EN|RU|UK
  598  1

 ОБМЕН УЛЬТИМАТУМАМИ МЕЖДУ "ГАЗПРОМОМ" И ЕВРОСОЮЗОМ ИЛИ КУЗЬКИНА ВНУЧКА

Все эти ультиматумы очень сильно напоминают хрущевскую «кузькину мать» и последовавший за ней Карибский кризис. Тогда у обеих сторон были ядерные ракеты, но не было возможности ими воспользоваться. В силу инстинкта самосохранения. Сейчас у России есть неф

«Газпром» вступил в открытое противостояние с Евросоюзом. После того как британские власти решили срочно подредактировать местное законодательство, чтобы не допустить покупки российским концерном газораспределительной компании Centrica, наш газовый монополист выступил с предупреждением, что, мол, если Европа будет препятствовать его экспансии, то найдутся и другие рынки сбыта, например Китай и США. Евросоюз в ответ заявил, что окончательно разуверился в России как в надежном партнере и будет искать альтернативных поставщиков и вообще развивать атомную энергетику.

Напомним, что «Газпром» рассматривает Centrica не как очередной походя проглоченный актив, а как ключ к газовому рынку Европы. Не оптовому, а розничному. Цены на этих рынках отличаются на порядок: если национальные компании платят по 100—200 долларов за тысячу кубометров, то конечные потребители — по 1000 и выше.

Европейцы, понятно, не хотят отдавать финансовые потоки на откуп России. Потому что, во-первых, жалко, а во-вторых, страшно. На каждом газовом вентиле будет мерещиться — и справедливо — рука Кремля, которая, как показывает украинский опыт, может вентиль и закрутить.

«Газпром», понятно, хочет преодолеть статус сырьевого придатка. Ему тоже обидно, что европейские компании зарабатывают на спекуляции российским газом вдесятеро больше, чем он — на добыче. Он хочет, чтобы его уважали, а значит — делились. И видит в страхе единственный способ добиться уважения.

Однако речь идет не только о частном коммерческом вопросе. Россия и Европа борются за принятие энергетической концепции, конвенции, хартии — в общем, за новый энергетический порядок. Позиция Европы такова: конкурирующих поставщиков много, если портятся отношения с одним, его тут же заменяет другой. Взвинчиванию цен препятствует свободная конкуренция. Позиция России — это долгосрочные межправительственные договоры, подкрепленные частными контрактами, в которых и поставщики, и цены прописаны на десятилетия, а гарантией выполнения обязательств служат неизбежные и катастрофические потери любой стороны, которая надумает проявить самодеятельность.

Пикантность нынешнего конфликта состоит в том, что еще до принятия окончательного варианта обе стороны открыто нарушили ими же декларируемые постулаты. Великобритания и шире — Евросоюз — показали, что либеральные принципы они понимают избирательно, и то, что позволено европейским компаниям, не может быть позволено российским. Россия же намекнула на то, что договоренности, какими бы железными они ни казались, могут быть произвольно нарушены в любую минуту.

В общем, обе позиции сейчас кажутся одинаково сильными и одинаково слабыми. Все эти ультиматумы очень сильно напоминают хрущевскую «кузькину мать» и последовавший за ней Карибский кризис. Тогда у обеих сторон были ядерные ракеты, но не было возможности ими воспользоваться. В силу инстинкта самосохранения. Сейчас у России есть нефть и газ, без которых Европа замерзнет, а у Европы — деньги, чтобы за них платить, без которых Россия обанкротится. Обе стороны не могут отказаться от услуг оппонентов. Как бы ни грозился «Газпром» перенаправить экспортные потоки, сделать это он может не ранее чем в течение пятнадцати лет. И как бы ни хотела Европа избавиться от «Газпрома» за счет альтернативных поставщиков и атомщиков, ей времени понадобится как минимум не меньше.

Нашим же при этом стоит помнить: не бывает одновременно плохой деловой репутации в отношениях с Европой и хорошей в отношениях с Китаем и США.



    Комментировать
    Сортировать:
    в виде дерева
    по дате
    по имени пользователя
    по рейтингу
       
     
     
     вверх