EN|RU|UK
  759  11

 РАСПУЩЕННОСТЬ. ОБЪЕКТИВНАЯ ОЦЕНКА И ПРОГНОЗ КРИЗИСА В УКРАИНЕ

В результате — два парламента, два правительства. Две страны. Но не сразу, а спустя достаточно продолжительное время и, к сожалению, с человеческими жертвами. И тут уже без всяких «может быть».

Прежде чем приступить к прочтению, думаем, читателям "Цензор.Нет" будет любопытно узнать об авторе материала (не все в курсе). Автором данной статьи является человек известный и авторитетный в украинской журналистике и политических кругах. Под псевдонимом Александр Макаров пишет Александр Мартыненко, глава одного из наиболее респектабельных информационных агентств "Интерфакс-Украина". Материал не только резонансный, но и вполне взвешенный.

РАСПУЩЕННОСТЬ

Происходящие в стране события, среди всего прочего, продемонстрировали крах одной из основных доктрин всех честных политиков современности, а именно — отделения бизнеса от политики.

Ряд экспертов идут дальше и утверждают, что невозможно отделить бизнес от ЭТОГО, поскольку ЭТО политикой не является по определению. А является лишь средством обделенных талантами людей реализовать непомерные амбиции и заработать денег, поскольку ничем другим они это сделать не могут. Или средством борьбы со скукой олигархов, которые уже заработали денег гораздо больше, чем мечтали в детстве.

Мысль, прямо скажем, не лишенная оснований и очень популярная в народе, о чем свидетельствуют цифры недоверия к партиям как общественному институту — 72%, по данным центра «Социальный мониторинг». У НАТО, кстати, 70%. Опрос был проведен до 2 апреля, так что цифры не окончательные — в следующий раз партии имеют шанс оставить НАТО далеко позади.

Но если все же использовать термин «политика», нельзя не обратить внимание на то, что бизнес в нее вторгся и учит ее, неразумную, своим методам выживания.

Специфическим методам, поскольку бизнес еще не совсем цивилизованный, но уже не откровенно бандитский.

Почему

Казалось бы, ну зачем этой коалиции было днем и ночью работать над реализацией «проек­-
та 300»? Правительство работало, парламент принимал законы. Какие такие вето коалиция собралась преодолевать? Сколько за последние восемь месяцев было случаев, когда президент наотрез отказывался подписывать чрезвычайно важный для экономики закон, а для преодоления вето не хватало голосов?

Да, был случай с законом «Об акционерных обществах» в части минимального кворума для принятия решений, который обнулял стоимость миноритарных активов. Ну, так если законопроект писался для смены менеджмента «Укрнафты» и установления над ней правительственного контроля, что, кстати, было бы совершенно естественно, — и сформулировали бы его как закон «Об особенностях управления компанией «Укрнафта».

И если бы вето поступило в таком случае, тогда была бы возможность показать пальцем на юристов секретариата и спросить их, почему они так заботятся о правах именно этих конкретных миноритариев, а не бедных акционеров вообще.

Что еще? Закон о бюджете был президентом после непродолжительной торговли подписан. Да вообще из принципиального было под­писано практически все, а в слу­чае закона о Кабмине пришла на помощь непримиримая оппозиция.

Изменения в Конституцию? Так по этому щекотливому вопросу, речь о котором ниже, и в коалиции нет единства..

Избрание президента парламентом, чем пугали Виктора Ющенко? Если идея и была, то постепенно угасла, и вообще касалась следующего президента.

Хорошо, хочется иметь штыки. Это можно было сделать, тихо завербовав желающих и попросив их поддержать нужные голосования. Дефицита желающих, надо полагать, не было бы. И пусть уже их исключали бы из фракций БЮТ и «Наша Украина» разгневанные руководители.

Есть два объяснения процессу. Первое и главное. Кое-кому захотелось гаранта наказать. За 2004 год, за страдания в 2005-м, за то, что болтается под ногами, за то… короче, за то, что он есть. Поэтому про 300 голосов в большинстве с гордостью говорили или не особо популярные регионалы, или Александр Мороз.

Такой вот тонкий, стратегически просчитанный ход европейских политических сил. Вмазать по президенту, место ему показать…

Другой резон — из нашего бизнес-настоящего. И он понятен нашим бизнесменам, враз переродившимся в политиков, не меньше, чем дворовые понятия.

Допэмиссия — наиболее популярный прием захвата промпредприятия, банка или водокачки начала XXI века. Таким образом, миноритарные пакеты одним движением руки превращаются в пыль, а менеджмент получает полный контроль за процессом.

С одной стороны, образом доп­эмиссии депутатов Партия регионов получает решающее большинство в коалиции и, по большому счету, уже не испытывает острой потребности считаться с партнерами. Нет, конечно, не демонстративно и не втаптывая их в грязь, а то, не дай Бог, обидятся и из коалиции выйдут. Вот тогда уже точно — досрочные выборы без всяких вопросов. Ну так, прислушиваться можно, но без фанатизма.

С другой стороны, снижается роль других акционеров внутри Партии регионов и, снова-таки, растет роль менеджмента. Конечно, сегодня среди них нет непреодолимых противоречий. Но это уже на будущее…

Президент, конечно, прав. Вся эта бесполезная, но очень громкая возня исказила результаты народного волеизъявления. И это происходило в истории Украины неоднократно с тех пор, когда выборы начали проводиться по партийным спискам.

Вспомним, как выросла в начале 2005 года фракция БЮТ и куда делась фракция блока «За единую Украину», например. Не смейтесь, за нее тоже кое-кто голосовал, и их голоса точно так же были украдены. А как испарилась в парламенте позапрошлого созыва фракция ПСПУ? Думаю, их избиратели до сих пор в шоке.

У президента, по большому счету, был год для того, чтобы провести через парламент изменения к Закону «О статусе народного депутата». Технически это было реально, но было не до того. Да и братские политические силы готовились к выборам и, видимо, не захотели бы ограничивать свою столь ожидаемую победу. И с радостью, придя к власти, увеличили бы свою численность за счет нестойкой оппозиции.

Логика действий президента — не только в возмущении бесчинствами коалиции.. Налицо кризис в пропрезидентских политических силах, прежде всего, в «Нашей Украине». Угроза раскола партии особенно усилилась после недавнего съезда, поскольку всем понятно, что значительно радикализированное новое руководство вряд ли сможет объединить партию, и ее бизнес-крыло, отстраненное от дел, потихоньку (или не очень потихоньку) будет отваливаться.

«Наша Украина», таким образом, имеет все шансы превратиться в одну из национал-демократических партий с серьезно ограниченной электоральной базой. В принципе, это полностью соответствует мечте президента о слиянии всех этих групп в аналог польской «правицы».

Как представляется, именно стремление спасти «Нашу Украину» как последнюю пропрезидентскую силу и было одним из побудительных мотивов.

В БЮТе, как известно, внутренней оппозиции быть не может, но остается угроза стремительного сокращения фракции в парламенте и партии в целом.

Вообще-то, как мне кажется, главная проблема президента заключается в том, что он до сих пор воспринимает В. Януковича как конкурента в борьбе за электорат. Хотя в среднесрочной перспективе, как представляется, основными игроками на политическом поле будут Партия регионов и БЮТ (в случае, если ее лидер сможет настроить себя и блок на работу на перспективу). Правда, это ей еще ни разу не удавалось.

Что

Президент попытался грубо и бесцеремонно применить нормы морали к Конституции, законодательству и политике в целом. Похвальное желание, жаль только, что несколько выборочное.

Но предмет приложения морали засопротивлялся и отторг инородное вмешательство. И свидетельств этому масса. Это внезапная эпидемия в ЦИКе, совершенно беспощадная к пяти его членам. Минимум. Можете поверить, что болезнь не позволит им не то что слово сказать — руку поднять не позволит.

В ответ на одну эпидемию может разразиться и другая — в Конституционном суде. Поверьте, тяжелые условия их работы могут серьезно пошатнуть здоровье.

Стресс может поразить многих, а ведь, как известно, все болезни от нервов. В зоне риска — Генеральная прокуратура, на которую обрушиваются прямо противоречащие друг другу указания.

Есть опасения относительно здоровья некоторых губернаторов, особенно если избирательный процесс будет запущен.

Министры держатся храбро, но и они не железные. Особенно те, от которых зависит решение вопроса финансирования не признаваемых ими выборов.

О судах разговор отдельный, однако что-то неуловимо знакомое угадывается в этих решениях, принимаемых в 21.00 и отменяемых через часик-полтора с последующей госпитализацией судей. Правильно, это мы уже проходили в лихие вре­мена борьбы, например, за Ни­копольский ферросплавный. Да и люди мелькают все те же знакомые.

Сроки избирательной кампании, определенные статьей 102 Закона «О выборах народных депутатов», потихоньку проходят. Видимо, не успеют в срок утвердить избирательные списки партий и блоков, а территориальные комиссии уже не сформированы 7 апреля, как полагается.

И в ситуации, когда коалиция, по большому счету, может вообще ничего не делать и только листать календарь, президенту и его команде важно определиться: что в процессе соблюдения духа Конститу­ции они могут делать с ее буквой? Где грань, за которой буквы становятся такими мелкими, что ими можно пренебречь во имя ее всесильного и могучего духа? Который, кстати, вещь свободно трактуемая, нематериальная и имеющая к морали отдаленное отношение.

Конкретно.

Можно ли решением СНБО уволить министра финансов Николая Азарова и назначить на его место исполняющего обязанности? Можно ли сделать то же самое с генеральным прокурором? Можно ли назначить новый состав Центризбиркома указом президента? Можно ли поручить организовать выборы на местах обладминистрациям, а не облсоветам? Можно ли поручить Нацбанку распределить деньги на выборы по участкам?

Очевидно, ориентируясь только на дух, буквой можно пренебречь. Другой вопрос, что восстановление справедливости без учета несовершенных и противоречивых законов неизбежно приведет к гражданскому конфликту.

Острый конфликт (пишу очень осторожно) похоронит не только весьма относительную легитимность происходящего, он развернет всю политическую дискуссию из плоскости, чьи аргументы весомее, в плоскость, чьи мускулы сильнее или ноги быстрее.

И Виктор Андреевич может сколько угодно клясться в недопустимости силового варианта. Вариант может появиться без его желания, но при его участии.

Полное пренебрежение буквой закона может раскрутить маховик анархии, и тогда вопрос на пресс-конференции президенту относительно его отношения к батьке Махно не покажется забавным.

Да, народ в целом пока не является субъектом происходящего в Украине процесса. Организованные партиями митинги нельзя считать, конечно, исключительно народной инициативой, но не следует также объяснять все стремлением нищего народа заработать по 60—150 гривен на брата. Приезжающие в Киев люди действительно поддерживают своего лидера, кто с большим, а кто с меньшим пониманием сути происходящего.

Понятно одно — конфликт, которого удалось избежать в 2004-м, при дальнейшем раскручивании кризиса может появиться спонтанно, и многочисленные заявления партий, что они были против, они тут ни при чем, вообще мимо проходили — никого уже не устроят. Логика войны формальной не бывает. Дальше работают только инстинкты.

Кто

Президент и премьер разговаривают ежедневно, о чем Виктор Андреевич с удовлетворением сообщил в четверг. Радостно, конечно, что они разговаривают по нескольку часов, но людям, хотя бы понаслышке знакомым с двумя Викторами, трудно представить содержание этих бесед. Вашему покорному слуге тоже.

О содержании предложений друг другу, которыми обмениваются лидеры, они, как сказал президент, договорились молчать. О них можно только догадываться.

Более понятными являются предложения президента, по крайней мере часть из них. Как сообщил он сам, среди них — признание указа о роспуске легитимным, признание незаконными решений парламента после 22 марта, когда состоялся первый массовый переход в коалицию. Правда, если быть точным, то первый переход состоял­ся еще в сентябре, и тогда он хоть и вызвал резко негативную реакцию президента, но никто вопроса о легитимности парламента не поднимал.

Далее речь идет о Законе «О статусе народного депутата» в части императивного мандата, хотя тогда уже речь должна идти об изменениях в Конституцию, где правила действия этого мандата прописаны.

Кроме того — отмена Закона «О Кабинете министров», голосование Универсала национального единства как закона. В общем, все, что находится дальше, не имеет значения, поскольку, как можно понять, первые условия являются обязательными.

Можно уверенно утверждать, — они приняты не будут. Слишком далеко зашли лидеры коалиции в публичных заверениях электорату, чтобы позволить себе объявить все, что они делали, не соответствующим Основному Закону. Это чревато уже слишком серьезными потерями.

О предложениях премьера известно меньше. Естественно, там первым пунктом значится приостановка действия указа . По некоторым данным, в ходе переговоров обсуждался сравнительно законный способ проведения досрочных выборов, а именно — приостановка 300 голосами депутатов действия тех статей Конституции, которые регламентируют срок полномочий парламента, после чего назначение парламентом уже не досрочных, а очередных выборов. Естественно, не на лето, а на осень.

Тот же механизм может быть применен, по мнению некоторых юристов, и по отношению к выборам президента, поскольку требова­ние их досрочного проведения никто в Партии регионов не отменял.

Предполагается также корректировка избирательного законодательства — или возврат к смешанной системе, или выборы в мажоритарных округах по открытым партийным спискам.

Естественно, юридических вопро­сов здесь тоже возникает масса, в частности, насчет права одномоментным голосованием приостановить действие Конституции.

Но вопросов чуть меньше, а главное — это политическое решение, которое должно приниматься минимум четырьмя фракциями парламента.

Естественно, этот вариант не устраивает сегодня не только БЮТ, но и уже радикальную «Нашу Украину». Хотя бы потому, что они опасаются очередных повышений правительством пенсий и минимальных зарплат (по некоторым данным для этих целей на счетах казначейства припасено 21—22 млрд. гривен…), с одной стороны, и начала реализации проанонсированной программы экономических реформ — с другой. Программа, по слухам, весьма либеральная.

Проблема и в том, что оппозиции, по сути, не с чем выходить к избирателям, кроме лозунга «Отстранить бандитов от власти». Раньше было «Бандитам — тюрьмы». Почувствуйте разницу.

Поэтому Юлия Владимировна идет до конца. Трудно, правда, представить себе выборы без участия партий, представляющих минимум половину населения, при сопротивлении правительства и неучастии местных органов власти снова-таки на половине территории страны.

Можно даже оформить их результаты, собрать парламент и утвердить Тимошенко премьер-министром. Но есть большие сомнения, что эти выборы будут общественно легитимными и, что немаловажно, признаны в мире хоть кем-то, кроме мелькающего на украинских телеэкранах храброго польского евродепутата. Время, когда Запад признавал все, что делал Ющенко, прошло.

В результате — два парламента, два правительства. Две страны. Но не сразу, а спустя достаточно продолжительное время и, к сожалению, с человеческими жертвами. И тут уже без всяких «может быть».

Как

Следует признать: ситуация не имеет простого решения. На самом деле очень важно, чтобы решение Конституционного суда было. Любое решение. Однако было бы крайне желательно, чтобы еще до его при­нятия или сразу после него стороны договорились о нескольких шагах.

Изменения в Конституцию. Необходимо прописать механизмы разрешения конфликтов, заложенных в нынешнем тексте, определения реальной ответственности всех органов власти за невыполнение Основного Закона.

Определиться с расширением прав местного самоуправления, что может немного ослабить накал борьбы за неразделимую центральную власть. В конце концов одна из партий — участниц процесса — называется Партия РЕГИОНОВ, а формируемому ею правительству (если выпадет) хватит и общегосударственных программ, поддержки финансовой стабильности, налоговых и других реформ. В конце концов в половине облсоветов — большинство БЮТ и «Нашей Украины» и надо дать им возможность оправдывать доверие избирателей.

Оставить обладминистрациям исключительно функции контроля за соблюдением общегосударст­венных законов.

Договориться о проведении досрочных выборов по вышеизложенному, относительно законному механизму. В случае признания КС указа легитимным, это будут парламентские выборы, в случае нелегитимности — парламентские и президентские.

Вместе их провести, конечно, не удастся, но с разнесением на три месяца — вполне. Опыт такой в стране уже есть — в 1994 году мы это уже проходили.

Договориться о временном (на год, например) введении императивного мандата во всей его красе. Дикая и недемократичная норма, конечно, но как временная мера допустима.

И, наконец, свое слово должен сказать крупный украинский бизнес независимо от цвета партий, которые он финансирует. Имею в виду бизнес системный, а не построенный на воровстве бюджетных денег.

Этот бизнес должен понять, что поражение одной из сторон законсервирует напряженность и рано или поздно приведет-таки к разделу страны. Тогда прибыль, полученная от доступа к бюджету, возвращенному НДС и прочим прелестям, будет несопоставима с потерями реальной стоимости их предприятий.

И слово бизнеса должно стать последним позитивным отрицанием тезиса об отделении бизнеса от власти.

Источник: Зеркало недели
    Комментировать
    Сортировать:
    в виде дерева
    по дате
    по имени пользователя
    по рейтингу
       
     
     
     вверх