EN|RU|UK
 Общество
  42636  91

 ВОСПОМИНАНИЯ О САУР-МОГИЛЕ

3 августа исполнился ровно год, как нас отправили на штурм Саур-Могилы.. Образы и фразы до сих пор свежи в моей памяти.. Публикую обрывки воспоминаний..

Об этом пишет в Фейсбуке капитан-лейтенант, (позывной Зоран) Максим Музыка

3 августа 2014 года
г. Краматорск
аэродром, штаб сил АТО


На полигоне были две группы добровольцев. Наша группа "Харьков" и группа "Луганск" - их мы видели впервые, как и они нас.

- Вы тоже от Гордийчука?" - спросил я у их старшого.
- Да. Я - Тренер - ответил крепкий приземистый мужик с угрюмым взглядом. Протянул руку.
- Зоран. Сейчас в Харьковской группе я за старшого. Костя (Вихрь) в Харьков за остальными ребятами поехал. Интересно, много у Владимирыча таких групп?
- Да вроде еще "Крым" есть, но я их еще не видел.

Было жарко. Тренера звали Темуром и он терпеливо помогал нам освоиться с ПКМ. Видно было, что человек опытный, а его бойцы выглядели матёрыми солдатами. Особенно по сравнению с нашим молодняком. Практически все из нас впервые стреляли из автомата. И я не исключение

Игорь Владимирыч подъехал на полигон на машине, хотя до наших палаток было метров триста. Видно спешил:

- Ребятки, меня тут назначили старшим на Саур-Могилу и через пару часов я вылетаю. Кто со мной? Летим на два дня. Побудете со мной при штабе.

Мы переглянулись. Группа "Луганск" практически в полном составе вызвалась ехать, кроме Гены, которому нужно было срочно уехать домой. Наша же группа явно не чувствовала уверенности в себе. Решение предстояло принимать мне.

- Макс, мы ж ещё не готовы. Первый полигон только. Да и без Кости стрёмно ехать.
- Да я понимаю, но я поеду. Кто-то от нас должен с Владимирычем поехать. Мы ж тоже его группа. Херово будет, если от нас никто не поедет. Поэтому я еду.

Ребята выглядели потухшими.

- Кто со мной, идите собираться. Через два часа вылет - сказал Владимирыч и поехал с полигона. Я успел прыгнуть к нему в машину, чтоб не идти по жаре.

Через десять минут в палатку ворвался запыхавшийся Быстров:

- Братуха, я с тобой. Бля, я себя уважать не буду, если ты поедешь, а я останусь. Мы ж напарники.
- Серёга, если не чувствуешь, не едь. Это нормально. Никто на тебя криво не посмотрит. А я тем более.
- Нет, нет. Я решил. Я с тобой.
- Спасибо, брат. Собираемся. Времени мало.

3 августа 2014 года
г. Краматорск
аэродром, штаб сил АТО


В вертолет за пару часов до заката садились полковник Гордийчук - наш командир и куратор из ГУРа, шестеро добровольцев из группы "Луганск" под командованием Темура Юлдашева, Сергей Быстров и я, с единственным "калашом" на всех добровольцев. Автомат был и у Гордийчука. Второй автомат он взял у своего зама - Альберта, и вручил мне с дополнительным рожком, указав позицию стрелка в вертолёте. На вопрос об оружии для других бойцов, Владимирыч ответил сухо:

- Всё получите на месте.

На нас со взлётной полосы смотрели оставшиеся бойцы из нашей группы. Один даже успел сделать фото перед взлётом.

Вертолёт летел долго и очень низко. Поднимаясь лишь чтоб перелететь через линии электропередач. Дверь постоянно норовила закрыться, и я держал её ногой. Ветер задувал под мои фраерские тактические очки, и я жалел что не взял маску. Это был мой первый полёт, как и у всех добровольцев.

Наконец мы спустились и в клубах рыжей пыли под последними лучами красного солнца выгрузились. Едва последний из нас выпрыгнул - вертолёт взмыл вверх и стало очень тихо.

- Суки. Трусливые пилоты. Не там они нас высадили - злился Владимирыч.

Мы не знали, куда нам нужно было, поэтому нам было всё равно. Только расстроились из-за забытого в вертолёте пакета с рациями и биноклем.

вертолет
Поднялись к деревьям и нас встретили запылённые бойцы из 72-й бригады.

- Я полковник Гордийчук. У меня приказ забрать у вас взвод огнемётчиков и ехать в Петровское под Саур-Могилой.
- Полковник, наверное, вас ввели в заблуждение. Вы знаете, какие у нас огнемёты? У нас даже не "Шмели", у нас "Рыси". Там огнесмесям сорок лет, при сроке хранения - десять. Ими максимум шашлыки можно пожарить.
- Неважно, там "зелёнку" надо поджечь. Берите всё. Берите РПГ и побольше БК.

Через часа полтора в полной темноте мы погрузились в нетентованный "Урал" и отправились в путь. Единственное свободное место для меня оказалось в кузове прямо над кабиной водителя на каких-то ящиках с оружием. Снова в лицо дул ветер. Теперь уже прохладный.

4 августа 2014 года
с. Гранитное


база 3-го полка СпП

Дорога из Солнцево, где стояла 72-я бригада, к Гранитному, базе 3-го полка спецназа была недолгой. Приехали в полночь. Старший по лагерю "кировоградцев" был дружелюбен:

- Выезд в 3:30. Ребята есть пустая палатка - идите поспите немного.

Огнеметчики предпочли спать в своем "Урале", а мы всемером решили воспользоваться предложением.

Палатка оказалась не совсем пустой. Стояло два десятка кроватей с вещами на них и по ними. Везде были боеприпасы. Также в палатке оказалось два нетрезвых спецназовца.

- Мужики, давайте по пятьдесят. Помянем пацанов. Мы из всей группы вдвоем вживых остались. Я в командировке был, а мой кореш в госпитале. Все остальные не вернулись.

Некоторые из нас сели за стол. Остальные - попытались сомкнуть глаза. Разговоры за столом длились до самого выезда, я слушал их с закрытыми глазами, лежа не снимая брони и берцев на застеленной кровати в дальнем углу.

- Видишь вот тот рисунок? "Папа! Жду тебя!" Это дочурка папке прислала. На этой неделе пришло письмо. А папы нет уже. Вы ешьте, пацаны.

Когда мы собирались, хозяева палатки, увидев, что у нас на семерых один автомат, напаковали нас гранатами, "трубами", "дымами". Меня доукомплектовали магазинами. За что им огромное спасибо. А то так бы с двумя рожками и бежал на штурм.

В полчетвертого утра наш караван из четырех "Уралов" выехал из Гранитного в сторону Петровского, что под Саур-Могилой.

4 августа 2014 года
с. Петровское


Поздним утром колонна из трех "Уралов" 3-го полка СпН, и одного "Урала" со взводом огнеметчиков и семерыми добрововольцами ГУРа остановилась вдоль центральной улицы Петровского. Во дворе последнего дома по улице, прямо на выезде к Саур-Могиле был расположен штаб.

В штабе было людно. Полковник Гордийчук и ГУРа, подполковник Капинос из 51-й бригады, высокий светловолосый полковник из 3-го полка составляли оперативный штаб операции. В сторонке, на крыльце нетронутого дома сидел Дмитро Ярош. Некоторые бойцы неуверенно просили разрешения сфотографироваться. Дмитрий никому не отказал. Даже на просьбу моего напарника Сереги Быстрова о шевроне ДУКа, улыбнулся, снял верхний китель и сорвал шеврон от тактической рубашки:

- Тільки обережно. За нього "сєпари" десять тисяч доларів винагороди дають.

Позднее Ярош уехал в свой штаб в Степановку, по другую сторону от Саур-Могилы, где базировалась часть 30-ой бригады.

Штурм был намечен на вторую половину дня. Основную роль в нем должны были сыграть бойцы 51-ой бригады, которые уже три раза ходили на штурм высоты. На ней они знали каждую позицию противника. Сам курган они называли не иначе как Шайтан-Гора. Помимо них на штурм пошли спецназовцы и огнеметчки, с которыми мы приехали.

Отдаленные звуки боя доносились до штаба, но больше бой слушали по многочисленным рациям, которые были тут, но работали они невсегда и невезде. Вскоре после начала штурма с холма в клубах пыли с грохотом влетела "бэха".

- Носилки! Носилки! Ворота открывай!

"Бэха" остановилась прямо у ворот штаба. Заведенные бойцы двигались с такой скоростью, что мы выглядели сонными мухами.

- Сука! Заклинило люк! Отвали!

Боец ногой с яростью бил по ручке люка десанта. Наконец люк открылся и из него вытянули бойца, и аккуратно повели в медпункт оборудованный в летней кухне.

Поддерживаемый с двух сторон, раненый волочил ноги, но шел. Текло из бедра, но и изо лба торчал осколок мины длиной с ладонь, взгляд его уже был далеко. Через пару часов он умрет в вертолете во время эвакуации.

"Бэха" уже улетела назад в бой. Штурм продолжался минут сорок. А может и больше. Чувство времени на войне хромает. Во время этого штурма был убит подполковник 3-го полка. Он лежал лицом вниз на носилках. Белая спина с двумя пулевыми ранениями неподвижно смотрела в небо. Также было около десятка раненых, разной степени тяжести.

Вернувшиеся со штурма курили. У некоторых дрожали руки. Бойцы 51-ой вспоминали ушедшего товарища:

- Он же на штурм не хотел идти. Чуйка у него нехорошая была. Взял у меня "корсар" с "шеей", чтоб более защищенным быть, но из-за него и не смог в люк влезть - застрял. Тогда ему осколком в голову и прилетело.

- Он же и девочку себе нашел. Местную. Из-под Волновахи, кажись. Хотели в сентябре пожениться.

С наскока Шайтан-Гора не далась. Но завтра будет новый штурм, в этом никто не сомневался.

5 августа 2014 года
с. Петровское


Ночь прошла спокойно. Мы лишь два раза по команде "Грады!" бегали всем штабом в укрытие, в качестве которого выступал обычный сельский погреб. Но бегать мне надоело, поэтому следующую ночь я решил спать прямо в погребе.

Утром приехало подкрепление - десантники 25-ой бригады во главе с молодым комбатом, голова которого была покрыта шрамами. Женя Мойсюк, полковник. С ходу он назвал всех трусами и сказал, что гору взять - нехер делать. Бойцы 51-й смотрели на него исподлобья, у них за плечами был огромный опыт безуспешных штурмов. "Ну-ну! Так сходи и возьми, смелый ты наш!" - читалось в их глазах.

- Он у вас какой-то й#бнутый - говорили мы десантуре.
- Да он вообще безбашенный. Но по-правильному безбашенный.

Видно было, что бойцы его уважали.

Также подъехали экскаватор и три танка. Тогда я впервые услышал забавный уменьшительно-ласкательный позывной, который повсеместно использовали для наших танчиков - "Мишка".

Было принято решение до обеда работать танками по стеле из-под которой велся самый неприятный огонь по нам и попытаться выжечь "зелёнку" у подножия кургана, откуда лупили снайпера и пулем етчики. А после обеда уже с 25-кой идти на штурм.

Поджечь "зелёнку" так и не удалось, хотя огнем етчики подобрались к ней очень близко. "Рыси" плевались просроченными на тридцать лет огнесмесями, огнесмеси шипели, разжигали маленькие костры, которые быстро тухли. Гордийчук искренне недоумевал:

- По телеку смотришь, окурок бросили - сто гектар леса выгорело, а тут не горит и всё.

Мы же второй день пилили Гордийчука на предмет оружия, безоружные бойцы психовали. Сереге Быстрову "калаш" дал Саша Гавшин, командир огнеметчиков 72- ой.

- Не про#би. Иначе меня посадят.
- Так а если в бою??
- Узнаю харьковчан. Хрен с тобой. Пусть садят. Главное живой будь.

Луганчанам "Тренера" попытались дать АКСУшки.

- С этими "плевалками" на штурм ДОТов?? Вы, бл#, издеваетесь???

В итоге дали-таки АКС раненых бойцов. Наконец все мы были вооружены.

5 августа 2014 года
с. Петровское


Штурм и в этот день был неудачным. Танкам не удалось завалить стелу, хотя и прямых попаданий было немало. Устаревшие огнесмеси не смогли поджечь "зелёнку", хотя и было 39 градусов в тени. Самоуверенность с десантников сбили два "двухсотых", полученных когда рядом с БРДМом разорвалась мина. Осколки прошили обшивку насквозь, унеся жизни бойцов. Наши "грады" ложились не всегда точно, запомнился разговор при штабе:

- Разрывы "града" по "зелёнке"
- Чьи "грады"??
- Похоже, наши..
- Бл#, там же наши снайпера! С ними есть связь??
- Рации туда не добивают.
- Какой там оператор берёт? Лайф? У кого есть лайф? Дайте позвонить.

"Грады" противника работали не лучше, периодически накрывая свою же высоту.

Ближе к вечеру Гордийчук с Капиносом решили своими глазами посмотреть на высоту. В качестве сопровождения были выбраны снайпера 3-го полка, пару бойцов 51-й и несколько наших "луганчан". Но при посадке в "бэху" напарник Темура не смог в броне влезть в "бэху" из-за крупного телосложения и вместо него сел я. Так случилась со мной первая разведка.

"Бэха" ревела и неслась по полям подсолнечника. Периодически делая резкие повороты. Мы остановились в разросшейся лесозащитной полосе. Через десять минут подъехала "бэха" с полковниками. Они заметно нервничали, руки дрожали, когда пытались набирать кого-то по мобильному.

- Может, не стоит здесь телефонами пользоваться? Мы же на их РЭБах светимся. - внаглую спросил я Капиноса.
- Мне надо. У меня нет другой связи.

Из зарослей мы смотрели на высоту в единственный бинокль и мой монокуляр. Высмотрели, что искали. Мощные антенны связи, по которой очевидно корректировался огонь артиллерии. На следующий день эти антенны будут уничтожены нашим огнём.

танк саур-могила


6 августа 2014 года
с. Петровское


С самого утра было принято решение о том, что идти на штурм можно только после основательной артподготовки. Этот день наши три "мишки" продолжали лупить по стеле. О важности операции свидетельствовало не только то, что Генштаб дал добро на разовое применение "Точки-У", но и все переговоры при штабе, невольными свидетелями которых становились все оперативные офицеры:

- "Сумрак" ответь "Грому".
- "Сумрак" на связи.
- Какого х#я вы ещё не на высоте!!! Мы уже журналистам сказали, что вы ее взяли.
- Так нету штурмовой группы..
- Не е#ёт! Высота должна быть взята!

Естественно нервозность передавалась и ниже. "Сумрак", он же полковник Игорь Владимирович Гордийчук, он же Владимирыч, едва не подрался с офицером связи 51-й Тарасом Трифонюком, орал на меня с Тренером, как старших из группы добровольцев:

- Третий день тут третесь! Завтра на штурм пойдете. Спецназ не идет - вы вместо них пойдете!

Идти или не идти - вопрос для нас не стоял. Мы же приехали добровольно. Мы сами просили оружие защищать свою страну. И даже если у спецназа были весомые причины не бросать ценных специалистов на доты противника, у нас таких причин не было - мы были неучтённым бесплатным расходным материалом. Мы это осознавали. Но на нас это не влияло: "Надо, значит надо".

Тем временем мы не просто терлись. Мы сделали свой мини-лагерь, над калиткой которого Темур прибил доску с надписью "Хозяйство Тренера". Мы уговорили экскаваторщика 25-ки вырыть нам глубокий ров, который вознамерились превратить в блиндаж. Сосновый кругляк был на другом конце села, и мы взяли один из "Уралов" и поехали за ним.

Пока методом рычагов и кантования грузили кругляк в кузов, в село въехала пыльная колонна джипов, пикапов, микроавтобусов, легковушек. Из окон торчали сине-желтые и красно-черные стяги. Это была "сотня правосеков", о скором прибытии которой еще вчера говорили при штабе. Из первой машины высунулось добродушное огромное лицо:

- Братишка, есть длинный? Очень надо. Плохо без длинного, братишка.

Вначале я принял гиганта за неадеквата, только позже я понял, что он просил "калаш", "длинноствол". Гиганта звали Дальнобоем, и он был не просто дальнобойщиком, он был гением техники и "махатмой" - большой доброй душой. Погиб он полгода спустя, похоронен в своем селе у Днепродзержинска.

"Правосеки" расположились цыганским табором неподалёку от штаба и совсем близко от нашего "Хозяйства Тренера". Они лежали, ходили, ругались и спорили. Но в основном валялись и с вялым интересом смотрели на наши потуги построить блиндаж без пил и мешков, которых банально не было.

Кругляк мы кинули с минимальным шагом поперек рва. Поверх кругляка накидали досок, шифера, кусков металла, дверей и всего, что могли притянуть. Дальше начали закидывать все это землей.

"Бешеный механ" из 51-й зашел поглядеть на стройку:

- А чого це ви лише вдвох з Зораном копаєте, а ці байдикують?

Он выразительно глянул на валяющихся в тени "правосеков". Мой помощник из "Луганчан" ответил нарочито громко:

- Да это они только до первой команды "Грады" так будут лежать, а как только е#анёт, мы при входе в блиндаж их ещё и обилечивать будем.

Дюжина "правосеков" медленно поднялась и со смущёнными улыбками попросили и им дать лопаты. Так я смог отдохнуть и сделал фото.

саур-могила


6 августа 2014 года
с. Петровское


Мой напарник Серёга Быстров подлетел ко мне:

- Макс, надо что-то делать! Звонил Костян. Наших пацанов вертолётчики высадили х#й-знает-где. Они сейчас лежат в "зелёнке" с двумя калашами, а перед ними танки сепарские ездят.

Это было долгожданное подкрепление, состоящее из добровольческих групп "Харьков" во главе с Костей (Вихрем) и группы "Крым" во главе с Исой Акаевым. Все мы вместе с группой "Луганск" Темура Юлдашева составляли так называемую "отдельную разведроту при ГУРе", куратором которой был полковник Гордийчук. Но тяжелейшее ранение, полученное им в конце августа, поставило крест на этом подразделении, целиком состоявшем из добровольцев.

- А что Владимирыч говорит?
- Матерится и говорит, что они сами виноваты. Макс, в чём, бл#дь, виноваты??!! Их тупо не там выбросили из "вертушки". Надо их выручать.
- Серёга, как выручать?? Ради десятка пацанов под танки никто технику не пошлёт! Её и так х#й-да-них#я! Может стемнеет, тогда может как-то. А где они точно лежат?
- Да они и сами не знают. Их же без карты выбросили.
- Бл#. Ну пусть ждут. Я е#у что делать.

Это было не решение, мы оба это понимали, но ничего предложить не могли. Серёга бегал на холм, откуда брал "Киевстар", с холма бежал в штаб к Гордийчуку, и снова на холм. Казалось, он единственный переживал за наших ребят. Гордийчука больше волновал вопрос предстоящего завтра штурма:

- Максик, Максик, а у тебе ведь хорошие отношения с "правосеками"?
- Ну да вроде. С Майдана ещё.
- А давай ты с ними поговоришь, чтоб завтра с нами на штурм пошли. А то у нас людей мало. Спецназ не пойдёт. А при словах "штурмовая группа" и "Саур-Могила" все комбриги трубку бросают.
- Владимирыч, я не могу с ними об этом говорить. Максимум, я могу вас с их главными познакомить.
- Ну давай хоть так.

Главным у этой оравы "правосеков" было Вольф - седовласый мужчина с проницательным прищуром. Он подозвал ещё и своего главного разведчика Шведа - ухмыляющегося весельчака. Они выслушали сбивчивую просьбу-предложение Владимирыча. "Вольф" ответил спокойно с лёгкой грустной улыбкой:

- Не могу. У меня приказ идти в Степановку. Я вообще не вижу смысла брать эту высоту. Даже если вы ее возьмете, вы ее не удержите.

Мысленно я с ним был согласен. Невозможно долго удерживать высоту, по которой работает артиллерия из Снежного (стреляют из жилых районов), Тореза (стреляют из-под террикона с радиоактивными отходами) и из России (12 км по прямой). Но у моего куратора был свой приказ. Приказ "Грома". Приказ Генштаба.

Зато "правосеки" подогнали нам несколько отжатых у россиян термобаррических зарядов к РПГ. Если ими попасть в подземные ходы - всё выгорит.

Красный закат опускался за селом, а вымотанный Быстров спускался со своего холма:

- Всё, Макс. Их забрали. 30-ка забрала пацанов в Степановку. Слава Богу.
- Слава Богу. Ты молодчага, брат.

7 августа 2014 года
с. Петровское


Штурм был запланирован на 16:00. Мы об этом знали. Знал об этом и противник. Спасибо "рэчныкам", заявившим на брифинге, что "наши войска готовятся к штурму Саур-Могилы" - первая честная информация из их уст о Саур-Могиле. Но своевременная ли?

Наблюдать за операцией прибыл и генерал Назаркин, тогдашний руководитель ССО. Его попытки войти в курс дела и поруководить были встречены в штыки бойцами 51-й. Вова "Ноль-Шестой", мощный младший сержант, фактически командующий ротой, был предельно искренен и прямолинеен по отношению к прибывшему генералу:

- А ты, п#дар усатый, молчи! Я на эту гору уже пять раз бегал. Я там каждый камень знаю. Ты ж со мной туда не пойдёшь, а здесь сидеть останешься??

Генерал проявил чудеса выдержки и благоразумия и не стал реагировать. Чем очевидно сохранил стране одного генерала.

Мы в это время пытались найти экипировку на "Дальнобоя", полюбившего Темура и твёрдо решившего идти на штурм с нами. Приехал он в шлёпанцах и в шортах с "эфкой", выпадающей из кармана. Мы нашли ему и штаны, и кроссовки, и броник, и автомат.

Но самой большой загадкой для меня было как "Дальнобой" влез в "бэху". Я сидел в десанте между ним и луганчанином Сашей Жуком и боялся, чтоб "Дальнобой" вылез.

Пока мы сидели по местам в технике до момента фактического старта прошло минут сорок. Обе мои ноги затекли так, что я их перестал чувствовать вплоть до жопы.

Наконец люки захлопнулись и наша "бэха" рванула на Шайтан-Гору.

7 августа 2014 года
курган Саур-Могила


Первым на штурм шёл танк, второй была "бэха" с десантниками 25-й, третьей шла наша "бэха".

Гордийчук поставил перед нашей маленькой добровольческой группой простую задачу.

Мы должны были захватить и удерживать небольшое полуразрушенное двухэтажное здание у подножия Саур-Могилы. После захвата этого здания мы должны были прикрывать штурмовую группу снизу и в случае контратаки противника обороняться, используя захваченное здание. Таков был приказ.

После нескольких финальных рывков и поворотов "Бэха" остановилась, заработала 30-мм пушка, раздалась команда "Дасант!" Один люк открылся, наш же открывался только снаружи, но ребята открыли его быстро. "Дальнобой" покряхтел-покряхтел и вылез. Настала моя очередь.

Если бы кто-то снимал наше десантирование и захват здания скрытой камерой - вышла бы та ещё комедия. И главным клоуном в ней был бы автор этих строк.

Поскольку ног я не чувствовал совершенно, то я не вылез из "бэхи", а выпал из неё на спину, прямо на бетонные плиты нижней площадки. Усилием воли я поднял себя и на совершенно ватных отсиженных во время долгого ожидания ногах побежал шатаясь к зданию, выкрикивая команды. Ребята жались ко мне, как цыплята к квочке, а я пытался отогнать их командами и матом. Это был первый бой для всех нас.

На всю эту комичную картину с упавшей челюстью смотрел комбат 25-ки Женя Мойсюк. Судя по дальнейшим событиям, это был его единственный "завис" во время штурма.

Темур забросил гранату в окно здания с лицевой стороны, я - с торцевой. Огонь из здания не вёлся, судя по всему, оно оказалось оставленным.

В книжках дают дельный совет: "Сначала бросай гранату - затем входи". Но в книжках не пишут, что после броска гранаты поднимется такая бетонная пыль, что ты не будешь видеть своего автомата.

И вот я стою перед покорёженной вырванной дверью и смотрю в густую пыль. Из медитации меня бессовестно вырвал миномёт с милым названием "Василёк". Он начал работать по нам. Пришлось идти в пыль, которая слегка осела. Здание к счастью оказалось пусто и незаминированно.

Осмотрев его мы вышли из него и залегли вокруг, заняв позиции по периметру, чтоб контролировать подступы к зданию и площадке.

Я залёг положив пыльный ствол "калаша" на бетонный блок. И через секунду на ствол забрался зелёный богомол и пристально посмотрел мне в глаза. Сюрреализм ситуации меня потряс. Вокруг кипит бой, пулемётные переклички, выстрелы танков и очереди из "бэх", разрывы мин, а тут - богомол смотрит на меня.

И опять же на выручку моей "крыше" пришёл "Василёк". Свист. Бах-бах-бах-бах! Этот миномёт стреляет кассетами по четыре мины, которые обычно ложатся неподалёку в ряд.

Пришлось снова укрыться в здании. Туда забежали и огнеметчики 72-ой, и пару десантников 25-ой.

В это время 30-ка подвезла со Степановки наших пацанов из "Харькова": в окно влетели Ганс, Берёза, Леший. Вместе с последним в то же окно влетела и пулемётная очередь, прошив ногу Серёге Быстрову, моему напарнику.

7 августа 2014 года
курган Саур-Могила


"Индеец" колдовал над ногой Быстрова. Из своей аптечки я подавал ножницы, тампакс, целокс, бинт. Мы толком не умели этим всем пользоваться. Но Серёгу более-менее перевязали.

Впоследствии я корил себя, что не перевязали лучше, и не использовали больше целокса. Пресловутая быстрая эвакуация превратилась в шестичасовую муку, когда "вертушку-эвакуатор" на подлёте к Петровскому обстреляли и она развер нулась улетела, а Серёгу доставляли в Амвросиевку тайными тропами на пикапе, где он плавал в луже крови в кузове. Ещё бы полчаса, и он истёк бы полностью.

После того как Серёгу увезли в пару ко мне стал "Берёза". Мы продолжали выполнять поставленную задачу. Прикрывали группу штурмующих от контратаки снизу.

Прибывшие добровольцы присоединились к штурмующим. Особо отличился наш побратим из "Харькова" - Угрюмый. Отличился тем, что его едва не расстреляли свои же.

Касок у многих из нас не было. Разорвавшаяся мина слегка контузила Угрюмого отбросив его на труп сепара, на голове которого красовалась стальная каска. Не мудрствуя лукаво, Угрюмый снял каску с трупа и водрузил себе на голову, не заметив при этом надписи "ДНР " на оной.

В таком наряде, плохо слышащего после контузии и туго соображающего по жизни его и приняла 25-ка. Поскольку от своих он отбился, а внятно объяснить откуда, он не сумел, его решили расстрелять. Да что-то их удержало.

После штурма его со связанными проволокой руками отправят в штаб, где Гордийчук, не зная его в лицо, тоже отмахнётся: "Расстрелять". Спас бедолагу генерал Назаркин, который терпеливо докопался до истины.

Но это будет позже, а пока вернемся на курган.

О ходе штурма мы знали из радиоэфира. Мы слышали крики комбата Жени Мойсюка, который руководил операцией на месте и лично вёл группу на штурм. Если бы спросили меня, кому давать Героя Украины - я, не колеблясь, указал бы на него. И на танкистов, которые сумели своевременно точными выстрелами погасить ДОТы. И на водителя "бэхи", у которой намертво заклинила пушка, но он продолжал ездить туда-сюда, вызывая огонь на себя, отвлекая внимание от бегущих наверх десантников 25-ки, бойцов 51-й, огнеметчиков 72-й, добровольцев "Крыма", "Харькова", "Луганска".

Бригад участвовало много, но по факту нас было человек 70-80, когда мы взяли эту заколдованную Шайтан-Гору.

Не рассказывайте нам о тысячах погибших. Их не было. Но и каждая капля крови, пролитая за эту землю, за нашу землю - на вес золота.

Штурм завершился. Началась оборона Саур-Могилы. Гораздо более эпическая и трагическая страница истории этой войны.

8 августа 2014 года
курган Саур-Могила


Ещё ночью после успешного штурма экскаватор под непрекращающимся минометным обстрелом сумел вырыть четыре окопа у подножия кургана. "Василёк" работал на звук техники, поэтому и не попал, хотя временами было очччень близко.

Моим напарником стал Берёза, один из наших добровольцев, прибывший из Харькова вместе с группой Кости (Вихря ). С ним мы и провели ночь в окопе, посменно всматриваясь в темноту.

Сменив его на рассвете в последний раз, я воспользовался затишьем между миномётными обстрелами и вылез из окопа, чтоб отлить в кусты. Ибо за ночь окоп уже провонялся мочой. Сделав своё мокрое дело, я обернулся и увидел, что свет очень мягко ложится. Достав свой смартфон из-под броника сделал фото, на память. За год это фото объедет Брюссель, Страсбург, Лондон, Вашингтон. Хотя кто тогда об этом думал.

саур-могила

Утром к нам приехал Рома (Монах ) - святой и набожный человек из 51-й. Глаза у него всегда светились. Присмотревшись к моей огромной каске, которую я нашёл бесхозную в кузове "Урала" огнемётчиков 72-й бригады, Рома сказал:

- Мені здається вона на тебе завелика. Давай поміняємось.

У него тоже был "шуберт" но на 10 см меньшего размера, чем моё "сомбреро". Примеряли. Поменялись. Но тут Рома заметил, что Берёза без каски.

- А твій шолом де?
- У меня нет.
- То тримай цей.

И Монах вручил Берёзе мою свежевыменянную каску. Я опешил от такого обмена:

- Ромчику, а ти як?
- Та мене Господь береже. Не турбуйся.

Ближе к обеду "Василёк" затих. Пацаны-танкисты "заварили" чаёк. Накидали в пятилитровую баклажку пакетиков чая из сухпайков, сахара и залили до половины водой. При 39 градусах в тени вода нагрелась быстро, а методом болтания был получен прекрасный цвет. Вкуснее чая я не пил никогда.

После обеда подъехал Гордийчук. В штурме он не посредственного участия не принимал. Мы были рады ему, и особенно воде, которую он привёз. В это время снова заработал "Василёк", и впечатлённый Гордийчук быстро передал давно известные координаты артиллерии, и они отработали. На ближайшие сутки стало тихо.

Вторую половину дня мы пытались превратить окоп в блиндаж, пользуясь буквально всем из подручных средств.

Под вечер из Степановки примчался грузовик. Мы, было, приготовились к бою, но из кабины скалилось огромное лицо Дальнобоя:

- Пацаны! Я вам огурцы привёз!

Два ящика отборных огурцов существенно повысили настроение после полусъедобных сухпайков.

Наступил вечер, на вторую ночь подряд остались мы четверо: Ганс, Леший, Берёза и я. Остальных поменяли, про нас забыли. Но мы об этом не знали, и, как дети радовались тому, что подвезли тепловизор и ночник от "Народного тыла". Ночь без "тепляка" - не чета ночи с ним.


О будущей книге

Откровенно говоря, весьма удивлен тому, что мои заметки о Саур-Могиле вызвали такой интерес, а повествование в стиле "что-вижу-то-пою" нашло своих поклонников. Читатели просят книгу, издатели предлагают контракты, сайты предлагают гонорары за перепост. Мне искренне приятно, хоть и весьма неожиданно.

Книга будет. Рабочее название "Саур-Могила: дневник добровольца" Она будет состоять из двух частей. Первая часть будет называться "Штурм" и будет основана на моих личных воспоминаниях и взгляде через призму моего личного восприятия.

Вторая часть будет называться "Оборона", и она будет основана на воспоминаниях тех добровольцев, которые там оборонялись (к сожалению, на оборону кургана я не попал). Но для сохранения единого стиля, воспоминания других добровольцев будут с их согласия слегка отредактированы мной. Будет тот же простой, рубленый стиль. Надеюсь, нам это удастся.

Книга будет дополнена информационными и историческими справками. Ну и, разумеется, будут фотографии. Много фотографий.

Спасибо вам всем!



Капитан-лейтенант Максим Музыка (позывной Зоран)


TUVwRVVYTTVSMEV3VEZoU1oyUkhRakJNYWxKcWVVUlJiMDVES3pCWlNGSm5aRU0wTUV4blp6Qk1MMUpuVGtNck1GbE1VWFZPUTNsSlRrTnFNRXh5VW1kT1EzY3dUR3BSZG1SSFRHWk9RMWt3V1VoU1ozUkRLekJaUkZGMVRrTTBTVTVIUVRCTU4xSm5aRWRDTUV4cVVYVmtSMEl3VEhKUmRta3pVbWM1UXpZd1dVUlJjMDVETkRCTU0xSm5aRU0yTUV3M1VYVlRSRkZ6ZEVNck1FeHVVWFprUjB4TWVUaDJURGxEZVRCTU4xRjFaRU01TUV4Q09EQkxSRkYyZEVkQ01GbElVWFZPUjFBPQ==
Комментировать
Сортировать:
в виде дерева
по дате
по имени пользователя
по рейтингу
   
 
 
 вверх