EN|RU|UK
  12260  58
Материалы по теме:

 "СТАРЫЕ ПОЛИТИКИ ПРОСИЛИСЬ К НАМ В КОМАНДУ, НО МЫ ХОТИМ ДАТЬ ШАНС НОВЫМ ЛИЦАМ"

Лидер "Демократического альянса" Василий Гацько рассказал "Цензор.НЕТ" о том, почему партия не подпускает олигархов на пушечный выстрел; почему у "УДАРа" некачественный список на выборах в Киевраду; как помочь его родному Донбассу, а также о своей квартире и зарплате.

Партия «Демократический альянс» в украинском политикуме - это белая ворона, глядя на которую невольно думаешь «И откуда ты такая взялась?».

Обычно к политической партии в нашей стране коррупция липнет мгновенно - а здесь все настолько чисто, что окружающим политикам становится даже как-то неприятно. Куда удобнее знать, что и эти молодые «чистоплюи» берут у кого-то деньги, лоббируют чьи-то «темы»…

Но с деньгами у «Демальянса» - не так, чтобы очень; да и в прайм-тайм на ТВ их почти никогда не увидишь. Зато за эту партию агитируют известные имена из числа журналистов, музыкантов, писателей…

Мы сидим в одном из киевских кафе с Василием Гацько - лидером партии и первым номером ее избирательного списка в Киевсовет. Но первый вопрос «Цензор.НЕТ» - вовсе не об этих выборах:

- Многие недоумевают: почему «Демальянс» не выставляет своего кандидата в президенты? Понятно, что выборы вы бы не выиграли - но зато, как следует, засветили бы партию…

- В принципе, у нас в «Демальянсе» много потенциальных кандидатов в президенты, но…им еще нет 35 лет. Следовательно, согласно закону и Конституции они не могут участвовать в выборах президента.

- А почему у вас нет кандидатов старше 35? Смахивает на классический рассказ Стивена Кинга «Дети кукурузы», в котором детская религиозная секта убивала всех своих членов, достигших определенного возраста. Шутка.

- (Смеется) У нас есть люди старше 35. Но наши сильные кандидаты, они сейчас молоды и не достигли 35-летнего возраста. И это основная причина, по которой мы не выдвигаем своего кандидата на президентских выборах.

«ВЫГОДНЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ ОТ ОЛИГАРХОВ ПОСТУПАЛИ С 2012 ГОДА»

- Если честно, это звучит невероятно. У нас во многих партиях только после 35 лет и начинается жизнь. И если бы ввели обратный ценз, у них просто не стало бы партийцев! А сколько лет Василию Гацько?

- 31 год.

- Впечатляет. Скажите, на сколько мест в Киевраде вы рассчитываете? Озвучьте, пожалуйста, задачу-минимум и задачу-максимум.

- Мы должны получить столько поддержки, сколько возможно получить в этих условиях. А условия у нас непростые. Во-первых, уровень знаний о «Демократическом альянсе» невысок. Сегодня если тебя нет на национальных телеканалах, то рассказать о своих идеях, о том, кто идет в твоей команде - очень сложно. Партии, которые сегодня представлены в парламенте, находятся в гораздо лучших условиях, поскольку даже редакционная политика многих телеканалов предполагает, что именно парламентские силы приглашают на политические ток-шоу и прочие передачи. Поэтому равенства в доступе к медиа сегодня нет, и возможности оповестить общество о себе - тоже.

Во-вторых, мы приняли решение о том, что между «Демальянсом» и олигархами будет сохраняться расстояние в пушечный выстрел…

- …А со стороны олигархов выгодные предложения поступали?

- Конечно, начиная с 2012 года.

- А от кого?

- Назвать фамилии не могу по той причине, что они это делали не сами, а через посредников. Можно просто «подставить» людей.

- Хорошо, скажите тогда, о чем шла речь. Что вам предлагали?

- В 2012 году предлагали два миллиона гривен для залога с целью участия «Демократического альянса» в выборах. Мы тогда как раз заявили о себе, стали политической партией (до этого много лет были общественной организацией) и, соответственно, начали сбор денег в Интернете и на улицах - чтобы внести залог.

- Это предлагал олигарх из демократического лагеря, человек из Семьи или один из магнатов из орбиты Партии регионов?

- Из псевдодемократического лагеря, такие себе политические бизнесмены.

В 2013 году во время Евромайдана к нам тоже присылали посредников, которые предлагали выгодные условия финансирования, доступ к медиа и гарантии того, что «Демократический альянс» больше не будут прессовать, как это делали весь 2013 год после того, как мы сходили под Межигорье.

- А что от вас требовалось взамен?

- Критиковать оппозицию.

- Вы не хотите называть имен, но улыбчивая физиономия Андрея Петровича Клюева сразу появляется перед глазами… А что на этих выборах - кто-нибудь пытался к вам «подкатиться»?

- Нет, не пытались. Мы, как мне кажется, дали уже наружу четкий сигнал о том, что нас взаимодействие с олигархами не интересует. Поэтому за время кампании на этих выборах прямых предложений такого рода не было. Но вопрос финансирования тоже ограничивает нас в возможностях. За прямую рекламу нужно платить. Хотя сегодня множество людей из различных сфер бесплатно помогают «Демократическому альянсу», высказывают публичную поддержку. Но этого все равно недостаточно для того, чтобы рассказать о себе другим. Поэтому вопрос бюджетов все равно актуален.

- А если бы у вас были серьезные деньги, на что бы вы их потратили?

- На коммуникации. Для примера: сегодня ни одна политическая партия не может похвастаться такой публичной, качественной поддержкой хороших людей, как у нас. Мустафа Найем, Сергей Лещенко, Настя Станко, Сашко Положинский, Александра Кольцова, Ирена Карпа. Многие представители хороших международных компаний публично заявляют о поддержке «Демократического альянса». Старые политические партии могли бы о таком только мечтать. Но есть потребность рассказать об этом другим. И здесь встает проблема коммуникаций.

- За вас действительно агитируют многие известные люди, но, что интересно, в списке в Киевраду я популярных имен не заметил. Это принципиальная позиция?

- Каждый занимается своим делом. Сашко Положинский вдохновляет украинцев своими песнями, Карпа - своими произведениями. Ну, и мы поставили перед собой цель стать дверьми в украинскую политику, за вход в которые не надо платить. Это означает, что мы сегодня ищем людей, которые: достойны, по-настоящему хотят перемен, но еще вчера по каким-то причинам дистанцировались от политики. И то, что сегодня в «Демальянсе» много новых лиц с новой сутью, - это следствие такого подхода.

У нас за последние полгода - революции и всего, что было после этого, - было много контактов со старыми политиками, которые высказывали симпатию и высказывали желание попробовать себя в команде «Демократического альянса». Но у нас в команде к этому относятся критично. Мы хотим дать шанс новым людям - тем, кто еще не растрачивали доверие и не дискредитировали ни себя, ни политику как таковую.

«БЫЛО БЫ СПРАВЕДЛИВО, ЧТОБЫ ЗА ЭТИ СПИСКИ КИЕВЛЯНЕ НА ВЫБОРАХ 25 МАЯ ДАЛИ ПО МОРДЕ КЛИЧКО»

- Вы так и не сказали, сколько голосов хотите получить на воскресных выборах.

- В целом нам необходимо быть в Киевраде. Мы даже малыми силами собираемся задавать там повестку дня. Есть сферы деятельности, которые мы для себя считаем родными: и в первую очередь, это противодействие коррупции. Даже за рамками властных полномочий, будучи общественной организацией, а позднее - и политической партией, у нас накопилось много успехов в остановке коррупционных схем. За последний год правления Януковича наши активисты - в частности Виталий Шабунин, который возглавляет Центр противодействия коррупции, Галина Янченко, идущая вторым номером в списке кандидатов в Киевраду - остановили разворовывание на госзакупках миллиардов гривен. У наших активистов по всей Украине есть свои истории о том, как они останавливали воровство денег из местных бюджетов.

Поэтому мы пониманием, что, пройдя в Киевраду и получив доступ к информации и определенным властным полномочиям, мы сможем делать это намного эффективнее. И даже малыми силами в Киевраде «Демальянс» станет большой проблемой для коррупционеров.

- Может, это вам так только кажется? Умение раскрывать коррупционные схемы - это, конечно, хорошо, но политика - это еще и умение договариваться. А в Киевраду после этих выборов пройдут (в том числе и по спискам правящих политических сил) люди, которые ради того, чтобы «распилить» какую-нибудь землю под автозаправку, - с чертом договорятся. И с вашим девственно-чистым отношением к ведению дел с вами на первых порах никто не захочет договариваться. Как будете себя вести в таком случае? Останетесь кабальчишами? Или все же станете заключать союзы - что, опять-таки, пойдет вразрез с декларируемыми принципами?

- Мы знаем, что идем в агрессивно-коррумпированное окружение. Мы знаем, что люди, которые сейчас идут по спискам, в частности, наших оппонентов - идут туда для того, чтобы делать бизнес на политике. Нам известно качество списков - в частности, тех партий, которые еще вчера были в оппозиции и требовали перемен.

- Например?

- Например, список «УДАРа». Он очень некачественный. Мне кажется, было бы справедливо, чтобы за эти списки киевляне на выборах 25 мая дали по морде Кличко. Но я не исключаю, что они 25 мая побьют самих себя.

Среди людей, которые сегодня номинированы от разных политических сил, хватает тех, кто еще вчера грабил Киев. И из команды Черновецкого, и из разных фракций Литвина - собственно говоря, все те, кто на протяжении последних лет был задействован в дерибане. Мы понимаем, что эти люди идут в горсовет не для того, чтобы искупить вину. Они идут для того, что продолжать делать то, что делали раньше. Понимая это, мы настраиваем себя на жесткую борьбу внутри - в первую очередь, через доступ к документации, огласку. Наша задача - сделать так, чтобы киевляне знали обо всем, что происходит в Киевраде.

- Киевское хозяйство - это огромные деньги, которыми можно соблазнить даже самого стойкого борца с коррупцией. Вы готовы к тому, что среди соблазненных будут ваши депутаты? Как собираетесь с этим бороться?

- В этой ситуации есть два возможных варианта действий. Первый - предохранитель, который помогает предупредить такие ситуации. Это способ, с помощью которого ты формируешь свою политическую команду. В украинских реалиях это происходит так: есть лидер партии, ее руководство, оно определяет, кто входит в команду. Таким способом туда попадают представители олигархата. Эти люди выполняют совершенно четкие задания: ограничение конкуренции, получение подрядов, доступ к ресурсам и т.п.

Мы в «Демальянсе» пошли совсем другим путем - впервые в истории привлекли к формированию команды экспертов извне. Мы создали Номинационный комитет, куда пригласили журналистов-расследователей, представителей академических кругов, общественности, интеллектуальных кругов - в том числе и из сферы бизнеса. Они имели право вето на любого кандидата в Киевраду, который согласился идти на выборы от «Демократического альянса».

- Если говорить языком вступительных экзаменов в вуз, сколько человек на место было в вашем конкурсе?

- Вопрос не в количестве человек на место, а насколько высоко человек значится в списке. Попасть в верхнюю часть должны были лишь те, кто на самом деле стремится к переменам и обладает высоким уровнем профессиональной подготовки. Это - наш предохранитель: мы их проверяли, смотрели на них со стороны - и таким образом сформировали команду.

Но я понимаю, что, в принципе, ни один отбор, каким бы жестким он ни был, не может гарантировать того, что люди, которые встают перед финансовым, материальным или каким-либо другим соблазном, - выстоят. Поэтому в нормальных странах в подобных случаях предусматривается адекватная реакция политической партии. И мы неоднократно демонстрировали на практике, что если кто-то из членов нашей команды делает ошибку, то следуют не только соответствующая оценка, но и соответствующие последствия.

- Примеры привести можете?

- Пожалуйста. Вы знаете, что на местном уровне пройдут выборы не только в Киевраду, но и в ряд советов других городов. И от активистов нам стало известно о том, что имела место некорректная договоренность нескольких кандидатов от «Демальянса» с политическими оппонентами.

- В каком городе и сколько человек?

- Трое. В каком городе - не стану говорить. Но мы сняли их с выборов.

- А в чем заключалась суть договоренностей?

- Там была политическая договоренность на период самих выборов. Ресурсная и кадровая поддержка в обмен на определенную помощь в избирательной кампании.

«ДВУХ НАШИХ РЕБЯТ УБИЛИ 20 ФЕВРАЛЯ»

- Вы рассказывали об отборе с помощью специально приглашенных извне экспертов. Но это, видимо, должно привести к ситуациям, когда наверх списка пробивается человек, с которым вы знакомы относительно плохо или не знакомы вовсе…

- Был период, когда в «Демократическом альянсе» я знал всех, включая родителей наших активистов, их сестер и братьев. Нас было немного: до Евромайдана нам удалось за 7 лет активной работы по областям собрать лишь 300 активистов.

- А почему так? Из-за завышенных критериев отбора?

- Огромное количество близких нам по взглядам людей не хотели мараться политикой. Это было до Евромайдана. Евромайдан ситуацию изменил: они просто увидели, что от этой троицы ожидать нечего…

- То есть резкий рост численности партии связан именно с Евромайданом?

- Да. Люди, во-первых, получили сигнал о том, что нужно брать ответственность на себя; и во-вторых, они поняли, что «Демальянс» - это та команда, с которой хочется и можно заниматься делом. Поэтому за последние 2-3 месяца у нас численность партии возросла втрое. Растет количество местных парторганизаций. И ситуация изменилась - я уже не знаю, как раньше, всех активистов. (Смеется).

Более того, те механизмы, которые мы используем для формирования новой команды, - они тоже дают нам новых людей. К примеру, в первой пятерке «Демальянса» на выборах в Киевраду значатся два кандидата, которые раньше не имели абсолютно никакого отношения ни к политике, ни к «Демократическому альянсу». В списке и по мажоритарным округам их еще больше. Это означает, что механизм работает и что наша открытость - грамотная, мудрая - дает нам новых людей.

- Рано или поздно в стране пройдут выборы в Верховную Раду. «Демальянс» поведет туда свою команду?

- Формированием этой команды мы займемся уже 26 мая.

- Людей хватит?

- Хватит. Мы сейчас опробовали механизмы, как это необходимо делать. И понимаем, что перемены в этой стране, по большому счету возможны на национальном уровне. Под давлением снизу, но на национальном уровне. - путем принятия определенных законов, реализации реформ. И мы хотим иметь прямую причастность к этому. Мы хотим формировать правительство.

- Как сложилась судьба ваших ребят с Евромайдана? У вас же была своя Сотня…

- Двоих ребят убили 20 февраля - Устим Голоднюк, парень из Збаража, Тернопольщина; и Андрей Мовчан, киевлянин (хотя сами родители родом с Черниговщины), работал в театре им.Франко. Очень светлый был человек.

- Вы знали обоих?

- Да, конечно. Устим пришел, когда уже революция началась, был очень активным. Андрей же был в «Демальянсе» года 3-4. Он принимал участие во всех наших акциях - под Межигорьем, во время задержания…

- Семьям помогаете?

- Да, мы собирали деньги, сейчас стараемся помочь на юридическом уровне - в частности, по вопросам расследования.

- Что с другими ребятами?

- Часть наших активистов сегодня служат. Кто-то сейчас под Славянском в Нацгвардии, кто-то в Сватово, в Вооруженных Силах. По-разному складываются судьбы людей…

- Если вы завтра скажете своим здесь, в Киеве: «Ребята, очень важно, чтобы вы были в таком-то месте», - сколько человек придет?

- Зависит от ситуации. Если речь будет идти о помощи кому-то из актива, то придут все. Тут солидарность очень высокая. И мы это видели на примерах. Когда в Полтаве местный князек выселял из квартиры нашу активистку Ирину Земляну с семьей, то мы через половину суток были под Полтавской ОГА, разбили там палаточный городок - и стояли, несмотря на давление, «Беркут», попытки нас разогнать. И добились того, что объекты - в частности те, которые попали в руки к этому князьку - были возвращены людям.

И таких случаев очень много. Если кого-то трогают, мы очень быстро мобилизуемся. Чувствовать плечо друг друга для нас очень важно.

- А с теми ребятами, которые сейчас несут службу на Донбассе, контакт поддерживаете?

- Конечно. Для меня вообще это определенный вызов, потому что восток Украины - это моя Родина. Я сам с Луганщины, и то, что там сейчас происходит, для меня имеет особое значение. То, что мы сегодня дали разгуляться там сепаратистам, - это в первую очередь наша вина.

«ЕСЛИ КОГО-ТО ИЗ НАШИХ ПРИДЕТСЯ ВЫГОНЯТЬ ЗА КОРРУПЦИЮ - РУКА НЕ ДРОГНЕТ»

- Наша - это нынешней власти?

-Да. Потому что когда были захвачены первые административные строения, то шла речь о нескольких вооруженных людях. А сегодня только в Славянске, по данным центральной власти, их насчитывается полторы тысячи. И это объективно - не только заслуга Путина. На этом этапе это вина силовиков и руководства страны в том числе. Ситуация серьезно усложнилась, и сегодня очевидно, что одной лишь АТО ее не решить. Необходимо решать политические вопросы. Общество сейчас может потребовать нового общественного договора. И это означает, что правильным решением было бы начать диалог по этому вопросу.

- Как вы себе это представляете?

- Например, Конституционная Ассамблея, общенациональные выборы в нее представителей различных регионов. Здоровый публичный диалог о том, каким должно быть государство. И политические решения - это только одна из частей этого диалога. Надо предлагать экономические решения. К примеру, новая власть не дает никаких ответов на вопрос, как востоку выжить в том случае, если Россия закрывает границу для украинских товаров и услуг. Многие города на востоке сегодня на самом деле живет за счет этой торговли с Россией. Что будет с ними в случае подписания Украиной ассоциации с ЕС?

Экономические инициативы сейчас должны быть очень активными. Важно давать там возможность появиться новым предприятиям малого и среднего бизнеса. Это означает, что должен быть доступный финансовый ресурс и необходимые программы; нужно поддерживать инновационные предприятия, вкладывать колоссальные деньги в образование. Потому что я как представитель депрессивного региона - а это шахтерский городок между Брянкой, Стахановом и Алчевском - знаю, что мы там утратили компетенцию. И если сегодня не дать этому региону необходимого образования, ситуация будет только ухудшаться.

Кроме экономических инициатив важна информационная политика, которая сегодня полностью провалена. И очень важно сейчас поддержать там общественные инициативы, появление новых лидеров. Одни себя давно скомпрометировали, другие работают исключительно по команде Ахметова…

- Легко сказать: «поддержать появление новых лидеров»…Тамошняя политическая сцена во многом развращена: все привыкли быть на чьем-то содержании. И что, вы там будете искать идеалистов?

- А кто работал на востоке, чтобы изменить там ситуацию? Вот это ровно то, что я слышал от Тройки, когда мы обсуждали ситуацию о том, что, вполне возможно, выборы будут в 2015 году и до них еще как-то нужно дожить.

- Это, я так понимаю, еще время Евромайдана…

- Да. И они не собирались идти на восток! Они сказали: зачем нам туда идти? Нам легко работать на Западе, в центре. А на восток и юг глаза закрывали - все-гда. Демократические партии их игнорировали. И потому ситуация там и не могла сдвинуться с мертвой точки.

- Вашим ребятам в тех краях сейчас сложно приходится?

- Сложно. Из Крыма мы вообще забрали людей. Скажем, Сергей Мокренок очень активно там Евромайдан организовывал. Сейчас здесь живет, и работает, руководит отсюда Крымской организацией.

- Я слушаю вас - и думаю о том, что, при всей жесткости вашего отбора, при всей бескомпромиссности подхода к ведению дел, наступит момент, что кто-то из ближайших ваших соратников купится на заманчивые коррупционные посулы, и этого человека на будет выгонять. Рука не дрогнет?

- Не дрогнет. Просто без этих ценностей, принципов - нет фундамента, а значит, нет и «Демократического альянса» в принципе. Тогда гораздо проще пойти в уже существующие политические партии. Просто согласиться на их предложения, быть в их списках.

- А предложения, конечно, поступают заманчивые. Кстати, как у вас обстоят дела с материальным вопросом? Где живете, есть ли машина?

- Машины нет. У меня двухкомнатная квартира. У нас приватный детский садик в арендованном помещении, им уже несколько лет занимается жена. Там у нас несколько десятков детей. А я, наверное, единственный в Украине председатель политической партии, который получает от нее официальную зарплату. То есть я профессиональный политик. У нас была долгая дискуссия на этот счет - все же у нас нет больших возможностей этого делать, да и раньше не было. Но сейчас мы начали собирать деньги…

- …И сколько, если не секрет, получаете?

- 12 тысяч гривен - без налогов.


Евгений Кузьменко, для Цензор.НЕТ

TUVwSVVYVk9SME13VEV4UmMwTkVVWFE1UTNkSlRrTmhNRXhxVVhSa1Eza3dXVWhSZG5SRGVUQk1XRkpuYVRoMlRIa3ZVV3hPUXpFd1RIcFJjMDVETnpCWmVsSnFPVU01TUZsR09EQktjbEYxVGtNeE1FeEpQUT09
Комментировать
Сортировать:
в виде дерева
по дате
по имени пользователя
по рейтингу
 
 
 
 
 
 вверх