EN|RU|UK
 Происшествия
  8143  23

 ЭПИДЕМИЯ СМЕРТИ: КАК ВЫЖИТЬ В МИЛИЦИИ И СИЗО?

Только за последние 2 недели в Украине зафиксировано сразу три смерти молодых парней, содержащихся под стражей. Одна – в Лукьяновском СИЗО, вторая – в ИВС Хмельницкой области, третья в на допросе в милиции в Сумах. Только за последние шесть месяцев количество погибших в СИЗО, по словам сопредседателя Харьковской правозащитной группы Евгения Захарова, возросло на 45%. В своем исследовании «Цензор.НЕТ» попытался установить причинно-следственную «убийственного» явления…

Первый, к кому мы обратились за разъяснениями, это – бывший судья, а нынче народный депутат Юрий Кармазин, который и в Верховной Раде занимается вопросами правосудия в профильном Комитете. Он и сообщил нам, что статистику смертей в ИВС и СИЗО ведут в Генпрокуратуре, а также в ведомстве Уполномоченного по правам человека в ВР. Ну, а на вопрос «Цензор.НЕТ», «Что же нужно изменить в законодательстве, чтобы процесс расследования подобных фактов был не только максимально прозрачен, но и легитимен в глазах общественности?», ответил следующее:

- В принципе законодательство позволяет вести эти расследования прозрачно и открыто. Более того, оно обязывает делать это достоянием гласности. Законодательство обязывает отчитываться по этим делам и правительство, и Генпрокуратуру. Но исполнение законодательных требований, сами знаете, у нас какое. Поэтому, проблема – не в законодательстве, а в выполнении буквы закона. У нас есть и соответствующие Комитеты в ВР, и есть общественный контроль – элементы гражданского общества. Но, нынешняя власть делает все для того, чтобы не отвечать на обращения депутатов, тоже пытается делать и Служба безопасности Украины. Поэтому я не знаю, что бы еще такое написать в законодательстве, чтобы изменить ситуацию в лучшую сторону.

По каждому случаю смерти, естественно, проводятся расследования. Но я считаю, что нам уже пора поднять вопрос о возбуждении дел против судей, которые злоупотребляют своим положением. Мы уже имеем Печерский суд, где судьи не реагируют на то, что люди, находящиеся под стражей, болеют и болезни у них такие, что они не могут содержаться в местах лишения свободы или в изоляции.

«Цензор.НЕТ»: Насколько в Украине строгое наказание за недосмотр, если охрана СИЗО промограла самоубийство, или за пытки в райотделах, за превышение власти и т.д.?

- Наказание у нас предусмотрено адекватное международному законодательству. Вопрос только в том, что недосмотр – это, по сути, служебная халатность, и ее очень сложно доказывать в юридической практике. И эта наша халатность распространена не только в отделениях милиции. Мне вот сообщили, что несколько дней назад в Черкасской области умерла 14-летняя девочка от укола, потому что медики не сделали пробу на препарат. В Уголовном кодексе эти статьи достаточно хорошо выписаны. Сложнее – с их исполнением.

Да и смерть ведь может наступить по разным причинам. Например, непредоставление медицинской помощи. Вот не вызвали вовремя скорую, прошло 40 минут, человек умер. Есть причинно-следственная связь со смертью или нет? В таких случаях всегда очень сложно доказывать злой умысел или халатность. Вот объяснит дежурный, что вызвать скорую не представлялось возможным по каким-то объективным причинам. И вы его уже к уголовной ответственности не привлечете. Это – как по последнему случаю в Лукьяновском СИЗО. Все не так просто…

Есть свой «зуб» на отечественную Фемиду и у юриста Украинско-Американского Бюро защиты прав человека Татьяны Яблонской.

- Статистика, конечно же, ведется. Другое дело, как она интерпретируется, - комментирует ситуацию известный адвокат. - Я могу сказать, что очень большое количество людей в следственных изоляторах удерживается незаконно. Да, меру пресечения избирает суд. Но избирать заключение под стражу за незначительные преступления совершенно не имеет смысла. Если человек не бегает по улицам с ружьем и никому не угрожает убийством, то нет смысла удерживать его в ИВС (изолятор временного содержания, - Авт.). Особенно это касается экономических преступлений. Зачем садить человека за решетку до тех пор, пока суд не определит степень его вины и не назначит наказание или оправдание подозреваемому? К сожалению, украинские суды чаще всего избирают меру пресечения заключение под стражу. Суд избирает для подозреваемого меру пресечения в течение 72 часов. Правда, этот срок не всегда соблюдается у нас. И именно за это время, находясь в райотделе, человек чаще всего из подозреваемого превращается в обвиняемого.

Татьяна Семеновна могла бы не одну историю рассказать о том, как к подозреваемым в милиции не допускают адвокатов или навязывают «своего защитника», который, по сути, становится посредником между правоохранителями и родственниками, вымогая у задержанного «откуп». Не договорятся – сядет. Такой адвокат вряд ли способен обеспечить полноценную защиту своему клиенту и вряд ли станет ссориться с милицией из-за давления на подозреваемого недозволенными методами. Скорее, он склонен будет объяснить задержанному, что доказать факты насилия над ним будет очень сложно. И приведет массу резонансных дел, которые закончились для милиции разве что общественным порицанием. И не более того.

- Естественно, никто не будет спорить, что как в СИЗО, так и в ИВС люди могут умереть и от болезни, - продолжает юрист. – Да, в местах лишения свободы находится немало людей, имеющих сложные заболевания. Вы же понимаете, что у нас люди и на свободе не всегда могут получить адекватную бесплатную медицинскую помощь. Да и со специалистами в области здравоохранения у нас не все всегда в порядке. Даже на свободе иногда сложно установить диагноз и получить адекватное лечение. Причин масса – непрофессионализм врачей, отсутствие денег на лечение и т.д. Но, когда такие люди попадают на зону или в СИЗО, болезни у них обостряются. И таких больных в местах заключения очень много. Но я не сказала бы, что на зоне люди болеют больше, чем на свободе. Однако если человек попал в места лишения свободы, то уже на государство ложится груз ответственности за его содержание. И я бы не сказала, что это проблема Департамента по исполнению наказаний. Это проблема наша общая, государственная. Да, недостаточно лечится в зонах туберкулез, да, от этого умирают люди. Но умирают от этого и на свободе, граждане, не преступившие закон, просто на свободе они не имеют денег, чтобы лечиться адекватно. Да, в тюрьмах плохо, большинство из них построены в 18-19 веке. Но у нас и на свободе нет европейских условий. Ну не может в Украине быть тюрьма с бассейном, как есть в Англии. Пока не может. Хотя, к этому нужно стремиться.

«Цензор.НЕТ»: Все же, хотелось бы обсудить смерти, связанные не с болезнями, а с несчастными случаями, суицидом, насильственные…

- Все должны понимать, что человек, находящийся в экстремальных условиях, более подвержен депрессии. Очень часто люди не выдерживают давления, особенно, когда обвинения незаконные, и многие совершают суицидальные попытки. Хотя есть и так называемое демонстративное поведение, когда мы слышим о том, что в СИЗО заключенные порезали себе вены. Как вы понимаете, никто не собирается сводить счеты с жизнью или умирать. Это демонстративное поведение, связанное с тем, чтобы оказать давление на персонал колонии и добиться какого-то ослабления. Такое же тоже есть.

А насильственная? Да, какие-то заключенные могут подраться. И такое может быть. Но, вот эти все байки по поводу того, что персонал кого-то убивает в зоне, это все неправда. Персонал СИЗО не ведет следствие, они заложники ситуации. Им кого дали, того они и охраняют. Им не нужно выбивать показания. А вот изоляторы временного содержания, которые подведомственны милиции, вот там, действительно, творится черте что. Об этом говорит статистика. Я проводила огромное исследование по этому поводу, мониторинг в зоне. Заключенные массово жаловались, что милиция бьет, выбивает показания, не допускает адвоката. Ну не могут они все (все, кто жалуется, - Авт.) падать с лестницы! Возьмите, случай с Индыло. Вполне понятный. Я только не могу понять, почему у судей возникло такое лояльное отношение к людям, обвиненных в его смерти.
Прокуратура должна следить за соблюдением законности! Причем, не только в СИЗО и ИВС. Вы посмотрите, что творится в интернатах для содержания психически больных или детей-инвалидов, там условия тоже ужасные. Там тоже умирают, и там, кстати, тоже избивают пациентов, там нет гуманного отношения к убогим. Вот такое у нас общество…

«Цензор.НЕТ»: Что может изменить ситуацию?


- Я считаю, что выявлять насилие в ИВС или райотделах помог бы беспрепятственный допуск адвоката к задержанному или подозреваемому. Причем, не адвоката, навязанного милицией, те не будут честно заявлять о том, что происходит с их подопечными. Более того, они, зачастую действуя в сговоре с милицией, склоняют задержанных к явке с повинной. Важно, чтобы и врачи, которых вызывают в райотделы милиции, когда оперативники переусердствовали, не молчали, а заявляли в прокуратуру об избиении задержанных. А они боятся это делать. У нас же все боятся милиции. Медики скорой помощи должны, заметив увечья на теле или если опасаются за здоровье задержанного, вывезти его в медицинское учреждение. Может тогда и сам потерпевший сможет заявить о том, что к нему применялись пытки. Я считаю, что врачи скорой помощи, к примеру, должны обладать определенными знаниями и уметь определять, применялись ли пытки к заключенному или нет. Ведь в милиции умеют бить, не оставляя следов, и на глаз не всегда определишь, пытали заключенного противогазом или нет. Работники скорой помощи, по сути, первыми видят эти жертвы...

Официальную точку зрения на проблему выяснять, как по мне, не имеет смысла. Практически каждый резонансный случай, как правило, обильно комментируется в прессе. Правда, в обществе эти комментарии чаще воспринимают как лапшу, а не трезвый взгляд на ситуацию. Эдуард Багиров, ранее часто критиковавший власть за нарушение прав человека, в том числе находящихся и за решеткой, а сегодня состоящий в Комиссии по противодействию пыткам при Президенте Украины, считает, что ситуация начала изменяться в лучшую сторону. Ему обязательно хотелось подчеркнуть, что «...ситуация в следственных изоляторах с материальным обеспечением не хуже и не лучше, обеспеченность медикаментами - та же». Но…

- Постоянное внимание СМИ и общественности играет позитивную роль в том, что жалобы, которые исходят от подследственных и осужденных, администрация старается максимально быстро рассмотреть и максимально позитивно удовлетворить, - говорит правозащитник. - Потому что любое заявление, сделанное в СИЗО о том, что там есть ухудшение условий или какие-то нарушения, сразу же становится достоянием гласности. Я и сам часто, получая информацию от заключенных, передавал такие факты журналистам для опубликования в газетах или в интернете. Таким образом, можно сказать, что мы уже приучили администрацию, что на обращения заключенных необходимо реагировать. Последний раз я был в СИЗО в декабре, в Виннице. Обходил камеры, говорил с осужденными, задавал вопросы, как реагирует администрация на их жалобы. Ответ, слава Богу, меня устроил: администрация старается быстро и максимально объективно рассматривать жалобы и отвечать на те или иные требования осужденных.

«Цензор.НЕТ»: Как со смертями обстоит дело?


- В СИЗО умирают люди по разным причинам: возраст, состояние здоровья, бытовые травмы. Это факты, не требующие доказательств, но, тем не менее, меня эти факты беспокоят. Хочу отметить, что раньше на такие факты, когда пресса обращалась в пенитенциарную систему за разъяснениями, то объяснение получали через месяц, два, а то и вовсе могли не отвечать. Сегодня пресс-служба реагирует очень оперативно, более того, сотрудники Департамента сами делают рассылку и доводят факты до сведения общественности. Другое дело, насколько достоверными бывают изложенные ими факты. Анализируя ситуацию, все же должен отметить, что там пресс-служба старается давать информацию достоверную.

По ситуации в ИВС. То есть, речь идет о помещениях, где находятся граждане, подозревающиеся в совершении уголовного преступления, и которых есть необходимость изолировать от общества, как потенциальных преступников и в отношении которых проводятся определенные процессуальные действия. Хочу напомнить, что в этих помещениях граждане Украины могут содержаться определенно небольшой срок. В СИЗО люди могут содержаться годами. Поэтому условия содержания в ИВС от условий в СИЗО кардинально отличаются. Мы, естественно, больше уделяем внимания СИЗО, но не упускаем из вида и ИВС. Потому что за 10 дней пребывания в ИВС можно потерять здоровья больше, чем годами находясь в СИЗО.

Основной акцент в работе с администрацией ИВС мы делаем на то, чтобы они из райотделов милиции не принимали в ИВС подозреваемых, если на теле находятся какие-то побои, ссадины. Сотрудники ИВС должны их обязательно зафиксировать, чтобы таким образом и себя обезопасить от каких-то дальнейших расследований. А райотделы - оперативники, следователи, дознаватели - в свою очередь, будут понимать, что если они нанесут какие-либо физические увечья или вред здоровью подозреваемых, то ИВС у них людей не примет. И правовой статус гражданина, таким образом, будет в подвешенном состоянии. То есть, его в райотделе нельзя будет держать более трех суток, и в ИВС его не примут. А если в ИВС его примут с побоями, то сотрудники будут знать, что я, как член Комиссии по противодействию пыткам при Президенте, получив такой сигнал, обязательно займусь этим фактом основательно. И буду уже требовать не только расследования, но и возбуждения уголовного дела. Если в ИВС привозят гражданина со следами пыток, мы требуем, чтобы сотрудники ИВС вызвали врача, зафиксировали увечья, задокументировали и сообщили об этом и вышестоящему начальству, и в прокуратуру. Это превентивная мера, но это делать необходимо.

Должен признать, что и правозащитникам, и журналистам, постоянно освещая эти факты и мониторя ситуацию с насилием и пытками в ИВС и СИЗО, удалось изменить обстановку в лучшую сторону. Еще раз повторю: ситуация не устраивает меня. Но в сравнении с прошлыми годами, улучшение есть. И то, что «Цензор.НЕТ» занимается этой темой – это еще одно подтверждение, что работа в этом направлении не прекращается.

«Цензор.НЕТ»: Кто еще входит в эту Комиссию, и чем она еще занимается, кроме пыток в местах лишения свободы?


- Возглавляет Комиссию Президент Украины, ответственный от Администрации – Андрей Портнов, а входят в нее правозащитники, представители общественных организаций, которые постоянно борются с таким негативным явлением, как пытки в местах лишения свободы. Работает Комиссия с ноября прошлого года, то есть всего три месяца. Недавно мы проверяли дисбат, воинские части на предмет наличия дедовщины. Я ездил по колониям в Житомирской области. Я 20 лет, как правозащитник, борюсь с этим явлением, а участие в Комиссии позволяет мне привлекать виноватых в этом к ответственности.

Ну и последний штрих в нашем исследовании – мнение волонтера международной организации - AMNESTY INTERNATIONAL (Международная Амнистия, - МА). Это - всемирное движение людей, выступающих за соблюдение общепризнанных прав каждого человека. Сторонники Amnesty International не теряют надежды изменить мир к лучшему, поэтому борются за права человека скоординированными действиями и международной солидарностью. Организация насчитывает свыше 3,2 миллионов членов и волонтеров в более чем 150 странах и регионах мира. Под бдительным наблюдением у Amnesty International и ситуация в Украине, в частности и проблема насилия и пыток в местах лишения свободы. Результаты мониторинга отображаются в ежегодных Докладах по стране.

- Если проанализировать Доклады, например, 2004-го и 2011 годов, в части наличия пыток в милиции, правоохранительных органах, СИЗО и прочих аналогичных заведениях, то можно сказать, что за эти годы ситуация в Украине не только ухудшилась, но и приобрела системный характер, - считает Наталья Дульнева. - Ведь за этот период ни одно правительство, ни один парламент, ни один Президент Украины так и не решили проблемы безнаказанности в области пыток и смертей людей в правоохранительных органах. Более того, складывается впечатление, что эта безнаказанность является частью неофициальной политики. МА использовала в своих Докладах оценки Харьковского института социальных исследований. Есть статистика за 2010 год, которая гласит, что всего о пытках и жестоком обращении в СИЗО и ИВС заявило 790 тысяч человек. Есть также данные от Нины Карпачевой, что к ней в 2010 году обратилось с этой проблемой около 5 тысяч человек. Это только те, кто обратился!

Приведу пример. В 2004 году МА рассматривала несколько дел, которые были признаны кричащими, требующих расследования. Это были 4 дела. Из них только по одному был некий прогресс, причем, очень слабый. Против трех остальных жалобщиков, обратившихся с заявлением в МА, были возбуждены новые уголовные дела и они решили прекратить свои претензии к правоохранительным органам.

При президенте Ющенко, при Януковиче правительство Украины несколько раз признавало, что пытки в Украине существуют. Ющенко в начале своего президентства, заявлял, что если будут факты пыток, то виновные будут строжайшим образом наказаны, как минимум – уволены с работы. Но ничего такого не происходило. Сейчас, по-моему, в мае месяце, было принято специальное циркулярное письмо в МВД, о необходимости искоренения пыток и жестокого обращения в органах. Но это тоже никак не повлияло на ситуацию. Более того, бывший министр Могилев, то признавал наличие пыток в милиции, то отрицал их. Но по некоторым его интервью можно сделать вывод, что фактически пытки в милиции используются для того, чтобы увеличить статистику раскрываемости преступлений. И это одна из главных причин, почему это происходит. То есть, пока не будет отменен принцип оценки работы правоохранительных органов по числу раскрываемых преступлений, ведь за это им дают награды, повышают в звании, премии выписывают, ситуация не изменится. Ведь у нас рост раскрываемости почти совпадает с численностью признаний задержанных, то есть явки с повинной. Это и является основной причиной, почему эти пытки продолжаются. Правоохранительным органам не столь важно выяснить, кто совершил преступление, сколько добиться признания. Это понижает профессионализм правоохранительных органов, это плохо влияет на ситуацию с преступностью, и это порождает преступность со стороны самих правоохранительных органов.

Пытки – это серьезное преступление, как в украинском законодательстве, так и в международном праве. И сколько бы не требовали правозащитные организации, и украинские, и международные, чтобы этот фактор был в милиции отменен и милиция была бы реформирована, ничего подобного ни одно украинское правительство так и не сделало.

Харьковская правозащитная группа утверждает, что количество пыток увеличилось. И они связывают это с тем, что, по сути, за это преступление никто не был серьезно наказан. И такое поведение посылает неофициальный мессидж правоохранительным органам: пожалуйста, занимайтесь этим и дальше…




Р.S. Остается только напомнить, что по ситуации с пытками Украина постоянно находится рядом со странами Латинской Америки, Алжиром и Бахрейном. Приблизительно в той же «компании» мы и по состоянию коррупции. С таким рейтингом нам вряд ли светит Евросоюз. И виноватых в этом нужно искать отнюдь не за пределами родного государства…

Виктория Владина, для Цензор.НЕТ

VEhrNGRrdzVRMmd3U21wUmJEbERaV1pPUjBJd1RIcFJkR1JIUVRCWlRGSnFTSHBSZGs1RE5EQk1kbEYxVGtkSE1FeHFVbXAzUFQwPQ==
Комментировать
Сортировать:
в виде дерева
по дате
по имени пользователя
по рейтингу
   
 
 
 вверх