EN|RU|UK
  1064  24
Все про:Эстония (499)

 СОВЕТСКИЙ ПАМЯТНИК, СОВЕТСКИЙ МЕНТАЛИТЕТ

СОВЕТСКИЙ ПАМЯТНИК, СОВЕТСКИЙ МЕНТАЛИТЕТ (The Washington Post)

Ельцин высмеял собственного министра иностранных дел Андрея Козырева за неумение пить ("Принесите мальчику мороженого", – крикнул он официанту), но соглашение одобрил. Возможно, то был пик готовности России признавать свои прежние имперские амбиции и позволять соседям жить мирно.

В 1994 году российский президент Борис Ельцин и его эстонский коллега, эрудит Леннарт Мери в теплой атмосфере выпивали в одном из залов Кремля, пока в соседней комнате их министры иностранных дел трудились над составлением исторического соглашения о выводе всех российских войск из этого крохотного прибалтийского государства.

Когда пришло время праздновать завершение работы над черновиком, Ельцин высмеял собственного министра иностранных дел Андрея Козырева за неумение пить ("Принесите мальчику мороженого", – крикнул он официанту), но соглашение одобрил. Возможно, то был пик готовности России признавать свои прежние имперские амбиции и позволять соседям жить мирно.

Насколько далеко откатилась в прошлое Россия с тех времен, проявилось в шокирующей форме на прошлой неделе, когда Россия Владимира Путина (население 143 млн) ополчилась на соседнюю Эстонию (население 1,34 млн): люди Кремля осуществляли хакерские атаки на сайты правительственных органов Эстонии, банды спонсируемых Кремлем молодых людей угрожали эстонским дипломатам в Москве, российские официальные лица и контролируемые государством СМИ распространяли подстрекательскую пропаганду, российские компании приостанавливали действие контрактов с эстонскими фирмами и, в классическом путинском репертуаре, Россия грозилась прекратить поставки энергоресурсов в эту крохотную страну. (Внезапно, как объявили российские железные дороги, все вагоны для перевозки угля понадобилось немедленно отремонтировать.) Эта волна продемонстрировала, какие опасные последствия несет мифологизация истории (а именно, путинское возвеличивание сталинизма) для реальной жизни, а также показала связь между атрофией демократии в России и ее все более агрессивной внешней политикой.

Началась эта история 26 апреля, когда Эстония приступила к переносу памятника павшим, воздвигнутого в советские времена, и останков захороненных под ним 12 советских солдат с одной из центральных площадей Таллина на военное кладбище неподалеку. Русскоязычная молодежь после встречи с российскими дипломатами устроила в знак протеста беспорядки. Министр иностранных дел России осудил это "возмутительное святотатство". Верхняя палата российского парламента призвала к разрыву дипломатических отношений. Прокремлевская пресса яростно (и не считаясь с фактами) выступала против "демонтажа" монумента.

Почему столько шума из-за одной-единственной статуи? Для русских она – дань памяти о колоссальных потерях, понесенных во Второй мировой войне, которую они называют "Великой Отечественной войной". Для эстонцев же этот памятник был напоминанием о полувековой советской оккупации, в течение которой Кремль расстрелял тысячи прибалтов, отправил сотни тысяч в Сибирь, переселил на их место сотни тысяч русских и попытался искоренить национальную культуру, язык и малейшие воспоминания о независимости.

Беда в том, что Россия так и не признала эти исторические факты и при Путине все меньше желает признавать. Кончина СССР оплакивается, старый КГБ прославляется – вообразите, если бы немцы продолжали почитать гестапо! – а нынешняя независимость бывших советских республик воспринимается как ошибка, которая вскоре будет исправлена. Ни Путин, ни даже его министр иностранных дел не снизошли до двустороннего визита в независимый Таллин. Практически все соседи: Грузия, Украина, Латвия, Литва и даже Финляндия – подвергались запугиванию.

"Складывается впечатление, что они не в силах терпеть никаких демократических режимов у своих границ", – сказал мне по телефону поздно вечером в пятницу президент Эстонии Тоомас Ильвес. После целой недели кризиса голос у него был усталый, но в нем звучала надежда на ослабление напряженности, особенно после того, как Эстонию поддержал Запад – так, в этот день президент Буш пригласил Ильвеса в июне посетить Белый дом.

Как дал понять Ильвес, демократия в Эстонии или Грузии ставит под вопрос утверждения Кремля, что в этой части мира демократия "западного типа" не работает. Отсутствие демократии внутри страны, в свою очередь, затрудняет осознание уроков истории, ведь "если ты начнешь говорить, что Советский Союз был плох, то придется указывать, что было тому виной. Власть одной партии? Несоблюдение прав человека?" – знакомая ситуация, до ужаса знакомая.

Российское руководство слишком много рассуждает о проявлениях неуважения – но чем активнее оно душит демократию у себя дома, тем меньше у других причин для проявления уважения к Кремлю и тем чаще последнему приходится требовать к себе уважения советскими методами. "Теперь Германия вызывает к себе огромное уважение, – сказал мне Ильвес, – не потому, что ее все еще боятся, но потому, что это процветающая и эффективно управляемая страна. В понимании России уважение зиждится не на достижениях или успехах, а на запугивании и страхе – таково было "величие" Советского Союза".

Ельцин при всем своем пьянстве и сибирской грубости хотя бы на миг осознавал, что Россия может стать великой страной скорее за счет вывода нежеланных войск, чем путем навязывания их присутствия. Путин, спортивный и аккуратно постриженный, по сравнению с Ельциным кажется более современным человеком. Но его войска остаются в районах соседних Грузии и Молдовы, и трудно рассчитывать, что вскоре в Кремле состоятся судьбоносные встречи в верхах, где – неважно, под водку или под мороженое – решатся эти проблемы.
VEhrNGRrdzVRM1F3V1VoU1ozUkRLekJNTTFGMVRrZFE=
Комментировать
Сортировать:
в виде дерева
по дате
по имени пользователя
по рейтингу
 
 
 
 
 
 вверх