советником Администрации Кучмы в тот момент, когда определялся наследник.

- В какой период?

- До мая 2004. Помню, что 1 мая я уже не работал. Соответственно, первого мая решение уже было принято.

Так вот, когда принималось решение по выборам, я с Витей (Пинчуком) и дочкой Кучмы…у нас была такая партия, которая прикладывала много усилий для того, чтобы наследником был не Янукович. Поэтому когда такое решение все же было принято, я автоматически перестал быть советником Кучмы. Это известный факт, его подтверждали и люди Януковича. Может подтвердить и Виктор. Собственно, когда это все произошло, Виктор решил для себя, что политикой он вообще больше не будет заниматься…

- Почему?

- Потому что, с одной стороны, он не мог идти против тестя; а с другой - не был согласен с решением, которое тот принял. И Виктор начал вплотную заниматься музеем. И это, собственно говоря, тоже была моя идея, я ее предложил. И сделал тогда Пинчуку первую коллекцию. И он, надо сказать, на всех презентациях упоминает, что проект начался совместно с Маратом Гельманом.

Это по поводу моей "плотной" работы с Януковичем. А что касается "бояться-не бояться"…я вообще ничего не боюсь. Когда в Москве в разгар антигрузинских настроений переодетая милиция громила грузинские рестораны, я сделал выставку грузинского художника. Ну, они меня тогда жестко избили…но это неважно - я просто хочу сказать, что "бояться" - это не про меня.

гельман

2006 год. Избитый Марат Гельман и 20 уничтоженных работ грузинского художника Александра Джикии

Но здесь, в Киеве, я чувствую себя безопасно. И в Украине бываю чаще, чем в России. Последний раз был во Львове на Культурном форуме. До этого - в Киеве, Харькове вместе с Ходорковским Михаил Борисовичем. И у меня здесь много друзей. И в моем черногорском проекте украинских художников - не меньше, чем русских. Есть и белорусы, и грузины, и молдаване; но больше всего - русских и украинских.

"ЮЩЕНКО ИНТЕРЕСОВАЛСЯ МОИМ МНЕНИЕМ О ЕГО КАРТИНАХ"


- О том, что бОльшая часть президентской кампании 2004 года прошла без вас, мне известно. Но запомниться украинцам вы успели - в первую очередь, по…

- (Улыбается) …По ющенковскому эфиру…

- Именно. Там вы были в очень бойкой риторической форме. Всем особенно "понравилась" брошенная вами Олегу Медведеву фраза: "Олег, скоро ты узнаешь так много реальных фактов о твоем любимом Ющенко, что тебе станет плохо". (Гельман смеется - Е.К.). Вот вы смеетесь, а эта фраза, будучи перенесена на бумагу, теряет свои юмористические качества…

- (Жовиально-добродушным тоном) Согласен, согласен. Ну, вообще должен сказать, что определенная, не совсем большая, порция глупости в том, что от меня тогда исходило, - безусловно, была. Потому что Олег работал у меня в Фонде эффективной политики, мы с ним были хорошо знакомы. То есть это был диалог хорошо знающих друг друга людей, в каком-то смысле под##бывающий. Да, наверное, такой вот раж политтехнологический в какой-то момент захватывал, это правда. Но еще раз говорю: это не имело отношения к компании Януковича, поскольку случилось еще до того, как тот стал преемником. Там же было много кандидатов, и Кучма выбрал Януковича не потому, что он считал, что тот будет лучшим Президентом.

- Почему же?


- Преемнику Кучмы пришлось бы заниматься фандрайзингом, то есть организацией средств. И когда мы аргументировали мнение о том, что Янукович не должен быть преемником, ответ был такой: "Ну, хорошо. Вы найдете деньги на другого?".

- На кого именно?

- Я не хочу говорить, кто кого предлагал, это не мои тайны. Но в целом было так: "ОК, вы будете заниматься организацией? Нет? Ну, тогда идите на*** со своими советами!" (смеется).

К слову, насчет Ющенко. Я его из украинских политиков знаю первым. Как только я выиграл выборы для Союза правых сил - а все тогда завороженно следили, как в 1999 году демократы вдруг взяли 8%, хотя до этого ничего не брали (как, кстати, и после этого)…Я был руководителем штаба, и здесь Ющенко - еще не уйдя из премьеров, но, уже фактически решив для себя все вопросы - консультировался, насколько возможно создать такой же проект в Украине. Параллельно он интересовался моим мнением о его картинах.

- И что вы сказали Виктору Андреевичу?


- (Заливисто хохочет) Я вежливо - вежливо! - сказал, что это очень хорошо, что есть такое увлечение. Но надо к этому относиться как к увлечению, а не профессии (снова заливистый хохот).

- То есть вы его послали, но в вежливой форме.

- Ну, он же не первый…просто он первый, кто спрашивает про свои картины. Обычно спрашивают про картины жены, сына или знакомого. Дело в том, что образ галериста, который в 90-е сделал многих художников, - он, конечно, людей провоцирует на то, чтобы попытаться своего родного человечка как-то продвинуть…

- Вернемся к "ющенковскому" эфиру у Мыколы Вересня. Скажите, этим же вашим "политтехнологическим ражем" объясняется фраза о том, что вы "будете считать своей личной неудачей, если Ющенко изберут президентом"?

- Если честно, это было очень давно, и мне сейчас трудно вернуться…

- Давно, но очень многие помнят. Так что давайте вернемся.


- Ну, наверное, это было искренне сказано. Потому что…ну, я был как бы российский политтехнолог, который, так или иначе участвуя в украинской политике, все время помнит, об интересах той страны, гражданином которой является. Поэтому я думаю, что это были искренние слова…Знаете, это ведь не единственный сюжет, который я бы…ну, поменял в своей жизни. У меня и до этого, в 1996 году была коллизия. Но тогда я был уверен, что поступаю правильно.


гельман


- О чем речь?

- В 1996 году я на выборах руководил антикоммунистической кампанией…после этого я с коммунистами не работаю.

- Вы имеете в виду "Голосуй или проиграешь"?

- Ну, "Голосуй или проиграешь" - это была проельцинская кампания. А была еще антикоммунистическая, которая была, я бы сказал, тоже полна…ну, штампов, что ли. Которая…ну…

- Что, ищете обтекаемые слова?


- Дело не в этом, я сейчас попытаюсь объяснить. Просто было ощущение, что, вот, сейчас выиграет Зюганов - и все пойдет в обратную сторону. И для того, чтобы этого не допустить, можно все.

Это уже через некоторое время, не сразу, стало понятно, что демократия - это процедура, а не партийность президента. То есть, если бы в тот раз выиграл Зюганов, но сохранились независимые СМИ, для страны было бы лучше. Потому что тогда под консолидацию вокруг вот этой "победы любой ценой" тогдашней "Семибанкирщины" все СМИ объединились и встали под контроль. А теперь если политик видит, что можно управлять СМИ, он будет пытаться это делать.

Так что то была тоже очень серьезная ошибка. Ну, я к своей биографии отношусь так: ну, что было - то было, чего не было - того не было. Но я скажу так: мой грех - это, скорее, самоуверенность. Скорее, там были заблуждения, чем какие-то другие грехи, которые мне приписывают.

О "ПРАВИЛЬНЫХ" И "НЕПРАВИЛЬНЫХ" ТЕМНИКАХ

- Закончу тему с вашим "ющенковским эфиром" еще одной цитатой. В то время самым популярным в медийном, да и не только, пространстве было слово "темник". Было произнесено оно и в этом эфире. И вот что интересно: вы не только не ушли в сторону, но и не без гордости сказали, что, да, у нас "темники" были на Первом канале, мы, мол, эту практику использовали.

Хорошо помню, как и я, и мои украинские коллеги интерпретировали эти слова как символ наглости российских политтехнологов, прибывших "делать выборы" в Украине…


- Ну, хорошо. По поводу "темников": у меня до сих пор хранятся "темники" Первого канала. И я считаю, что то был действительно очень качественный продукт. Дело в том, что система управления - действительно существует; она предполагает, например, информирование журналистов - особенно информационных каналов. Что представлял собой темник: ты смотришь анонсы событий, которые будут; ты понимаешь людей-экспертов по этим вопросам; ты заранее отбираешь какой-то материал и готовишь подспорье для журналистов-информационщиков.

То есть я могу показать те "темники" любому человеку - и он скажет, что это очень хороший продукт, не несущий сам по себе ни зла, ни добра. Это инструмент.

- Знаете, слово "подспорье" в контексте истории украинских "темников" звучит издевательством над тем, что было в реальности.


- Вот что касается реальности - наверное, это так. Но я же говорю о том, что мы делали на Первом канале. А это был действительно очень качественный информационный продукт, который готовился для главных редакторов.

А дальше все упирается в то, как используется тот или иной инструмент. Ведь что такое "цензура"? Например, если главный редактор чего-то не пускает - это редакционная политика. Если же чего-то не пускает чиновник Администрации Президента - это цензура, да? И вот эта грань, она была нарушена. Вот в чем было дело, а вовсе не в том, что "темники" - это плохой продукт. В Украине было нарушено то правило, что "темники" должны создаваться в самих редакциях, редакторами для своих сотрудников. Вместо этого они создавались в Администрации Президента.

- То есть вы хотите сказать, что продукт, произведенный в Москве, был практически безупречен, и только в Украине исказили методологию его применения?

- Надо сказать, что после Украины и российская Администрация тоже стала этим пользоваться…

Но повторю еще раз: это орудие, не больше того. Это удобная вещь: можно сделать добро, а можно - зло. Это способ управления редакцией; просто так вышло, что этот способ, этот пульт, забрали у редактора и поместили в Администрацию Президента. И крамола в этом, а не в том, что существует редакторский пульт.

- Это передергивание, Марат Александрович. В наше время зависимых от политиков СМИ пульт может быть и в руках у редактора, в то время как пульт управления самим редактором находится в Администрации Президента.

- А вот это как раз то, что было до "темников". Я прекрасно помню, как Пиховшек рассказывал мне: Кучма мог даже сам ему позвонить. Это и был тот самый пульт управления редактором.

Знаете, наверное, ненависть к "темникам" связана еще и с тем, что этот способ был более эффективен, чем вот эти звонки непосредственного начальства непосредственным редакторам.

"У МЕНЯ К СЕБЕ САМОМУ МНОГО ПРЕТЕНЗИЙ. НО Я НЕ ПРИНИМАЮ ПРЕТЕНЗИЙ ОТ ЛЮДЕЙ, КОТОРЫЕ ГОВОРЯТ: А Я С САМОГО НАЧАЛА ЗНАЛ, ЧТО ВСЕ ВОТ ЭТИМ И КОНЧИТСЯ!"

- Время от времени слушаю на "Эхе Москвы" вашего коллегу Глеба Павловского. В его словах звучат эти скорбно-вялые нотки: да разве ж мы могли подумать?.. Да разве мы знали…мы и не предполагали, что все так будет…

Для большинства людей Марат Гельман существует в двух основных ипостасях: политтехнолог и галерист. Второй ипостасью вы, как мне кажется, гордитесь, и здесь я с вами соглашусь: подавляющее большинство выставок добавляет этому миру свободы, раздвигает рамки мировоззрения людей, позволяет им взглянуть на жизнь под разными углами.

Однако на выставку может прийти ограниченное количество людей. А вот то, чем вы занимались как политтехнолог, - по крайней мере, в украинском формате, - это манипулирование людьми, превращение зоны их мышления в один большой загон. И все это, как правило, с участием несравненно большей аудитории. Вам не странно было одной рукой уничтожать все то, что вы создали другой?


- Хууух…Ну, у меня действительно были две разные ипостаси. Ну, и вообще, если говорить о занятиях политтехнологиями, они похожи на адвокатскую практику. То есть адвокат не ассоциирует себя с клиентом, которого он защищает, да? И адвокат тоже выстраивает свою речь, выдвигает какие-то аргументы "за" и прячет какие-то аргументы "против". То есть это некая состязательность, она как бы существует. И когда существует демократическое общество, и выборы как инструмент, и мы понимаем, что существуют некий честный подсчет и общие правила - при выполнении этих условий такая состязательность является частью этой профессии.

У меня отец (известный драматург и публицист - Е.К.) шутил: "Лучше всего было бы, если бы твои клиенты всегда проигрывали бы. Потому что тогда ты ни за что не нес бы ответственности" (хохочет).

- Если не секрет, кто оплачивал ваши услуги в тот отрезок 2003-2004, когда вы работали в Украине? Пинчук?

- Ну, я не хочу об этом говорить, это несущественно. Дело в том, что это все-таки была методическая помощь. Я же работал в Москве и приезжал сюда примерно раз в 2 недели. То есть я не участвовал в системе управления: просто помогал выстраиванию этих вещей.

- С Медведчуком в этот период часто доводилось встречаться?

-Безусловно. Дело в том, что реально я в Украине руководил одной кампанией: в 2002 году помогал социал-демократам. Сейчас уже понятно, что это был о-о-очень хороший результат. Но и тогда все были более-менее довольны.

- Ну, вы же в курсе, что та партия в течение последующих двух лет была самой ненавидимой в Украине?

- Нет-нет, я в курсе. Я просто говорю о том, что приехал тогда и сделал кампанию СДПУ(о), которая никогда до того не была в парламенте. И после этого не была. И это была единственная в Украине кампания, которую я делал.

- То есть то, как распорядились вашим успехом, вас не волнует?

- Послушай, в 1999 году на выборах я руководил штабом Союза правых сил. Кириенко, Немцов, Хакамада. Через 3 месяца разосрался полностью. Кириенко ушел в полпреды, Немцова убили…Здесь надо иметь в виду, что ответственность политтехнолога, который занимается выборами, на выборах…(Гельман разводит руками, показывая, что не он определял ход истории - Е.К.)

- Но выборы определяют вектор дальнейших событий.

- Я еще раз говорю: выборная кампания ведется политиками. Существует какой-то набор разных профессионалов, которые политику помогают. Кто-то выщипывает ему брови - и вы же не говорите, что этот человек ответственен за то, что этот политик потом сказал: "Она утонула"?

- Да ну, порядок сравнения - совсем некорректный.

- Почему? Это тоже была профессиональная работа, которая…я бы так сказал: по большому счету, с сегодняшней позиции - да, наверное, мне было бы лучше этим не заниматься. Но это уже часть моей биографии!

Мне, например, говорят: вот, ты сейчас против Путина. Но ты же участвовал в штабе Путина в 2000 году!

Я могу сказать, как я участвовал в штабе. Когда Союз правых сил выиграл выборы, президентские выборы, напомню, должны были состояться через 4 месяца. И СПС вместе с "Единством", или как там, выдвигает Путина в президенты. И Немцов меня уговаривает войти в штаб Путина. Вот, пожалуйста! Немцов, который фактически погиб от его руки!

То есть если тебе кажется, что ты можешь предугадать - ну, это не так! Боря же - не дурак, не идиот! Тот же Волошин (многолетний глава Администрации Президента Ельцина - Е.К.) отошел только когда посадили МБХ. А до этого…Я работал с Александром Стальевичем, и он был от Путина просто в восторге!

- Тот отличался повышенной обучаемостью?

- Не просто обучаемостью. Как он слушал экспертов…ну, в общем, чего сейчас говорить?

Я что хочу сказать? У меня к себе самому много претензий. Но я не принимаю претензий от людей, которые говорят: а я с самого начала знал, что все вот этим и кончится! Потому что это просто невозможно - знать все наперед. Вот вам пример: второй год президента Медведева, меня пригласили в Общественную палату, потом в Большое правительство. У меня этот Культурный альянс, мне нужна поддержка губернаторов. И мне говорят: "А давай "Единая Россия" пустит шапку по регионам! Разошлет письма, губернаторы будут поддерживать культурный проект".

Я сомневаюсь. Мне говорят: "Ну, Марат, Медведев! Второй срок будет!". Очень серьезные люди говорили!

Да, люди ошибаются. Более того, если вам кто-нибудь скажет, что на 100% знал, как оно будет потом…Понятно, что скептики всегда выигрывают. (Иронически улыбается) Те, кто указывает негативный вариант, в 80% случаев правы. Вот это - да. А вот, чтобы кто-то что-то знал - в это я не верю.

Да, сейчас есть другое понимание. Не только из-за того, что мне 55 лет, но и потому, что все это прожито у тебя на глазах. Но тогда не было того ощущения, что это фатально, понимаешь? А сейчас такое ощущение, что шли фатальные процессы, которые обязательно должны были произойти. И ты своим талантом эти процессы ускорял. И до сих пор непонятно, хорошо это или плохо.

"ИЗ РОССИИ ЭТО ВЫГЛЯДИТ ТАК: ***ДЬ, ЧТО ПРОИСХОДИТ С ЛЮДЬМИ ВОКРУГ ТЕБЯ?! С ЛЮДЬМИ, КОТОРЫЕ ЕЩЕ ВЧЕРА БЫЛИ НОРМАЛЬНЫМИ?"

- Новейшую путинскую эпоху в российских СМИ отличает то, что от техничного передергивания фактов кремлевские пропагандисты перешли к прямому мифотворчеству. Как, по-вашему, это было неизбежно?

- Я бы так сказал: вот это "Пипл хавает" определяет положение дел. Я недавно нашел какой-то свой старый текст. Там мне задали примерно такой же вопрос. И я тогда говорил, что единственный способ сопротивления - повышение критичности по отношению к информации. У людей нет этой критичности, и это - самая главная болезнь. Поэтому вся разница заключается не в качественном, а в количественном изменении. Разница в другом: как мне кажется, они переступили грань в том, что принялись использовать эту реальную постсоветскую травму. Они сели на нее, они эксплуатируют ее. Это все равно, как если при пытках раненому человеку насыпают соль на его раны.

- Как по мне, это лишь финальная стадия процесса растления. Но вы же не называете фамилии Доренко, Леонтьева. А ведь это они олицетворяли собой это растление на более ранних этапах.

- Знаешь, из Украины это выглядит так, что, вот, есть такие-то злодеи. А из России это выглядит немного по-другому. Из России это выглядит так: ***дь, что происходит с людьми вокруг тебя?! С людьми, которые еще вчера были нормальными? И ты не просто общался, но даже дружил с ними. И вдруг они перевоплотились.

- Много можете привести примеров такого рода?

- Ну, да, конечно. Какие-то вещи происходят у меня прямо на глазах.

- Это близкие друзья или просто приятели?

- Один - близкий друг. Был близкий друг. Вот, художник Гор Чахал, еще кто-то…

И с этим приходится что-то делать. Ты не можешь просто очертить границу и сказать: "Нет". Потому что это может быть твоя бабушка.

И я начал смотреть, что происходило в Германии в 30-х годах. Это очень интересно. Там шли дискуссии, очень похожие на те, что сейчас происходят в России. Например, в 1936 была большая дискуссия среди творческих людей: "Надо ли уезжать из Германии, или есть еще возможность бороться? А может, коллаборационизм?".

И как постепенно происходят эти изменения в обществе. Сначала надо выбрать группу людей, с которой рядовой человек точно не может себя ассоциировать. Например, больные. "Смотрите, как же так, ведь они же будут рожать карликов и даунов! Это же гуманно - их кастрировать!".

- То есть сначала находим полюса и от них отщипываем?


- Да. Потом говорим: "А эти цыгане? Они же не работают!".

И постепенно, когда люди приучаются к тому, что вот с этими странными уродами, геями или с кем там, можно поступать не как с людьми; когда этот этап прошел - сразу же можно расширять.

- Ну, как же, помним. К слову, известную "фишку" 2003 года про Украину трех сортов - не вы придумали?

- Не я…То есть трудно предположить, что все это Гитлер делал как стратег, осмысленно. Но интуитивно этот путь - прочь от отвергнутых (а тогда калеки еще действительно были асоциальными типами) - прошло целое общество. В 36-м году еще была дискуссия - а в 39-м дело уже было сделано…

То, что происходит, - это гуманитарная катастрофа. Она происходит с целой страной, с большим количеством людей. Да, впоследствии должен будет пройти обратный процесс, подобно денацификации в Германии. И это единственное, что вселяет оптимизм. Условно говоря, в 51-м году уже была фактически здоровая нация. То есть через 6 лет.

"В РОССИИ ПОЛИТТЕХНОЛОГИЯ - ЭТО ЧИСТАЯ ДЕКОРАЦИЯ"


- Ныне, насколько я понимаю, украинские политики пытаются прибегать к вашим услугам, но в совершенно четком формате: презентация самих себя в культурном пространстве.

- Это называется "развитие территории через культуру".

- Более приземленное, староформатное использование ваших талантов случается?

- Да нет. Просто я по всем возможным каналам, через всех возможных людей, еще тогда, когда все только начиналось и все понимали, что пахнет жареным…

- Это когда?


- Условно говоря, еще перед Крымом…И я всеми возможными способами объяснял, что этим не занимаюсь. И действительно, с 2004 года, когда Путин отменил выборы губернаторов, я официально вышел из этого бизнеса. И четко держу эту границу.

гельман


- А Медведев?

- У Медведева я занимался именно культурной политикой.

- То есть все возможные упреки вам можно адресовать лишь по той, прошлой, жизни?

- (Смеется) Ну, еще раз говорю: я с одной стороны и сам отношусь к себе критично. Я сожалею сам с собой. Ну, вот, сейчас Михаил Ходорковский иногда делает достаточно странные (и с точки зрения человека, имеющего технологический опыт, и вообще) шаги. И меня каждый раз журналисты об этом спрашивают. И я отвечаю: "Знаете, если я считаю, что он в чем-то не прав, я ему об этом сам скажу. Вы мне для этого не нужны!" (смеется).

С собой я тоже разговариваю без посредников. И поверьте, сам с собой я гораздо более критичен, чем кто бы то ни был.

- Подводя итоги нашей беседы: как и все политтехнологи, вы считаете, что эта профессия демонизирована сверх меры? Потому что решения все равно принимают конкретные политики?

- Во-первых, решения принимают политики. Во-вторых, это же общество определяет меру эффективности политтехнолога. И там где общество критично, политтехнолог менее эффективен. Там, где общество некритично, политтехнолог более эффективен. При этом он не меняется; условно говоря, советник Обамы или Порошенко действуют одинаково. Но КПД в Украине - 30%, КПД в Америке - 10%, а КПД в России - 80%.

Хотя нет, про Россию я сказал неправильно. В России это вообще не имеет значения. В России политтехнология - это чистая декорация.

- Почему?

- Потому что все равно все решается силовиками. И если есть какой-то серьезный противник, его легче посадить, чем рисковать.



Евгений Кузьменко, "Цензор.НЕТ"
VEhrdlVXczVRekV3VEhaU2FrNURPREJNUkZGMldIcFJiWFJIUkRCTVpsSnFUa000TUV4WVVYWmtRell3VERSbk1FcFlVWE4wUTNvd1RGaFJkbVJETkRCTWEzWk1kejA5
Комментировать
Сортировать:
в виде дерева
по дате
по имени пользователя
по рейтингу
   
 
 
 вверх