EN|RU|UK
  180  1

 ВИКТОР МЕДВЕДЧУК: "Я СВОЙ ВЫБОР СДЕЛАЛ И КО ВСЕМУ ГОТОВ"

Не прошло и нескольких лет, как Виктор Медведчук решился дать многократно обещанное интервью "Украинской правде". Очень долгое время он был неприступен в стенах администрации президента. А затем, кажется, так же долго отходил от поражения и иска

Медведчук все так же занят. По утрам он исправно появляется в своем офисе, просматривает подобранные его помощниками новости из Интернета, проводит встречи с регионалами и политиками. А по ночам вместо книг читает отчеты партийных региональных организаций.

Виктор Владимирович признается, что не боится ходить по улицам, но при этом предпочитает держать охрану. Три раза в неделю он занимается спортом - "железом", иногда, по его словам, с Леонидом Кучмой.

В своем рабочем офисе на улице Франко Медведчук встретил нас неформально, без галстука – образ, который так долго его имиджмейкеры пытались привить застегнутому чуть ли не до подбородка главе администрации.

Когда его что-то задевало во время беседы, Медведчук стучал ладонью по столу. Однако, из себя не выходил, пытался шутить, чувствовал себя уверенно и ни в чем не раскаивался.


Часть первая

О Бакае, Курочкине, Билоконе и своем выборе


- Виктор Владимирович, поддерживаете ли вы связи с бывшими соратниками: Билоконем, Бакаем, Курочкиным?

- С Билоконем виделся полтора месяца назад в Москве. А Курочкин – он просто мой знакомый, которого я не видел и не слышал достаточно длительное время. Относительно Бакая – я знаю, что он занимается бизнесом.

- В фирме "Базовый элемент" (компания Олега Дерипаски - УП)?

- А что это такое? Я не знаю.

- Расскажите, а как вы с Бакаем встречались в Москве?

- Мы в парке гуляли.

- С ним была вооруженная охрана, как говорил Червоненко?

- Я не знаю. Помощники и водитель сидели в машине. К слову, в России же частная охрана вся вооружена.

- Бакай прячется?

- Как он прячется, если он открыто бизнесом занимается? Мы встретились в парке, погуляли минут 30-40, обсудили разные вопросы.

- Не спрашивали ли вы его - он собирается возвращаться в Украину?

- Честно, я не задавал ему этот вопрос. Мы говорили о жизни. Я ему рассказывал, какая ситуация в Украине, а он говорил, что прекрасно себя чувствует в России.

- А он гражданин Украины или России?

- Насколько я знаю, он гражданин России. И стал им в 2005 году.

- Бакай наподписывал распоряжений по отчуждению государственного имущества на 30 уголовных дел. Ваша оценка как юриста – законно ли он это подписывал?

(Вздыхает)

- Бакай никогда не работал в администрации президента! Никогда Государственное управление делами не входило в состав администрации президента! Государственное управление делами - это самостоятельный орган, который действует на основании положения, утвержденного президентом.

- Засекреченный вами, кстати.

- Ну почему мной?

- Потому что положение о Государственном управлении делами датируется 2003 годом.

- Тихо! Оно датируется 2000-м, когда Медведчука там и близко не было. Ну зачем вы все на Медведчука валите? После этого была масса изменений в положении! И никогда они не были засекречены.

Положение ж не мной принималось. При чем тут я?

Государственное управление делами – это был самостоятельный орган, созданный в 2000 году. Первым руководителем был Дагаев. Перед этим был человек, который возглавлял управление делами администрации президента. А в 2000 году создали самостоятельную структуру.

Назначал, в том числе и Бакая, президент, и администрация к этому никакого отношения не имела. Это различные структуры, совершенно самостоятельные…

- И он с вами не советовался, когда подписывал распоряжения об отчуждении санаториев? Вы же были одна команда!

- Стоп, стоп! Ну и что, что мы одна команда? Так что, надо советоваться подписывать или нет распоряжения? Скажи честно, откровенно, ты как считаешь, я когда был главой администрации – я был занятой человек?

- Да, наверное, вы ведь допоздна сидели на роботе…

- Ну да, я по 14 часов там сидел! Ну и чего я там сидел? Я что, ненормальный человек, чтобы сидеть в кабинете, потому что он красивый?

А по поводу Бакая – пройдет время, полгода-год, а потом вы посмотрите, что будет с этими уголовными делами. То, что я читаю в средствах массовой информации, – я не всех знаю нюансов – но говорить о составе преступления пока рано, до этого еще дело не дошло.

- Так может вы Бакая и в предвыборный список СДПУ(о) возьмете?

- У нас в списке будут только члены партии…

- А если вступит, возьмете?

- Это решит съезд СДПУ(о). По уставу и по закону членами партии могут быть только граждане Украины. (Смеется.) А вы слышали, что Бакай гражданин России. Иностранцы не могут быть членами партии.

- Вы, как юрист, давали совет Билоконю или Бакаю прийти на допрос?

- Юрист дает совет только когда его об этом просят.

- Виктор Владимирович, возможны ли обстоятельства, при которых вы последуете примеру Билоконя или Бакая, и в один прекрасный день исчезнете из Украины?

- Нет, ни при каких обстоятельствах. Я свой выбор сделал - я остался лидером партии.

- А если будет угроза ареста?

- Я ко всему готов.

- И что, как Тимошенко, будете возить в багажнике сумку со всем необходимым в СИЗО?

- Это не смешно, но я ко всему готов.

- Скажите, вы чего-то боитесь? У вас охрана с пистолетами…

- Нет, я не боюсь. У меня была раньше государственная охрана, сейчас я плачу сам за охрану.

- То есть, ваша охрана – это просто показатель вашей статусности?

- Та при чём тут статусность? Ну есть охрана – и всё!

- Просто, зачем она вам, если вы не боитесь? Лишние растраты...

- Ну, я могу себе это позволить…


Об оранжевой революции, героизме и критических днях


- Ваша оценка событий на Майдане?

- Негативная.

- Почему?

- Вот сколько людей стояло на Майдане?

- Ну, миллион, два…

- Пусть миллион… Но это же не 38 миллионов избирателей, которые имеют в Украине право голоса, и не 30 миллионов, которые пришли голосовать.

- Правильно ли мы вас понимаем, что вы, юрист, отказываетесь принять решение Верховного суда, который признал выборы сфальсифицированными?

- Нет, Верховный суд постановил, что невозможно установить результаты выборов. И разве он мог принять другое решение в то время, когда в Киеве происходили эти события?

- Да, ситуация была тогда на улице… А возможно ли, что кто-то решит оспорить результаты президентских выборов?

- Голосование за политическую реформу прошло в пакете с законом, по которому проходило голосование в третьем туре 26 декабря. Если начнется то, о чем сейчас говорят – что надо оспорить результаты политреформы – то стоит помнить о второй составляющей пакета.

- То есть вы не исключаете, что может быть обжаловано это решение?

- Не исключаю.

Ни для кого не секрет, что я пришел в администрацию президента, чтобы провести политреформу. Вот, что сейчас происходит в отношениях между президентом и премьером? Даже самый лучший президент и самый лучший премьер при этой Конституции по определению будут находиться в конфликте.

-Во время революции вы ни разу не были на Майдане?

- Нет. А зачем мне там быть?

- Для вас бы это был бы поступок, почти героический. Может быть даже в парике, с накладными усами… Чтобы посмотреть лично, что там происходило…

- Нет, я не был.

- Вот интересно, а как вы тогда в заблокированную администрацию президента пробирались во время революции?

- Ну, есть там некоторые ходы… (Подмигивает.)

- Рассказывают, что самым критическим моментом революции было 28 ноября, когда по команде на Киев были подняты внутренние войска. И среди тех, кто мог отдать такой приказ, называют вашу фамилию…

- Я не мог отдавать приказы. А по поводу событий 28 ноября я вам расскажу, что было. Только прошу не воспринимать это как попытку показать себя героем революции.

В воскресенье, 28 ноября, поздно вечером я сидел в кабинете (не в администрации президента), обсуждали вопросы… И тут раздается звонок. Это был Пинчук, который сообщает: "Мне звонит Хербст и говорит, что на Майдан направляются войска. Я звоню Леониду Даниловичу, а он не отвечает".



Я говорю, конечно, потому что телефон отключен, он уже отдыхает. Говорю, что все нормально. Мне буквально перед этим звонком Билоконь рассказал, что все спокойно, какая обстановка, что поменяли спецназовцев, покормили их, и никаких чрезвычайных событий. Все это я пересказал Пинчуку.

Через некоторое время опять звонит Пинчук и говорит, что Хербст снова звонил и сказал, что Пауэлл хочет связаться с президентом по этому поводу – что якобы на Киев идут войска. Я говорю, что пусть звонит, все равно телефон отключен.

Тут же, не прощаясь с Пинчуком, я поднимаю трубку и звоню Билоконю. Он при мне звонит и говорит, как я сейчас понимаю, с Попковым (командующий внутренними войсками). Попков сказал, что-то, что восприняли как наступление на Киев – были учения. Погрузка людей в машину не осуществлялась, было не 15 тысяч, а полторы... А Билоконь тогда всыпал ему за эти учения…

Вот так все было, только я не хотел, чтобы кто-то подумал, что нашелся еще один, который спас страну от кровопролития. Я видел, как многие пытались сделать себе имидж на этой истории. Я не хочу, чтобы кто-то говорил, как я хочу на этом получить то же самое.

А то ещё подумают, что я как бы переоценил своё видение событий на Майдане. Я его не переоценивал. Я остаюсь принципиальным. Считаю, что всё, что происходило - неправильно.

- Но кто во время тех событий призывал перейти к силовому варианту?

- Тогда в Конча-Заспе собралось СНБОУ. Там собрались и сторонники и противники… И президент сразу поставил точку, сказал, что мы не говорим о чрезвычайном положении и применении силы. При мне таких разговоров не было.

- Говорят, что Янукович был несдержан тогда…

- Ну, это он сам потом говорил. Мне так тогда не казалось.


О темниках, 1+1 и продаже Интера

- Виктор Владимирович, революция произошла в том числе во многом из-за цензуры в масс-медиа. Вы своей ответственности за это не чувствуете?

- У нас не было цензуры!

- А вы телевидение смотрели? Вас не удивляло, что новости на телеканалах одинаковые?

- Нет. У меня не было времени смотреть новости.

- Ну, может, вы с женой обсуждали вечером… Она же телевизионщик…

- Что нам больше не о чем и поговорить? Нет, моя жена новости не смотрит, я так думаю… По крайней мере, мы на эту тему не говорили. Мне еще надо о политике говорить дома, при четырнадцати часовом рабочем дне?

- Интересно оказалось – в стране была цензура, о которой трубили на весь мир, а главный ее идеолог об этом даже и не знает!

- Ну, во-первых, я не был никаким идеологом. А во-вторых, никакой цензуры не было. Потому что если кто-то хотел что-то рассказывать, он это делал. Вам же никто не мешал? А "Сельские вести", а "Коммунист", а "Товарищ"?

- Нет, речь идет о телеканалах. Вы не читали случайно интервью Роднянского уже после революции? Или Мустафин, ваш заместитель по СДПУ(о), признавал цензуру. И это просто прошло мимо вашей жизни, так получается?

- Я хочу знаете что сказать? Если бы они эти интервью давали не в декабре 2004 или январе 2005, а тогда! Кстати, Роднянскому никто не мешал это делать. Он вообще давно живет и работает в Москве, руководит каналом СТС. (Ехидно.) Что же он такой опытный, мудрый и умный журналист не написал об этом, например, в сентябре или августе?

- У него был свой политический интерес.

- Какой?

- Он поддерживал тогда кандидатуру Януковича.

- Его что, заставили поддерживать кандидатуру Януковича?

- Ну, темники такого содержания приходили на канал.

- Канал 1+1 поддерживал Януковича?

- Во время выборов? Конечно.

- А что вы не задаете им вопрос: почему?

- Возможно, они были чем-то обязаны вам. Или боялись проблем, например, что у них лицензию не заберут …

- Вот пусть они это скажут, а я отвечу!

- А вы знаете, что цензура на телеканале 1+1 осуществлялось Пиховшеком лично? Который представлялся, в том числе и человеком, который проводит вашу линию? Вы в курсе?

- Пиховшек говорил о том, что он проводит мою линию?

- Да.

- Нет, не в курсе. Честно, не в курсе.

- А когда Мустафин на съезде СДПУ(о) говорил, что была цензура, что это стоит признать, и что "это были наши просчеты". Вы считаете, он говорил не о вас, а о ком-то другом?

- Вы же ему задавали вопрос об этом на пресс-конференции после съезда СДПУ(о)…

- Может, он не хотел вас в вашем присутствии критиковать…

- Как это, ведь он это делал во время съезда! На съезде все называли наши ошибки.

- Правда, что ваши однопартийцы продают канал "Интер"?

- Я только знаю, что есть слухи об этом.

- У Плужникова (заместитель главы СДПУ(о), владелец "Интера") не спрашивали об этом?

- Он отдыхает за границей, еще не вернулся. Когда вернется, я спрошу.

- У него длительный отдых?

- Ну, больше месяца.

- Странно…

- Он лечится в Карловых Варах, воду пьет. Что странного? У человека есть возможность полечиться, отдохнуть… (На момент интервью прессе еще не было известно о том, что состояние здоровья Плужникова, по словам его соратников, резко ухудшилось - УП)

- Вы довольно открыты в вопросах ваших доходов, а можете ли вы быть так же открыты в вопросах собственности? Например, какие СМИ вы контролируете, кроме партийных?

- Что значит влиять на СМИ или контролировать их? Вот если Мустафин – заместитель председателя СДПУ(о), до этого был член политбюро. Плужников – заместитель председателя партии СДПУ(о), член политбюро. Если они имеют отношение к "Интеру", то, наверное, есть и влияние на канал. Правильно?

- Говорят, Суркис или СДПУ(О) финансировали газету "День"?

- При чём Суркис к газете "День"? Там линия другой партии наблюдается, и там очень много критического материала, в том числе и про меня. Так что вы не правы.

- А другие СМИ? "Киевские ведомости", например?

- Нет. "Киевские ведомости" имеют отношение к коммерческим структурам.


О транзитном сервере, скандальной прослушке и прочем

- Есть еще вопрос, который касается администрации президента… Транзитный сервер – вы допрашивались по этому делу?

- (Смеется) Ну а что это такое – "транзитный сервер"?

- Уголовное дело возбуждено СБУ относительно вмешательства в работу сервера ЦИК. Вы по этому поводу допрашивались?

- Нет, я по этому поводу не допрашивался.

- А что вы можете рассказать об этом?

- Ничего. Я знаю только одно, что в администрации президента никогда не было никаких серверов, которые бы могли влиять на результаты подсчетов голосов ЦИК.

- А как объяснить известную всем историю, когда после закрытия избирательных участков численность проголосовавших значительно увеличилась?

- А администрация здесь при чем?

- Вы, наверняка, неоднократно слышали пленку, обнародованную Рыбачуком. Вы свой голос там не узнали?

- Вы знаете что? По этому поводу есть два решения суда. Одно решение суда о том, что Рыбачук не распространял ложные сведения обо мне. И поэтому суд отклонил иск от рассмотрения…

И есть второе решение Печерского суда, которое вступило в законную силу, где говорится, что информация, распространенная в отношении Медведчука, касающаяся искажения результатов выборов, является недействительной и подлежит опровержению.

- Рыбачук этого не делает…

- Мне не принципиально, что делает Рыбачук. Мне говорили тогда: что же вы не обращаетесь в суд? Ну, я обращаюсь…

- Так все-таки по поводу записи. Она фальшивая, или вы говорили не о транзитном сервере?

- Я могу это объяснить. Во-первых, я прочитал все записи, в том числе, которые публиковались в "Украинской правде", - я не слышал, чтобы там речь шла о транзитном сервере.

Второе: любое прослушивание является законным только в том случае, если по этому поводу есть решение суда, если есть заказ органов, который занимается оперативной деятельностью, на выполнение этого прослушивания. В любом другом случае доказательства, полученные незаконным путем, в соответствии с Конституцией не могут рассматриваться судом.

- Так вы получали данные в опережающем режиме по выборам-2004?

- Нет, конечно. Ну почему я должен получать их, я никак не могу понять. Я что, ЦИК?

- Это был один из методов фальсификации выборов!

- Может, это и был один из механизмов фальсификации. Но при чем тут администрация президента?...

- А кто это делал? Кто, Клюев?

- Откуда я знаю, кто делал, если это вообще делалось? Почему я это должен знать? Транзитный сервер в администрации – ну, это на уровне маразма!

По крайней мере, я хочу сказать, все, что касается пленок, упоминания моей фамилии - сегодня установлено судом, что Медведчук к этому отношения не имеет. Решение суда вступило в законную силу.

- Можно так спросить – получали ли вы данные по выборам в опережающем режиме?

- Я не получал.

- Вы готовы подтвердить эти слова под присягой?

- Конечно! Однозначно! А какая разница, я это говорю сейчас и вы это опубликуете, или допустим, завтра меня будет кто-то допрашивать, то я это скажу!

Продолжение следует. Во второй части читайте о том, почему Медведчук поддерживал Януковича, как часто встречается с Кучмой, о личном, о некоторых страницах его прошлого, а также о планах СДПУ(О).

    Комментировать
    Сортировать:
    в виде дерева
    по дате
    по имени пользователя
    по рейтингу
     
     
     
     
     
     вверх