EN|RU|UK
  1830  6

 НИКОЛАЙ САЛАГОР: «Я ГОТОВ ПОДТВЕРДИТЬ В СУДЕ ОБВИНЕНИЯ ЗИНЧЕНКО ПО ТАМОЖНЕ»!

Скандал вокруг руководства украинской таможни стал одним из катализаторов кризиса власти в Украине. Примеры коррупции в госаппарате госсекретарь Александр Зинченко и глава Службы безопасности Александр Турчинов искали прежде всего именно в Государственной

В прошлом номере «ЗН» мы уже касались причин и характера борьбы за власть на таможне. Анонсированное интервью с главой ГТС (уже экс-главой) Владимиром Скомаровским по этому поводу мы подготовим позднее, поскольку Владимир Владимирович находился на этой неделе в командировке. А вот интервью с экс-первым заместителем председателя ГТС г-ном Салагором стало весьма актуальным. Ведь именно его разоблачения послужили основой обвинений Зинченко, его материалы, направленные в СБУ, привели к возбуждению уголовного дела против Скомаровского и отставке нынешнего главы ГТС вместе с рядом высокопоставленных сотрудников таможни.

— Николай Михайлович, создается впечатление, что борьба за власть в таможне была предопределена системными ошибками высшего политического руководства. Политические полномочия на назначение руководства ГТС получил Петр Порошенко, в то время как формально согласование кандидатуры руководителей региональных таможен было возложено на госсекретаря Александра Зинченко. В результате конфликта интересов Порошенко выступил на стороне Скомаровского, вас поддержали Зинченко и Тимошенко. Вас не удивляет результат?

— Я политикой не занимаюсь, никаких политических оценок давать не могу и не хочу. Согласование кандидатур на назначение начальников таможен, согласно закону, было возложено на администрацию президента, а сейчас — на государственный секретариат. Каждый месяц я письменно информировал государственного секретаря о состоянии дел в ведомстве. Однако, вопреки закону, почему-то Совет национальной безопасности и обороны потребовал согласовывать с ним все назначения. Я выступил против подобного согласования, которое не предусмотрено законами Украины, и добился отмены подобной практики. Однако руководителей таможен стали регулярно вызывать для каких-то бесед в СНБО, по самым разным общим вопросам. Зачем? Я догадываюсь, но говорить пока не буду. После моего ухода из ГТС Скомаровский согласовывал кандидатуры начальников таможен исключительно с СНБО. В общем, когда Зинченко говорил о «приватизации таможни», он имел очень серьезные основания.

— Есть ли какие-либо основания утверждать, что П.Порошенко мог быть непосредственно причастен к каким-либо противоправным деяниям?

— Я с Порошенко лично не знаком. Мне известна только роль г-на Скомаровского и его окружения. Я утверждал и утверждаю, что он был и остается контрабандистом, он ввел в заблуждение президента Ющенко и причастен ко многим незаконным действиям. Я передал все эти материалы в Службу безопасности, и они легли в основу уголовного дела против Скомаровского.

— Чем вы объясняете то, что руководящие посты в ГТС заняли выходцы из Винницы, приближенные к Порошенко?

— Я не могу утверждать, что они — приближенные Порошенко. Они все так или иначе связаны со Скомаровским. Думаю, когда в руководство государственного ведомства председатель набирает своих приятелей и земляков, ни один из которых не имеет профессиональной подготовки, неизбежно возникает вопрос — а за какие заслуги? Я поддерживаю решение президента, который отправил в отставку не только Скомаровского, но и трех его сотрудников. Более того, уверен, что эти отставки — не последние. Ведь дошло до абсурда: сам председатель, его первый зам и три заместителя — из Винницы. Департамент таможенной стражи возглавляет брат народного депутата Сокирко — из Винницы. Глава департамента бухгалтерского учета Черевко — из Винницы. Правая рука Скомаровского — Вовк, которого уже отправили в отставку, — является тем самым следователем винницкого СБУ, который в 99-м почему-то закрыл дело против Скомаровского о контрабанде, а теперь стал его лучшим другом и кумом. Директор департамента налогов и сборов Жигалов — бывший начальник винницкой налоговой администрации. Винница сейчас из контрабандно-автомобильной превратилась в таможенную столицу Украины. Через нее проходят основные каналы ввоза многих видов товаров, прежде всего — дорогих автомобилей. Я также передал в СБУ материалы, свидетельствующие о том, какое огромное количество машин по заниженной таможенной стоимости завозится в Украину винницкими фирмами, которые контролирует Скомаровский. У него там все схвачено. Потому что сейчас начальник винницкой налоговой администрации Дец —бывший помощник народного депутата Скомаровского, который помог фирмам Скомаровского списать долги перед бюджетом (более 9 миллионов гривен). Об уровне команды Скомаровского говорит и то, что на работу брали абсолютно неподготовленных людей. Так, на важнейшую должность заместителя председателя ГТС был взят Ганжа — профессиональный брокер, который работал в структурах концерна «Укрпроминвест». Думаю, когда правоохранительные органы разберутся в этой схеме, они сделают вывод, есть ли признаки коррупции в деятельности этого винницкого землячества.

— Вы будете давать показания в суде, если уголовное дело против Скомаровского либо дело против Порошенко получат развитие?

— Я готов давать показания где угодно. Уже два месяца я «даю показания» газетам и привожу конкретные документы, которые свидетельствуют о противоправной деятельности Скомаровского и компании. Я прямо называю на основании фактов Скомаровского контрабандистом. Я подал против него иск, а он боится суда, и два месяца делал вид, будто мои обвинения несущественны. Я требую, чтобы он отвечал за свои слова и действия.

Против меня на коллегии таможенной службы в присутствии президента сфабриковали лживые обвинения, однако никакого уголовного дела не возбудили. Скомаровский будет нести ответственность за эту ложь, за то, что он ввел в заблуждение президента. Решение Виктора Ющенко о моей отставке было принято на эмоциональном фоне. Теперь время все расставило по местам. Обвинения против меня окончательно лопнули, а Скомаровский находится под следствием. Ему придется ответить за те аферы, которые он проворачивал вместе со своим братом. Брат председателя таможенной службы Анатолий Скомаровский, прикрываясь родственными связями, открыто завозит по бросовой цене дорогие машины, а всех таможенников, которые пытаются остановить беспредел, увольняют со службы.

— Вы говорите, что показатели работы таможни ухудшаются, Скомаровский ваши выводы опровергает официальной статистикой. Как определить истину?

— У Скомаровского собственная статистика. А о падении таможенных платежей говорят официальные данные Министерства финансов. Я утверждаю, что на наших границах существуют огромные дыры, через которые огромные потоки контрабанды бесконтрольно переправляются в Украину. И у этих потоков есть конкретные хозяева. На последней коллегии президент потребовал, чтобы таможня перекрыла контрабанду из Приднестровья. Никаких мер для решения этой проблемы не предпринято. А ведь по официальным сведениям, средний житель Приднестровья удивительно прожорлив. Приднестровцы едят и пьют во много раз больше, чем способен съесть обычный человек. Потому что импорт продовольствия и других товаров в Приднестровье большой. А оттуда люди, у которых в Тирасполе большие связи, давно наладили контрабандный канал поставок в Украину. Подобных дыр на таможенной границе много. Достаточно проанализировать, какой гигантский товарооборот принимают украинские порты, со скольких реально грузовых контейнеров собираются пошлины и на какую сумму оформляется груз. Я утверждаю, что если бы мне с коллегами разрешили продолжить работу по программе «Контрабанда — стоп!», таможенные отчисления в бюджет не падали бы, как сейчас, а устойчиво росли. Поскольку значительная часть товарооборота в Украине все еще находится в тени.

— Почему вы заговорили о проблеме коррупции на таможне только сейчас? Это выглядит как элементарная борьба за власть.

— Сейчас я не являюсь должностным лицом, а в свое время я в законном порядке и весьма подробно ознакомил с соответствующими материалами и госсекретаря Зинченко, и СБУ.

— Вероятно, В.Скомаровский тоже кого-то с подобными данными знакомит?

— Судя по всему, проблема коррупции Скомаровского не беспокоит. Он в два раза сократил штаты департамента таможни по борьбе с контрабандой и нарушениями таможенных правил. Ни одного дела по факту контрабанды на сумму более миллиона гривен он не возбудил.

— А исполняя обязанности главы ГТС, вы с коррупцией боролись успешней?

— При мне каждый месяц росли платежи в бюджет, при Скомаровском — каждый месяц падали. Делайте сами вывод, кто боролся с контрабандой, а кто нет. Конечно, я не могу утверждать, что коррупции при мне не было. Но ведь она существует во всех государственных органах. Эта система строилась же много лет, причем механизмы борьбы с коррупцией очень неэффективны. Проблема в отсутствии базового закона о таможенной службе, который определял бы статус таможни. А на основании этого закона должен быть принят дисциплинарный устав. Я считаю неэффективным дисциплинарный устав, который принят несколько дней назад на основе Кодекса законов о труде и который ничего не меняет. Нам нужно «разрулить» ситуацию и набрать людей по профессиональным признакам, на основе здоровой карьерной конкуренции. Я этот вариант отстаивал, но Скомаровский пошел другим путем. На таможне работают люди, которых уже по десять раз снимали с работы, а они через суд восстанавливаются, и ничего с ними не поделаешь. Я даже не мог провести ротацию по регионам. А это очень важно, чтобы сотрудники региональных таможен не сидели на одном месте. Нельзя давать возможность местному нелегальному бизнесу налаживать контакты с таможенниками. Вот и сидят многие на одном месте по десять-пятнадцать лет, помогают землякам. Круговая порука на всех уровнях. Я лично за время службы пережил 13 переездов.

— Тогда в ваших полномочиях было пресечь многие контрабандные схемы.

— Все проблемы решить одновременно нельзя. В рамках программы «Контрабанда — стоп!» мы добились резкого повышения отчислений в бюджет, и правительство неоднократно отмечало эффективность нашей работы.

— Ваши оппоненты говорят, что вы также причастны к коммерческой деятельности структур, близких к Александру Зинченко и Богдану Губскому.

— У нас одна разница — они где-то кому-то что-то говорят, а я открыто показываю документы. Были бы у меня какие-то незаконные связи, уже давно бы все на свет вывернули.

— Какова ваша позиция — насколько прозрачно сейчас работает рынок таможенных перевозчиков? Быть может, государству стоит отказаться от практики привлечения частных фирм к обеспечению транзитных перевозок?

— Моя позиция проста: рынок перевозчиков должен быть максимально конкурентным. Чем больше фирм здесь будет работать — тем лучше. Причем у всех должны быть равные условия для конкуренции. Нельзя допустить приватизации этого рынка какой-либо одной структурой.

— Очевидно, таможенная служба требует глубокого реформирования, хотя руководство страны эти реформы проводить не спешит. Ваше видение стратегии этих реформ?

— На мой взгляд, прежде всего государство обязано пересмотреть статус Государственной таможенной службы. Положения, на основании которых мы работаем, — это архаизм. Таможня должна получить эффективный закон о своей деятельности. Пока такого закона нет, на радость многим дельцам, которые располагают влиянием и связями. Пока статус таможни регулируется законом «О таможенном деле» образца 1991 года. Нынешняя система позволяет применять самые различные легальные схемы обмана государства, упрощает контрабанду. Организация таможенной службы должна способствовать пресечению коррупции в наших рядах. А сейчас коррупция поощряется. Я убежден, что таможенная стоимость товара должна определяться только законом. А Скомаровский имел полномочия определять таможенную стоимость ведомственным приказом. Думаю, расследование покажет, какой ущерб эти приказы нанесли бюджету.
    Комментировать
    Сортировать:
    в виде дерева
    по дате
    по имени пользователя
    по рейтингу
       
     
     
     вверх