EN|RU|UK
 Политика Украины
  6360  24

 "БУДУТ СИДЕТЬ", - УЗАКОНИТ ЛИ РАДА ИДЕЮ ПОРОШЕНКО ЗАПРЕТИТЬ ЗАЛОГИ ДЛЯ НЕПРОСТЫХ ЛЮДЕЙ

"БУДУТ СИДЕТЬ", - УЗАКОНИТ ЛИ РАДА ИДЕЮ ПОРОШЕНКО ЗАПРЕТИТЬ ЗАЛОГИ ДЛЯ НЕПРОСТЫХ ЛЮДЕЙ

Закон, а точнее, Уголовный и Уголовно-процессуальный Кодексы, гласят: подозреваемых в уголовных преступлениях не обязательно сразу сажать за решетку. На время суда, пока не установлена окончательно степень вины (или ее отсутствие), человека можно поместить под домашний арест или вообще оставить на воле – под залог, на поруки и даже "под личное обязательство".

Ряд активистов и политиков полагают, что эти нормы используются выборочно, и это позволяет, в частности, избежать правосудия крупным коррупционерам. Этим летом у всех на слуху была история с побегом из страны нардепа Сергея Клюева после того, как к депутату собирались применить именно меру залога.

Правда, задержать Клюева (после чего и возможно решение суда насчет залога) правоохранители не успели. Если же рассмотреть нашумевшие случаи выхода задержанных под залог, бросается в глаза огромный разброс вносимых сумм. Вот несколько примеров в хронологическом порядке.

Почти год назад суд отпустил под залог в 24 тыс. грн бойцов "Айдара", похитивших и привезших в Киев одного из вожаков сепаратистов Луганщины. В декабре прошлого же года отпустили из-под стражи под залог генерал-майора Виктора Назарова, обвинявшегося в гибели 44 десантников и 5 членов экипажа Ил-76, сбитого боевиками в районе Луганского аэропорта 14 июня 2014 года (при этом суд снизил сумму залога с 365 тыс. грн до 97,4 тыс. грн). Вскоре вышел под залог в 1,1 млн экс-глава "Укргазодобычи" Костюк.

Уже в нынешнем году под залог в 10 млн отпустили подозревавшегося во взяточничестве главу Полтавского управления ГАИ , за 3,654 млн - скандального луганского политика Ефремова, за 100 тыс. - коммуниста Гордиенко, за 1,2 млн - экс-замглавы ГосЧС Стоецкого и почти за столько же - его шефа Бочковского (оба чиновника были с помпой задержаны прямо на заседании Кабмина, на днях в МВД заявили о завершении следствия против них и выдвижении обвинений).

В миллион "с хвостиком" суд оценил свободу экс-главреда газеты "Вести" Гужвы (хотя прокуратура требовала в 18 раз больше). В 1,8 млн грн - экс-главы Госслужбы занятости Кашубы. На треть дешевле - комбата, якобы готовившего покушение на главу МВД. Столько же "стоил" экс-министр Швайка.

А рекордсменом недавно стал директор Львовского бронетанкового завода, подозреваемый в растрате/хищении 2 миллионов. Он получил залог в 30 млн, который на время написания статьи не внес. В отличие от других персонажей, его судили не в столице и не на Донбассе, а во Львове.

Чем же руководствуются служители Фемиды, вынося подобные решения? Пожалуйста: по ст. 176 - 183 УПК, судья при выборе меры пресечения обязан учитывать такие вещи, как состоятельность подсудимого (в финансовом смысле), возможность подсудимого влиять на следствие, находясь на воле, статью обвинения (читай - тяжесть преступного деяния по мнению следствия), состояние здоровья, необходимость ухаживать за недееспособными родными и близкими, и, наконец, то самое "внутреннее убеждение судьи", прямо прописанное в отечественных законах как один из аргументов в пользу любого судебного решения.

Ст.182 УПК при этом определяет известные суммы залога (см. иллюстрацию), но тут же уточняет: эти суммы могут быть повышены судом, фактически, на сколько угодно. Да, "в исключительных случаях" - но фактор "исключительности" устанавливает сам суд.

документ


Сотрудник адвокатской компании Marshaller & Partners Александр Полынько разъяснил Цензор.НЕТ, что за преступления небольшой тяжести залог может составлять до двадцати минимальных зарплат (27 тыс. 560 грн на данный момент), за тяжкие - до восьмидесяти (110 тыс. 240 грн), за особо тяжкие - до трехсот (до 413 тыс. 400 грн). Но в конечном счете все зависит от судьи, который действительно может повышать сумму залога на свое усмотрение.

"Судья, с учетом обстоятельств уголовного правонарушения, исходит из тяжести совершенного преступления, имущественного и семейного статуса подозреваемого (обвиняемого), а также из того, может ли подозреваемый в дальнейшем скрываться от органов досудебного следствия, влиять на свидетелей, совершать другие действия, препятствующие проведению досудебного расследования", - сообщил г-н Полынько.

Эксперт уточнил, в каких случаях судья может не ограничивать размер залога. По его словам, эти случаи таковы: преступление с совершением насилия (или угрозой насилия), преступление, повлекшее гибель человека, и, наконец, если обвиняемый уже нарушал правила залога.

Кроме того, залог (как и другие методы освобождения подсудимого из-под стражи) не применяется к террористам. По крайней мере, об этом гласит все тот же УПК: под залог, поруки и домашний арест не подпадают подозреваемые в преступлениях по ст. 109 - 114/1, 258 - 258/5, 260 и 261 УК. Это и есть терроризм, а также покушение на основы национальной безопасности.

Как указывает г-н Полынько, залог введен сравнительно недавно - осенью 2012 года, с принятием ныне действующего УПК, и с тех пор "суды все чаще прибегают к этому". Однако это относительное "часто". Статистика Государственной судебной администрации (доступная пока лишь за первое полугодие) свидетельствует: за шесть месяцев суды по уголовным делам освободили под залог лишь 68 человек.


документ


При этом общая сумма залогов составила более 12 млн грн. И лишь немногим более 90 тыс. из них ушли в доход государства - то есть те, кто внес залог, нарушили правила освобождения (к сожалению, статистика не указывает, сколько это человек). Это - мизер по сравнению с общим объемом судебных сборов (залоги уходят в доход государства именно в рамках судебного сбора).

С другой стороны, проблема не только в том, что подозреваемые вносят залог, а потом скрываются от следствия. Но и в том, что, находясь на свободе, могут влиять на следствие и суд, если речь идет о политиках и крупных чиновниках. Об этом с недавних пор активно заговорил президент Порошенко. И 11 сентября группа депутатов во главе с лидером пропрезидентской фракции Юрием Луценко зарегистрировала в Раде проект соответствующих изменений в УПК.

Главных новаций в проекте было две. Во-первых, ограничить право как на залог, так и на домашний арест, освобождение на поруки или под личное обязательство для госслужащих первой-второй категорий, судей и правоохранителей. Если они обвиняются в коррупционных преступлениях, применять к ним эти мягкие меры пресечения можно будет лишь через три месяца после поступления соответствующего ходатайства. А до тех пор, если уж чиновника задержали, "будет сидеть!" - как выражался незабвенный советский киногерой.

Во-вторых, и это даже интереснее, Юрий Луценко со товарищи предложил устанавливать для коррупционеров залоги пропорционально нанесенному вреду: в десятикратном размере от "неправомерной выгоды или приобретенного преступным путем имущества".

Президент, между прочим, в своих неоднократных выступлениях по данной теме именно на этом моменте внимания как-то не акцентировал. Но решения вроде упомянутого выше 30-миллионного залога для директора Львовского бронетанкового подталкивают к мысли, что данный курс уже реализуется.

Кстати, по данным нардепа Сергея Лещенко, который до избрания в парламент исследовал бизнес-схемы братьев Клюевых как журналист, рекордсменом по сумме залога мог бы стать также упомянутый выше Сергей Клюев. Парламентарий сообщил Цензор.НЕТ, что прокуратура собиралась выдвинуть Клюеву сумму залога в 200 миллионов (!), и якобы именно это окончательно подтолкнуло подозреваемого к решению податься в бега.

Между тем, уже через шесть дней авторы законопроекта подали его новый вариант. В нем залог за коррупционеров предлагается брать уже в двадцатикратном размере, к тому же, расширен перечень статей УК, нарушение которых "включает" трехмесячный запрет на освобождение из-под стражи.

Во вторник Петр Порошенко выразил надежду, что Рада рассмотрит законопроект на нынешней неделе. Этого не случилось, наоборот: профильный комитет оперативно порекомендовал вернуть документ на доработку авторам. У комитета, как и у Главного научно-экспертного управления ВР, имеются два главных возражения. Во-первых - чересчур широкий список статей УК, которые проект относит к коррупционным. Во-вторых - метод определения той самой "неправомерной выгоды", на основании которой вычисляется размер залога.

В самом деле: речь идет о подозрении следствия, еще не доказанном судом. Можно ли считать это подозрение аргументом для самого же суда? Нелогичность налицо.

Есть опасения и у ряда политических сил. "Свободовец" Андрей Ильенко, ряд однопартийцев которого находятся сейчас под следствием по делу о взрыве гранаты на митинге протеста по Радой 31 августа, заверил Цензор.НЕТ, что "Свобода" всячески поддерживает ужесточение санкций против коррупционеров - но данный конкретный законопроект склонна считать скорее инструментом репрессий против политической оппозиции. Сходной позиции придерживаются и в Радикальной партии. И даже в пропрезидентском большинстве имеются депутаты, не под запись утверждающие,что авторы проекта "переусердствовали" в попытке выполнить желание главы государства.

Впрочем, один из соавторов документа, депутат ВР от "Народного фронта" Александр Сочка, заверяет, что задержка с принятием законопроекта - явление временное. "Есть еще штук пять альтернативных законопроектов, и идея в том, чтобы взять лучшие предложения и объединить сессионный зал, чтобы закон прошел", - сказал он Цензор.НЕТ. Учитывая, что среди авторов документа значатся и "человек президента" Юрий Луценко, и советник главы МВД Антон Геращенко, шансы на это велики.


Александр Михельсон, Цензор.НЕТ

VEhrdlVXdE9RemN3VEZoUmRYUkhRakJNUkZGMlpFTXdNRmxCWnpCS2VsRjFUa2RHTUV4WVVYVTVSMDB3V1VoUmRuUkRPVXg1TDFGME9VTjNNRXgyVVhaMFEzcG1Ua00yTUV3M1VtZE9SMEV3V1ZCUmRqbEhSekJNYWxKcU0zcFNaMlJIUkRCTVVUMD0=
Комментировать
Сортировать:
в виде дерева
по дате
по имени пользователя
по рейтингу
   
 
 
 вверх