EN|RU|UK
  567  1

 ХУ ИЗ МИСТЕР ВАСЯ ПУПКИН?

Наш человек года: Мифический народный герой вышел на второе место по упоминаемости после президента страны.

Любимый мною политик Черчилль писал о том, что государство не может существовать без «системы маленьких героев, пронизывающих всю общественную структуру». Более того, он считал, что государственные герои должны являться парами. Большой герой и маленький. Это цементирует государство, подчеркивает общность усилия.

Скажем, великий князь Дмитрий Донской — и богатырь Пересвет. Князь Пожарский, а рядом с ним — мещанин Минин. Вот вице-адмирал П.А. Безобразов, а вот лубок «Русский гостинец. Казак Иван Мортемьянов одним взмахом сабли убивает пятнадцать японцев».

В нашем случае пара должна быть такая — Путин и Пупкин. Это Минин и Пожарский ХХI века.

Почему, если мы персонифицируем власть, власть пробавляется коллективными понятиями: электорат, крестьянство, бюджетники? Наконец, впервые после того, как исчезла «система маленьких героев, пронизывающих всю общественную структуру», из МАССЫ навстречу властному любопытству выходит народный герой Вася Пупкин. Поборитесь-ка с нашим русским богатырем!

Попытаемся набросать портрет Пупкина. Начнем с малого: сколько ему лет, чем он занимается? И сразу же разночтения. Если «средний пользователь Рунета» представляет себе Пупкина юнцом, то чиновник, который, выглядывая в приемную, самодовольно ворчит: «Опять с утра Пупкины набежали!», уж конечно, имеет в виду людей и другого возраста, и других интересов. Между тем наш Вася Пупкин не проситель. Но чиновники ведь никогда не понимают, с кем имеют дело!

Тогда начнем с технических вопросов. Вася Пупкин относится к благородному ряду (так и хочется сказать — роду) имен-экземплификантов. Это значит, Пупкин замещает собою личность неизвестную или анонимную. Василию предшествовали великие люди. Имярек, господин N, Марьиванна, Иванов Иван Иванович, Петров-Сидоров, конь в пальто, Джон Буль, фриц (фрицы), Петрович, Вовочка. Наконец, Пушкин. «А на работу кто за тебя выйдет, Пушкин?». Блестящее собрание! Экземплификанты бывают народными, и тогда они вырастают тихо, как трава, и незаметно укореняются в сознании. Они становятся «образцами заполнения квитанций», в которых Иван Иванович Иванов соседствует с Марией Ивановной Ивановой. Оседают в памяти армейскими анекдотами: «Генерал: «Иванов!» — «Я!» «Петров!» — «Я!» — «Сидоров!» — «Я!» — «Братья, что ли?» — «Никак нет, однофамильцы!». А бывает — авторскими. Например, Петрович появился на свет усилиями г-на Бильжо.

Рукотворен ли Пупкин? Авторство приписывают себе законодатели и завсегдатаи Рунета. Иногда (к счастью, редко) эти небожители еще называют себя сетянами. Сетевой Пупкин — фигура неоднозначная. И скорее даже несимпатичная. Например, наткнется какой-нибудь рунетовский зоил на простодушную домашнюю страничку (три фотографии: «Я в обнимку с женой», «Мы в Турции», «Нас уже трое»; заходите, челы, поболтаем) и сразу клеймит ее: «Типичная страница Васи Пупкина». Если плохой дизайн: «Пупкинский». Если неудачная шутка: «Ты что, опупкел?». И всегда обзовут Пупкиным чрезмерно самоуверенного участника дискуссии или форума.

С другой стороны, Вася Пупкин — популярное самоназвание. Каждый второй неофит, регистрируясь на сайте или заходя в чат, именует себя Васей Пупкиным. Если анкета подробная, расширенная, чаще всего Пупкины отвечают таким образом: «Место жительства — Гондурас (или Бобруйск). Профессия — Билл Гейтс (варианты — сантехник, пожарник, политтехнолог). Возраст — 10 лет, 100 лет, 99, 666». Завораживающий юмор.

Кстати, я из любопытства позвонила в знаменитейшую статистическую службу и спросила: а вне интернета и до Васи Пупкина как наиболее часто именовали себя добрые россияне, если доводилось им заполнять «анкеты посетителя» или же «опросные листы»? Вы ведь понимаете, что всегда была высока шутливость среднего респондента! И вот список: Иванов, Пушкин, Чапаев, Штирлиц, Путин, Че Гевара, Дунька Раздолбаева.

Да, ведь существуют еще «Дневники Васи Пупкина», написанные сетевым писателем Алексом Экслером. В этом декабре хищное к новинкам издательство «АСТ» дневники эти пускает в продажу в бумажном, так сказать, варианте. Пупкин Экслера — человек юный. Он школьник, он называет родителей «папик и мамик»; его одиссея начинается с попытки купить компьютер. А если г-на Экслера спросить, откуда забрел в его творческую кухню Вася Пупкин, новый модный писатель отвечает так: «Это фольклорный персонаж, нарицательное имя. Кажется, из давнего фильма».

Киновед М. Михайлов считает, что впервые Пупкин (в качестве персонажа) появился в фильме Эсфири Шуб «Москва строит метро». Эсфирь Шуб, соратница Дзиги Вертова, — блестящая кинодокументалистка. Однако, говорит Михайлов, она включала в свои фильмы маленькие игровые эпизоды. Пупкин был персонажем неприятным, но не чуждым. Стучал кулаком по столу, но требовал хорошего: «Мол-де, тотчас запишите меня в забойщики, я и без того лучше всех работаю!». Что ж, по интонации это наш Пупкин, правильный. Но ведь фильм этот для знатоков, откуда же чрезвычайная, нарастающая популярность героя?

Есть еще два режиссера, крайне восприимчивые к колебаниям народного гения. Это Меньшов и Жигунов. У Жигунова в фильме «Принцесса на бобах» имелся фабрикант Дима Пупков, который хотел стать графом Шереметевым. У Меньшова в эпизоде грехопадения героя («Любовь и голуби») звезды на небе образовывали надпись: «Эх, Вася, Вася!». В семидесятые-восьмидесятые годы, если вы помните, вообще широко использовались выражения «Эх ты, Вася!» (где Вася — очевидный простак) и «голый Вася» (в том смысле, что «конец пришел»). Ну все, голый Вася.

Сочетание простоты имени и величавости фамилии (Пупкин как пуп земли, центр мироздания) создает скромный комический эффект. Перед нами — маленький человек с необеспеченными амбициями. А это значит: опасная фигура. Богатырь.

Ведь у Пупкина амбиции необеспеченные оттого, что довольно высоки. Вася Пупкин — не русский Чаплин, не проситель, не бедняк. И если власть более или менее научилась справляться с голодными бунтами, ей придется сообразить, что бывают сытые бунты. Это предельное недовольство молодых (относительно) людей, которые достигли пусть немногого, но перед которыми не стоят вопросы пропитания. Зато стоят вопросы абсолютной бесперспективности их дальнейших усилий, невостребованности их потенциала. Эти люди готовы исповедовать здоровый национальный эгоизм, жаждали бы (будь на то условия) гражданской деятельности. Понятно, отчего Пупкин вывалился в мир из интернета. Ведь интернет сейчас — главный способ альтернативной самореализации.

Понимают ли «за зубцами» (я в восторге от этого выражения, услышала его недавно), кто такой Вася Пупкин? Думаю, не вникают. Русские государственники испокон веков видят только то, что хотят видеть. Вот излюбленная мною цитата из Ольги Эйдельман: «Но ведь и тогда, когда крестьяне были доступны невооруженному глазу, люди просвещенные предавались гаданиям на тему: что есть русский мужик? Кажется иногда, что одна этнографическая экспедиция в Патагонию приносила более ясное понимание туземцев, нежели наблюдения загадочного феномена русского мужика-богоносца».

Евгения ПИЩИКОВА

Алексей ЛЕВИНСОН и Светлана КОРОЛЕВА, сотрудники отдела социокультурных исследований «Левада-центра», — о причинах и следствиях появления Василия Пупкина.

«НОВАЯ»: Объясните феномен: при каких обстоятельствах появляется фигура Василия Пупкина?
Алексей ЛЕВИНСОН: Давайте исходить из того, что было проведено исследование, насколько популярны ныне действующие общественные и политические деятели. В этот список было включено имя Василия Пупкина, и он оказался на втором месте после Владимира Путина. Так?
Да.
ЛЕВИНСОН: Есть довольно высокое соответствие между этим результатом и результатом исследований, которые провел «Левада-центр». Передо мной сейчас лежат ответы на вопрос: «Назовите 5—6 политиков, которым доверяете». Мы много лет проводим такие исследования.
Позднеельцинское и путинское время характеризуется следующим образом. Есть некий политик — лидер. Сейчас это Путин. В ноябре текущего года среди 48 имен политиков, включенных в список, он получил 40% голосов. Это неудивительно. Интересно другое: кто вышел на второе место, туда, где у вас, в «Новой», помещается Вася Пупкин.
Так вот, у нас на втором месте стоит результат — «Нет таких политиков». И я берусь утверждать, что ваш результат (комический персонаж, подобный Пупкину) эквивалентен нашему результату «Таких нет».
То есть президент у нас есть (где-то на своем заоблачном месте), а политических лидеров нет. Путин даже не политик номер один, а номер ноль — политика начинается, судя по опросам, только после него. И возглавляет эту таблицу политиков персонаж «Таких нет».
Светлана КОРОЛЕВА: Я как раз и проводила это исследование. Людей попросили назвать известных им политиков, а потом расположить карточки с именами по ранжиру. Как правило, получалось, что Путин оказывался на первом месте. После карточки с именем Путина люди оставили пустое место, а уже после расположили всех остальных. Вот это пустое место и есть Вася Пупкин. Это имя люди, конечно, не называли, потому что мы просили их перечислять только ныне живущих и действующих лиц.
ЛЕВИНСОН: Таким образом, российское общественное мнение не видит на политическом горизонте достойного политика. На третьем месте в нашем рейтинге обычно стоит Сергей Шойгу, которого народ уважает, но политиком не считает. Когда-то на этом месте был Зюганов. Ушел. Потом Лужков. Тоже переместился…
КОРОЛЕВА: На третье место попадают люди, часто далекие от политики. Там может оказаться, скажем, Жириновский, но не потому, что политик, а потому, что он в глазах людей шут, клоун..
ЛЕВИНСОН: Здесь мы сталкиваемся с представлением о том, что сама по себе нынешняя политика несерьезна, что со стороны политического режима обществу не делается серьезного политического предложения. Реакция людей объяснима — люди могут голосовать за Жириновского, ответить «нет таких» или оставить пустое место. Можно было бы сказать, что наш народ обладает трезвым взглядом и знает цену нынешним лидерам, если бы не одно обстоятельство. Поскольку никого достойного нет, то выборы становятся безальтернативными. Люди думают: «Давайте выберем Путина на третий, четвертый и так далее срок, благо человек молодой и полный сил. Не надо от политической системы хотеть ничего, кроме того, что она дает». Так что за этим якобы трезвым взглядом видится социально безответственная позиция: «Вы, власть, не предложили нам, обществу, достойной кандидатуры». Людям и в голову не приходит, что общество должно этого политика выдвинуть, то есть мы сами.
КОРОЛЕВА: Василий Пупкин возникает и тогда, когда надо переложить ответственность на спрашивающего: ну что вы меня спрашиваете — разве сами не знаете, почему плохо живем? На ваш глупый вопрос — мой глупый ответ.
ЛЕВИНСОН: Если говорить о том, кем является Пупкин, то мне кажется, что этот персонаж появился в качестве дублера каждого из нас. У каждого из нас есть где-то в прошлом двойник. Безусловно, он в социальном отношении ниже нас. Берусь утверждать это потому, что имя Василий в данном контексте воспринимается как нечто простонародное.
Скорее всего, этот персонаж неуспешен. Очевидно, что он необразован и интеллектуально ниже рассказывающего о нем. Фамилия Пупкин воспринимается как фамилия человека, происходящего из городских низов. Происходит, очевидно, от прозвища Пупок. У кого могло быть такое прозвище? У того, кто занимает социально низкое место.
Человек с такой фамилией подменяет каждого из нас в момент, когда надо свалить на кого-нибудь непочетную обязанность или вину. Получается, что Пупкин вроде крепостного, которым мы можем распоряжаться по собственному усмотрению.
«НОВАЯ»: Как быть с расхожим выражением: «Пушкин за тебя это не сделает»?
ЛЕВИНСОН: Говоря это, человек предполагает, что какую-то из наших обязанностей (вкрутить лампочку и так далее) вместо нас сделает тот, кто неизмеримо выше тебя в социальном отношении, почти божество. Адресация наверх противопоставляется адресации вниз. И Пушкин-то выше нас по статусу — потому, что он великий человек. А тут я — это я, а Пупкин по статусу ниже меня. То есть и Пушкина, и Пупкина призывают себе на замену, но только один приходит сверху, второй — снизу.
«НОВАЯ»: Есть ли заместители у самого Пупкина?
ЛЕВИНСОН: Персонаж, подобный Пупкину, некоторое время назад у нас был. Это Леня Голубков. Пупкин в несколько смягченной форме. Мы тогда проводили исследования и точно знаем, что Голубков воспринимался в социальном плане ниже каждого, кто смотрел телевизор. Все остальные выше: прекрасно одетые, хорошо выбритые и так далее. И эта реклама пошла в народ — был социальный запрос, стало быть. Успех МММ — тому доказательством. Гениальный ход: ситуация, когда дурачат людей, была обставлена появлением такого персонажа-дурачка.
«НОВАЯ»: Пупкин—Голубков. Это собирательный образ или он все-таки обладает конкретными чертами, чертами каждого из нас?
КОРОЛЕВА: Такой козел отпущения для каждого, причем находящийся внутри каждого.
ЛЕВИНСОН: Это, я думаю, игра интеллигенции. В устах интеллигенции Пупкин — это ироническое обозначение народа, точнее, русского народа. Васей Пупкиным не назовешь чеченца, англичанина, азербайджанца или француза.
«НОВАЯ»: А как же любовь интеллигенции к народу?
ЛЕВИНСОН: Ну цену любви интеллигенции к народу мы давно знаем. Кстати, ведь Пупкину не приписываются дурные черты.
«НОВАЯ»: А у рабочих окраин есть персонаж, подобный Пупкину интеллигентов?
ЛЕВИНСОН: Если б здесь не было Светланы, я бы воспроизвел, что говорят рабочие в том случае, если кто-то не желает делать чего-то. Пупкин там точно не был бы упомянут: в ход пущены были бы сильные сексуальные коннотации. Снижение достигалось бы не за счет социального статуса, а за счет физиологии. В социальном отношении спускаться некуда. Разве что, возможно, роль Васи Пупкина — партнера с заниженным статусом — перекладывается на какую-то национальность, живущую в зоне контакта. Но в этом случае смысл и отношение будут иными: эти люди — чужие. А Пупкин — не чужой.
КОРОЛЕВА: Кстати, место, которое занимает Пупкин (второй после Путина), объясняет и то, почему Путин никогда и ни в чем не бывает виноват.
ЛЕВИНСОН: В некоторых культурах существуют (об этом писал Михаил Бахтин) царь и дублер царя (дурак). Дурак не обладает могуществом. Но это почти равный по значению персонаж, и связан он с темным царством. Этот дублер приносит зло или же отвечает за него. Пупкин — тот, кто связан с темным миром, он низок, уродлив и делает все неправильно. Наступает день, когда теневой царь восходит на царство. В средневековой Европе, например, на один день сажали дурака на царство. В угрославянской культуре этот персонаж тоже важен. Юродивый, например, знает то, чего не знают другие, и может говорить все что угодно. Пушкин это, кстати, понимал: вручил юродивому в «Борисе Годунове» слова, которые не рискует произнести никто.

Илья КРИГЕР

Источник: Новая газета, Россия
    Комментировать
    Сортировать:
    в виде дерева
    по дате
    по имени пользователя
    по рейтингу
       
     
     
     вверх