EN|RU|UK
  729  1

 РУССКИЙ ЯЗЫК И УКРАИНСКАЯ ЭЛЕКТОРАЛЬНАЯ МИФОЛОГИЯ

"Оккупация Украины продолжается", "Нет насильной украинизации – защитим родную речь!", - противоположные лозунги и крайности, которые вылились мало не в побоище на улицах Симферополя, напоминают театр абсурда, как и то, что избирательн

На самом деле, нынешнее обострение языкового вопроса происходило с периодичностью раз в 4 года и припадало в аккурат на выборы президента или Верховной Рады. Впервые основным лозунгом своей избирательной кампании вопрос языка сделали отнюдь не сторонники русского, как второго государственного.

В теперь уже далеком 1989 году, языковой вопрос стал результатом горбачевской "перестройки" и "ускорения" и с успехом эксплуатировалось кандидатами в Верховный Совет СССР от национальных республик. Наибольшего результата сторонники не русского языка достигли в Украине и прибалтийских республиках.

Именно тогда народным депутатом Советского Союза стал один из наиболее последовательных защитников языкового вопроса, украинский писатель Владимир Яворивский.

Тогда же вопрос языка был горячо поддержан не только Народным Рухом за перестройку, но и депутатами Верховной Рады УССР, которые приняли как на то время достаточно прогрессивный закон о языках.

С точки зрения современности, основная прогрессивность заключалась в том, что поддержка украинского языка на республиканском уровне стала первым шагом к выходу Украины из Советского Союза, своего рода практической реализацией лозунга Владимира Хвыльового – "Прочь от Москвы".

В будущем эксплуатация именно языковой тематики позволила консолидировать электорат оппозиции на западе и в центре Украины и получить почти 120 мест в Верховной Раде первого созыва на выборах в 1990 году.

Среди тех, кто активно поддерживал демократические преобразования, был и председатель Партии демократического возрождения Украины (ПДВУ) Владимир Гринев. Харьковский коммунист, который одним из первых присоединился к Демократической платформе в КПСС, благодаря поддержке в основном руховской оппозиции даже стал заместителем председателя Верховной Рады. Однако, помимо этого, русскоговорящий Гринев умел хорошо учиться и делать выводы.

Поэтому, когда в 1994 году Владимир Гринев возглавил штаб оппозиционного кандидата в президенты, малоизвестного директора "Южмаша" Леонида Кучмы, он использовал проверенную языковую тактику с точностью до наоборот.

Оппонируя классическому полузападняку Леониду Кравчуку, который на русском говорил с ощутимым акцентом и час от часу заигрывал с Народным Рухом, Гринев избирает беспроигрышную тактику, делит электорат на "свой" и "чужой".

"Чужой коррумпированный партийный бюрократ, "истинный украинец" украиноговорящий Леонид Кравчук – хочет отобрать у наших детей последнее, что осталось – русский язык". "Свой" - борец с коррупцией, который наведет порядок в стране. Прижмет бандитов к ногтю, защити Отечество и русский язык – Леонид Кучма". Этими или другими словами агитировали избирателей тогдашние политики уже не важно. Сущность электорального мифа, навязанного тогда массовому сознанию, была именно такой.

Теперь мы уже знаем, что получив 11 июля 1994 года свой президентский мандат, Кучма почти сразу забыл свои обещания как о втором государственном русском языке, так и борьбе с коррупцией, которая расцвела буйным цветом во времена его президентства.

Следующий ренессанс языкового вопроса припадает опять на выборы президента 1999 года. Однако, на этот раз почувствовав вкусный запах наживы, на легкую русскоговорящую электоральную добычу бросаются сразу три кандидата: Леонид Кучма, Наталия Витренко и Петр Симоненко.

Нужно сказать, что Наталия Михайловна, урожденная киевлянка, не просто хорошо владеет украинским, но и прекрасно понимает, что даже в Киеве русскому ничего не угрожает.

Но у левых были свои резоны. Ведь украиноговорящий запад просто ненавидит все, что связанно с коммунизмом. Так ни на Западной Украине, ни в Киеве ни разу не избирали коммуниста народным депутатом Украины.

Таким образом, главный соперник Кучмы, экс-коммунист Александр Мороз мог рассчитывать только на города центральной Украины и на украинское село.

Оппонировать ему в русскоговорящих городах, опираясь на платформу русского языка и левые взгляды, Кучме было особенно удобно. На пленках Мельниченко зафиксировано несколько разговоров тогдашнего президента о помощи Наташе и особенно о любви к КПУ.

Сами лозунги в защиту русского языка, умноженные на размывание традиционного левого электората, позволили Кучме отобрать победу у оппозиционного кандидата. На протяжении всей предвыборной кампании Мороз был вынужден балансировать между русскоговорящим электоратом на востоке, и традиционно украиноговорящим центром и западом.

Усидеть на двух стульях почти удалось. Записи разговоров в Кабинете Кучмы свидетельствуют – если бы не огромные фальсификации результатов голосования, Мороз имел реальный шанс попасть во второй тур, и, возможно, вырвать свою победу. А что же русскоговорящие избиратели востока Украины, поверившие Кучме, Витренко и Симоненко? Как всегда, их использовали. В роли презерватива, и про обещания сразу же забыли, как только Кучма опять получил свой президентский мандат.

В таких условиях, очередной ренессанс языкового вопроса в 2004-2006 годах был прогнозированным и начался, как по звонку, с началом избирательной кампании. Разве что у русского появились новые "защитники". На этот раз, на аппетитный кусок электорального пирога позарились социалисты Мороза, прогрессисты Витренко, социал-демократы, объединенные Медведчука, и местные пацаны Януковича. У каждого из них были свои причины.

СПУ в лучших традициях походных групп ОУН пошла большим походом на Восток. Несмотря на неоднократные предупреждения, что там социалистам ничего не светит, морозовцы преследовали двойную цель. Осознавая серьезную конкуренцию со стороны БЮТ в центральном регионе, СПУ решила завербовать новых сторонников восточнее.

С другой стороны, внутренняя конкуренция с КПУ двигала социалистов на "исконно" коммунистического избирателя. В целом стратегия была верной. Ошибочной была тактика. Вместо того, чтобы активно вмешиваться в социальные конфликты, на стороне наемных работников, поднимая действительно социальные вопросы зарплат, отпусков, увольнений, безработицы, СПУ заигрывала на уже проверенном другими языковом грунте и обещала всяческую поддержку русскому языку.

Как известно, президентскую кампанию 2004 года. Александр Мороз завершил, обогнав вечного соперника Симоненко на пару процентов. Однако педалирование
языковой темы в 2006 ничего не дало социалистам – СПУ набрала столько же, сколько ее лидер Мороз двумя годами раньше.

Не помогла русскоязычная тема и двум другим защитникам : ПСПУ и СДПУ(о). Как известно, обе не преодолели и так не высокий 3% барьер. Однако для регионалов, как когда-то для Кучмы, русский сыграл роль палочки-выручалочки.

Именно защита интересов русскоязычных позволила ПР избавиться от имиджа вчерашних "канкретных пацанов". И даже больше, лидеры Партии регионов смогли консолидировать русскоязычный электорат, приобретая при этом определенные черты "политического благородства".

Не последнюю роль в таком осветлении имиджа сыграли СМИ "братской" России, которые не жалели эфирного времени и газетной площади для Виктора Януковича и его побратимов.

То, что регионалы, в отличие от Кучмы, не забыли свои обещания, и сделали русский региональным в ряде восточных областей, является свидетельством того, что их лидеры ждут опять избирательную кампанию. Поэтому думают об исполнении самых легких обязательств, для реализации которых не нужно много усилий.

На самом деле, языковые требования – это хорошо раскрученный электоральный миф, который легко использовать и даже выполнить. Правда, со временем "языковая пустышка" уже не успокаивает избирателей, и они начинают смотреть на политиков более реалистично. Примером может служить та же Галичина.

Во Львове уже никто не сомневается в умении мэра красиво говорить на украинском языке и ходить в греко-католическую церковь. Однако на протяжении 15 лет полностью украиноязычной власти так и не была решена проблема бесперебойных поставок воды жителям города.

Сейчас политические силы, которые эксплуатируют исключительно тематику защиты украинского языка, уже не имеют прошлой популярности среди львовян – избирателей уже интересует, что конкретно предлагают политики, кроме пустопорожних разговоров.

Успех Блока Юлии Тимошенко, который получил поддержку как в западном и центральном, так и в восточном и южном регионах, объясняется ни коим образом не вниманием к вопросам языка, а скорее его полным игнорированием. Тимошенковцы сосредоточились на вопросах коррупции и экономики, и избиратели их услышали, несмотря на двуязычие лидера, которая выучила украинский, хотя и родом из русскоговорящей семьи.

В то же время блок НСНУ, в который хотя и входит ортодоксальный в вопросах языка Конгресс украинских националистов, от поражения на выборах не спасла даже отменная украинская речь большинства его членов.

Очень жаль, что и после выборов украинцев продолжают кормить мифами. Ни Донецкий, ни Луганский, ни Днепропетровский областные советы не начали свою работу с проверок финансовой деятельности своего предыдущего руководства. Может быть, потому что руководство не изменилось, а может, потому, что борьба с коррупцией не входит в их планы.


    Комментировать
    Сортировать:
    в виде дерева
    по дате
    по имени пользователя
    по рейтингу
     
     
     
     
     
     вверх