EN|RU|UK
  283  1

 УКРАИНСКАЯ УГОЛЬНАЯ МАФИЯ: "ЧЕРНЫЙ ЗАБОЙ"

Когда Янукович проиграл выборы Ющенко, в Донбассе многие поняли, что у них будут проблемы. И они не заставили себя ждать. Новые власти Украины сразу взялись за "угольную мафию" - теневую добычу угля из нелегальных шахт - "копанок". Мес

Донбасс - главная промзона Украины. Доходное место. Лакомый кусок. Сало в шоколаде.

Донбасский пейзаж: терриконовые горы, шламоотстойные озера и присыпанные углем поселки безработных шахтарей. А еще - дыры в земле. Великое множество дыр. Больших и малых. Это "копанки", нелегальные шахты, в которых рубают уголь безработные шахтари. Уголь - главное богатство Донбасса. По данным независимого профсоюза горняков, на Украине 180 легальных угольных шахт и примерно 6000 "копанок". Земля Донбасса - как пористый шоколад.

Донецк - столица Донбасса. Пройдитесь от площади Ленина по улице Артема в любую сторону: раз казино, два казино, три казино, четыре... Донецк - город казино. Здесь живут крутые хлопцы, хозяева Донбасса. Они вскормлены углем, их капиталы сделаны на угле. В их "копанках" работают 60 тысяч шахтеров, добывая пять миллионов тонн угля в год. Донецкие хлопцы превращают уголь в шоколад.

Секрет превращения прост. Хотите стать хозяином шахты? Нет проблем. В Донецкой и Луганской областях пласты угля выходят на поверхность. Важно знать - где именно выходят. Чтоб не промахнуться. Карты есть, месторождения давно разведаны. Нанимаете местного "менеджера", лучше всего - горного инженера. Он купит для вас хороший участок. Это вам обойдется от 3 до 5 тысяч долларов. В зависимости от "лакомости" куска. У кого купит? А вам не все равно? У начальника милиции, у прокурора, у депутата горсовета. Потом наймет рабочих - профессиональных шахтеров, человек пять-восемь. Возьмет в аренду компрессор и отбойный молоток. Хотя можно обойтись кайлом. Денька три рабочие будут выбирать штыб - пустую породу. Потом докопаются до угля. И начнут выдавать на-гора продукт. Антрацит. Среднехилый шахтер выдает за смену тонну угля. (Крепкие парни могут добывать и по две, но крепкие парни уехали в Россию на заработки). Вы будете платить своим работникам 40 гривен за тонну (примерно 200 российских рублей). А продавать перекупщикам - по 150 гривен. От 100 до300 долларов в месяц придется отстегивать начальнику милиции, прокурору, депутату горсовета или кто вас там "крышует". Но даже с учетом всех затрат - это очень выгодный бизнес. Потому что вам не надо платить налоги, не надо тратить деньги на всякие землеотводы, согласования, разрешения.

Еще одна строка экономии - техника безопасности. Никто не заставит вас покупать вентиляционные установки, огнетушители, самоспасатели, несгораемую крепь. Никто не заставит вас копать второй запасной выход из шахты на случай завала. Вы можете купить себе две дырки, пять, десять. Но помните: в дырке, как и в любой шахте, гибнут люди. Под завалами, от метанового удушья. И вам придется сильно раскошелиться, заметая следы гибели шахтарей.

Арифметика брехаловки

- Ну не знаю я, сколько народу погибло, - разводит руками голова администрации поселка Ольховчик, - не ведем учета.

Косогор на окраине поселка Ольховчик изрыт "копанками". Последний раз тут хоронили шахтарей в мае. Они затащили в "копанку" мотопомпу, чтобы откачать воду, и задохнулись выхлопными газами.

- Мой вам совет, - говорит голова, - сходите на брехаловку, спросите мужиков, они все знают.

Брехаловка - это крыша, положенная на шахтные стойки. Под крышей сидят мужики, пьют пиво, в домино играют.

- Ты кто? - спрашивает могучий старик, вколачивая в стол костяшку домино. - Корреспондент? Слушай сюда, корреспондент. Мы не от хорошей жизни в "копанки" лезем. Когда шахты закрывать стали, тогда и "копанки" появились. Когда это было, Вань?

- В 2000 году, - говорит бритый под ноль Ваня и стукает костяшкой по столу. - Рыба!

- Мы бы рыбу ловили, если б у нас море было, - продолжает старик. - На охоту ходили, если б тайга была. А у нас ни тайги, ни моря. Один уголь. А жить как-то надо. Скажи, Вань?

- А дети жрать просят, - вторит бритый под ноль Ваня.

- Вот мы и лезем в "копанки", чтобы детей накормить. Рыбаки тонут в море? Охотники пропадают в тайге? Так и мы под землей дохнем. Самойленко с Дорофиевым воду откачивали - задохнулись. Иващенко с Костюковым пробурились в старую шахту, оттуда метан пошел - задохнулись. Дьяченко с Любичем углем придавило.

- Не, Самойленко вроде живой, - говорит бритый Ваня, - говорят, его откачали.

- Был бы живой, сейчас бы тут пиво пил, - возражает старик. - Месяц носа не кажет.

- Ну, значит, мертвый, - соглашается Ваня и грохает костяшкой по столу. - Козел!

Саньку Дьяченко зашибло бортом грузовика. Санька грузил уголь в кузов, борт оторвался и стукнул его по голове. Санька умер сразу, а пенсионер Иван Андреевич Любич немного помучился, его присыпало углем. Когда Иван Андреевич отошел, хозяин "копанки" Евген велел рабочим перенести трупы в соседнюю шахту, "газированную". Типа Санька с Иваном Андреевичем копали там уголь и надышались метаном. Хозяин Евген велел рабочим так и говорить, когда милиция приедет. (Но Санька ни за что не полез бы в "газированную" шахту, потому что был профессиональным шахтером. Работал на 43-й шахте, пока ее не закрыли в 2000 году. Когда не стало работы, нанялся в "копанку"). Прибывшие милиционеры увидели, что Санька весь переломанный - дураку ясно, что умер он не от газа. Вранье всплыло сразу. Но хозяин Евген упросил Санькиных родителей не подавать заявление в суд. И оплатил похороны. После похорон Санькин отец сломал ногу. А потом вторую. Теперь он сидит в инвалидном кресле во дворе своего дома и плачет.

- Так все время и плачет, как сына вспомнит, - говорит Санькина мать. Она-то свое уже выплакала. Теперь на ней одной дом держится. - А живем мы хорошо, пенсия у нас большая - 1700 гривен на двоих. Правда, с января пенсию не давали.

Санькин племянник - десятилетний Славка сидит на земле, колотит молотком по куску антрацита.

- Будешь шахтером, Славка?

- Не, мой дядька шахтером был. Я в милицию пойду.

- Зачем?

- "Копанки" закрывать.

Ноу-хау капитана Щура

В марте 2005 года новые украинские власти затеяли борьбу с "копанками". Нельзя сказать, что прежние власти не видели проблемы. При Кучме даже Совет национальной безопасности заседал по поводу нелегальной угледобычи. Вот донецкий губернатор заявляет, что на "копанки" приходится 70 процентов добываемого в области угля. Вот независимый профсоюз горняков утверждает, что государственные шахты тайком покупают нелегальный уголь, а потом получают госдотации - по 40 гривен за якобы добытую тонну. Жители города Тореза просят помощи: из-за "копанок" земля оседает, дома рушатся. В городе Снежное ученики школы слышат, как под землей стучат отбойные молотки. В Дронове и Дебальцеве из-за "копанок" просело железнодорожное полотно, движение поездов остановлено. Семья Гордеевых из Снежненского района взяла под опеку 10 детей-сирот, по ночам детей заставляют работать в "копанке".

Государственная проблема! Угроза национальной безопасности! Милиции, прокуратуре и службе безопасности Украины приказано бороться со злом.

Ладно, семью Гордеевых осудили, дали по три года условно, детей в приют отправили. "Проведено 25 рейдов, задержаны 4 человека, взысканы штрафы в размере 289 гривен". Вот и вся борьба.

- Они же не могли сами с собой бороться, - объясняет депутат Верховной рады, глава Конфедерации независимых профсоюзов Украины Михаил Волынец. - Они же сами "крышевали" этот нелегальный бизнес, доходы от которого шли на самый верх, в Киев. В конце концов, доходы от нелегальной добычи угля шли на избирательную кампанию Януковича. И когда Янукович не стал президентом Украины, для них всех - черных угольных королей - это было страшным ударом.

Власть переменилась. 9 февраля 2005 года президент Ющенко подписывает указ о борьбе с коррупцией. А "копанки" продолжают работать. Совершенно открыто, днем и ночью. Президент меняет донецкого губернатора и всю силовую верхушку области. "Копанки" работают. Министр внутренних дел заявляет, что власти намерены "прекратить деятельность угольной мафии". А "копанки" работают. Потому что никто не верит, что это всерьез, что новая власть в отличие от старой действительно собирается навести порядок.

Операция по ликвидации "копанок" началась в марте. Милицейские отряды выдвинулись к местам массовой добычи угля. Вооруженные ассенизационными машинами.

Капитан Щур исполняет обязанности начальника милиции Шахтерского района. Капитан Щур - из "новых", назначенных новой властью. Он чихает, сосет леденцы "от горла" и рассказывает о своем ноу-хау.

- Понимаете, нельзя просто так подогнать бульдозер и закопать дырку. А вдруг люди внутри? Сперва дырку надо обследовать. Ладно, обследовали. Никого. Разрушили вход в "копанку". Но это не поможет. Ее ж потом все равно раскопают. Поэтому надо убрать крепь из "копанки". Чтобы она изнутри разрушилась. Этим должны заниматься шахтеры. Где взять шахтеров? Кто им будет платить за работу? А "копанок" - сотни. Вот такая головная боль, - морщится капитан Щур и засовывает в рот очередной леденец. - Мы придумали вот что: подгоняем к дырке ассенизаторскую машину и заливаем внутрь это самое...

- Говно, - подсказывает помощник.

- Вот-вот, - улыбается капитан Щур, - больше в эти "копанки" никто не полезет. Быстрое и качественное решение проблемы.

Михаил Клюев - полковник милиции. Но должность у него генеральская - начальник управления Министерства внутренних дел по Донецкой области. Большие звезды еще не успел получить. По слова Клюева, проблема с "копанками" в целом решена.

- Здорово бы еще сделать космическую съемку местности, - говорит полковник, - чтобы выявить тайные "копанки".

А потом подогнать ассенизаторскую машину - и уничтожить.

Дом на угле

Народное возмущение не заставило себя долго ждать. Вскоре после начала милицейской операции донецкий губернатор Вадим Чупрун отправился в город Снежное. На площади его встретила нервная толпа с несанкционированными плакатами "Не лишайте нас куска хлеба!", "Не называйте нас депрессивными!", "Прокормимся сами!", "Даешь шахтерские артели!". Митинг был организованным. И организовали его, по данным полковника Клюева, теневые угольные короли. Бить губернатора не стали, а только высказали ему все, что хотели. Губернатор выслушал митингующих и сказал, что вопрос "копанок" не обсуждается. Работать будут только те мини-шахты, у хозяев которых есть на то законные основания. Такова воля президента Ющенко, который сказал: хотите работать? Легализуйтесь и работайте!

Сразу после милицейской операции некоторые хозяева "копанок" решили официально зарегистрировать свои предприятия. Николай Михалюк - тоже. У него одна "копанка", но солидная. С отбойным молотком, лебедкой и огнетушителем. Николай сам работал в "копанке" - вместе с деверем, шурином и соседом. Артель четверых. Николай специально поехал в Донецк, в Министерство угольной промышленности, чтобы выяснить, какие нужны бумаги. Выяснил. Проект разработки месторождения, проект рекультивации, заключение Госгортехнадзора, заключение Института технической безопасности, "привязка" шахты к местности, которую надо заказывать космическим силам Украины. Еще нужна лицензия на добычу угля, которую можно купить на аукционе в Киеве. Правда, последние 10 месяцев аукционов не было. Потому что закона об аукционах нет... В общем, более сотни документов и согласований и примерно 250 тысяч гривен.

- Вы что, хлопцы, с горы съехали? - сказал на прощание Николай Михалюк и хлопнул министерской дверью.

На законных основаниях не работает ни одна "копанка". Но все равно продолжают работать. Теперь уже тайно, ночью. На рассвете шахтари поднимаются из забоя, подчищают следы свой деятельности, добытый уголь увозят в мешках на тяжелых мотоциклах в поселок. Днем за углем приедет перекупщик на самосвале.

Особо повезло тем, у кого уголь под домом. Такие дворы обнесены высоким забором - от любопытных глаз. Во дворе сарайчик. В сарайчике - "копанка". Милиция не может ворваться и устроить обыск. Как сказал опер из Шахтерска, "знаем, что копают, а взять за жопу не можем". Частные владения все-таки. Дом на угле нынче дорого стоит.

Окраина шахтерского поселка. Полдень. Посыпанные углем улицы, в угольной пыли дома. Огромная куча угля на пустыре. Перемазанный углем мужик кидает его лопатой в кузов самосвала. Посреди серого пейзажа - две необычайно чистые школьницы.

- Девчата, у кого тут можно угля купить? - спрашивает корреспондент "Известий".

Школьницы настороженно:

- У нас никто не копает уголь.

- Да мне подешевле.

- У нас тут милиция.

- Мне чуть-чуть, пару тонн.

Девчонки колеблются.

- Ну спросите в том доме.

За высоким забором лает собака. Во дворе мальчишка перебирает уголь. Антрацит - в ведра, пустую породу - долой.

- Родители дома?

- Батько спит.

- Уголь продаете?

- Не, теперь нельзя.

- А это что? - корреспондент "Известий" тычет пальцем в ведра с углем.

- Это сеструхе на билет. Она едет в институт поступать. В экономический.

На крыльце возникает заспанный батько в дырявой майке.

- Тебе чего, брат? Угля? Не продаем. Иди, брат, иди!

Проблема не столько решена, сколько загнана в подполье.

По словам полковника Клюева, сегодня главное - уничтожить организованный теневой бизнес. До "семейных" "копанок" милиция доберется позже.

P.S. Мужики на брехаловке режутся в домино.

- Знаешь, корреспондент, что они там придумали? - спрашивает могучий старик, показывая пальцем в небо. - Всех нас говном залить. Но мы как копали, так и будем копать. Потому что дети наши хотят жрать. Потому что власти приходят и уходят, а уголек - вот он, под нами.

- На всех говна не хватит, - молвит бритый под ноль Ваня.
Источник: Дмитрий Филимонов, Шахтерск-Торез-Снежное, Донецкая область, "Известия", Россия
    Комментировать
    Сортировать:
    в виде дерева
    по дате
    по имени пользователя
    по рейтингу
       
     
     
     вверх