EN|RU|UK
  496  1

 ЭДУАРД ЛИМОНОВ: ГОГОЛЬ И Я - САМЫЕ КРУПНЫЕ УКРАИНСКИЕ ПИСАТЕЛИ ЗА ПОСЛЕДНЕЕ ВРЕМЯ

В 1976-м, за два года до того, как я родилась, Эдуард Лимонов написал свой шокирующий роман «Это я - Эдичка». С тех пор, кажется, изменился лишь сам Эдуард Вениаминович, но – не его ощущение жизни и своего места в ней.

«Я -- человек улицы. На моем счету очень мало людей-друзей и много друзей-улиц». Так он определял себя в прошлом. « Демон российских окраин» - говорят о нем сегодня.

Возможно, он и вправду – на окраине. Национал-большевистское движение, организованное им, - немногочисленно. Но не является ли оно при этом одним из наиболее последовательных в современной «одномерной» России? Его «Книга воды» - не разошлась тиражами бестселлеров, но разве от этого мысли, высказанные в ней, не убивают холодной свежестью умы приверженцев новой Борьбы с монстрами глобального мира и вечным русским самодержавием? Его тюремное заключение было не столь долгим, хотя и не менее «тупым», чем Ходорковского, но разве не в случае с Лимоновым стало понятно, что Россия Путина пошла по пути силового уничтожения инакомыслия, оказавшись, как всегда, не способной на борьбу идейную?

Наиболее частые слова, которые звучат в адрес Лимонова, - это радикал и экстремал. Сам Эдуард Вениаминович говорит, что скандал – это побочный эффект шокирующих политических взглядов, шокирующей идеологии, шокирующего личного стиля. «Ни я ни партия не ищем скандала, но мы впереди времени, наши воззрения шокируют массы, которые позади времени».

Впрочем, ко всему сказанному о Лимонове можно добавить много. Например то, что о нем снимают фильмы, в его «за 60-т» за ним сохнут первые красавицы Москвы, что он по определению Юрия Андруховича – «лучший и — это уж в любом случае — живейший, ярчайший писатель». Но мне кажется, важно – другое.

Лимонов – пешеход. Человек, умеющий не мчаться, не лететь, не красться по жизни, а ровным шагом проходить ее улицы и проспекты. Проходить, чтобы в конце пути заметить скромную вывеску: «Эдуарду Лимонову, первому пешеходу». Ведь смысл – не прийти, а двигаться, не так ли?

Эдуард Вениаминович, на днях истек ваш условный срок, и теперь вы можете принимать участие в публичных мероприятиях. Это начало политический карьеры?

Это все продолжение все того же пути, первые шаги которого были сделаны еще в начале 90-х. Я, собственно, никуда не отстранялся, ни от руководства партии, ни от участия в ее деятельности. Единственное, наш Центральный комитет решил, что на время условно-досрочного срока мне лучше не участвовать в мероприятиях, дабы против партии не организовали какие-то провокации. Поэтому был перерыв.

С какими лозунгами будете участвовать в акциях протеста?

Лозунги все те же - «Путин, лучше уйди сам!». Имеется в виду, с поста президента. Он ведь катастрофически не справляется со своей работой, при этом, сделал из страны полицейское государство, уничтожил все свободы. Пора менять власть!

Менять каким путем?

Власть менять всегда желательно, разумеется, мирным путем. Поэтому мы и предлагаем ему уйти в отставку. Первомайская демонстрация, где я был во главе колонны, прошла под этим лозунгом.

Насколько мне известно, вы планируете писать книгу «Революция в четыре руки».
Это предложение Станислава Белковского написать совместную книгу. Будем надеяться, эта задумка реализуется.

Вряд ли, Владимир Владимирович сам досрочно уйдет в отставку. Революция, по-вашему, в России неизбежна?

Стране нужны кардинальные изменения. Можно их назвать революцией. Обычно у людей это слово почему-то всегда связано с насилием. Но на самом деле, в переводе с французского (от слова «revolve» - вращаться, двигаться), революция – это движение вперед. России сейчас необходимо избавиться от архаичного режима, выступающего под любыми лозунгами, но постоянно использующего угнетение и насилие как инструменты повиновения граждан. В ХХІ веке это недопустимо. Ни одна европейская, ни одна восточная страна не живут сегодня по таким правилам. Во всяком случае, в других странах не пытаются навязать насилие как методику управления. Это в России…сами знаете, какая у нас страна, какая у нее блистательная и одновременно трагическая История.

Если Россия перестанет такой быть, она перестанет быть Россией. Здесь может быть или так, или никак.

Нет, не согласен. Каждое время предлагает другую методику. Так было всегда. Было видно, как в 17 веке в Европе заканчивалась эпоха рыцарства и начиналась эпоха монархий. Потом на смену монархиям пришли республики. Я хочу сказать, что всегда есть определенная политическая методика, характерная для каждого времени. Хотим мы того или нет, мы не можем оставаться единственным заповедником насилия на планете. Насилие сейчас навсегда ушло даже из Латинской Америки, сокращается на континенте Африки. Манера стиля и управления страной при помощи спецслужб должна уйти. Посмотрите, как Путин ведет себя с главами иностранных государств. Он всегда широко улыбается, приветлив, любезен, полон дружеских чувств. А когда он оборачивается к населению своей собственной страны, то сжимает зубы и строит всякие гримасы. Он явно не любит и не хочет общаться со своим народом. Ему хотелось бы, как и всякому выскочке, человеку, внезапно получившему власть, ни за что, ни про что, ошеломленному своей собственной судьбой, общаться с сильными мира сего. А народ – это такая биомасса, толпа, которая постоянно чего-то хочет. Свободы, настоящих политических партий. Путин нас не любит, если не ненавидит. Можно сказать абсолютно уверенно – эта власть добилась того, что настроила против себя все активные силы общества.

При этом рейтинг Владимира Путина остается достаточно высок

Я лично не верю ни в один рейтинг Путина. Потому что я сам участвовал, организовывал группы пенсионеров по всей России и видел, с какой ненавистью люди сейчас к нему относятся. Поэтому, конечно, он слетит. Насильно власть можно удерживать только некоторое время. А когда все общество против, то рано или поздно это сломается. Ведь и милиция, в общем-то, не хочет служить власти. Потому что у них тоже есть родственники, которые потеряли льготы. Милиция – это такой барометр народный, и сегодня она с народом. Поэтому власть на инее не может рассчитывать. А спецслужбы всегда играют двойную игру и готовы перейти на сторону того, кто сильней. Поэтому ожидать долгой гражданской войны или противостояния не приходится. Вопрос - нескольких недель.

Вы верите в мирную революцию в России, как, скажем, в Украине?

Думаю, что ни одна смена власти в России не обойдется без нескольких кровавых эпизодов. Это показал тот же октябрь 1993 года. Это показывают действия нынешней власти, склонной к авантюрам. Первые методы, которые ей приходят в голову, это насилие. Вспомните, как решали проблему Норд-Оста. Вдруг, ни с того, ни с сего, применили какой-то газ, неизвестного происхождения, против которого не было противоядия. В Беслане пошли на штурм школы, где было более тысячи детей. Это характеризует власть как крайне опасную. Она будет стрелять в случае каких-то революционных изменений. Но таких кровавых эпизодов будет немного, гражданской войны не получится. Поскольку, па-настоящему, все активные силы общества против Путина. Бедные – против, потому что он отнял у них льготы, оставил с сотней рублей в зубах. Никто из богатых не чувствует себя в покое. С посадкой Ходороковского они поняли, что их судьба зависит просто-напросто от воли государства, возглавляемого Путиным. Если захотят – их зароют вообще. Налоговая, спецслужбы, да кто угодно имеет право вмешиваться в их дела, безо всяких на то оснований, кроме каких-то скрытых мотивов власти. Парламентские партии устали быть собачками, стоящими на задних лапках перед этой властью. Партии, которых власть не допустила в парламент, имеют огромные претензии к власти.

Но проблема ведь не в Путине. Где гарантия, что придет кто-то другой, и все не будет также.

История вообще никаких гарантий не дает. В историю не идут совершать какие-то деяния, имея гарантии на 100 % или даже 50 %. Никогда никаких гарантий не было. Но предыдущая жизнь человека, достойная жизнь, дает какие-то гарантии. Если он прожил достойно 50 лет, то почему вдруг на 51 году он сломается и станет кем-то другим? Такое бывает редко, обычно людей выбирают на основании того, что они уже сделали. Путин – это символ и одновременно причина многих насильственных решений, которые преобладают сегодня в политике нашего государства.

Вы видите альтернативу Путину сегодня в России?

Я так не ставлю вопрос. Я, например, никогда не стремился быть президентом. Но я считаю себя разумным человеком с разумными идеями, человеком, имеющим намного больше интеллектуальный вес, чем все наше правительство. Вот я имею наглость так говорить. Дело не в альтернативе. Путин вообще не должен был подниматься выше полковника запаса спецслужб. Весь его опыт и все остальное – это полковник запаса. Поэтому – какая альтернатива? Он не пришел к власти путем честных выборов. Он был избран наследником, назначен на должность премьера, полгода его рекламировало телевидение как Христа, и естественно его избрали. Да любого изберут в таком случае. Избрание Путина – это хитрая азиатская авантюра старого алкоголика Ельцина. Вот и все.

В 1996 году в одном из интервью вы описали будущее России так: территория – от Гибралтара до Востока, российский социализм, права нации будут преобладать над правами человека. Опишите сейчас ее будущее.

Прежде всего, я хотел бы видеть свою страну свободной. Начнем с простых вещей – чтобы были осуществлены свободные выборы в Госдуму, чтобы все значительные группы народа были представлены в парламенте. Считаю, что сейчас ни одна партия не может получить большинство в парламенте. Да это и не нужно. Напротив – для такой страны как Россия желательно, чтобы следующие 15-20 лет был разнообразный партийный состав парламента, который сформирует коалиционное правительство. Потому что в России сейчас нет единомыслия, народ не придерживается единой идеологии. И главное, чтобы парламент страны отражал мировоззрение, которые имеют наши граждане.

Кто вам нравится из российских политиков?

Те, кто разумен, не безумен и не продажен.

Такие есть?

Надо признать, например, что КПРФ – это трезвая, умеренная, осторожная партия. Поэтому очень многие граждане, которые боятся авантюристов и экстремистов, голосуют за нее. С КПРФ можно иметь дело. Мы вот с ними и сотрудничаем, особенно на протяжении последнего года. Еще мы работаем с «Родиной».

Очень странно слышать от вас в качестве лучших характеристик партии слова «умеренная», «осторожная». Поскольку наиболее частое слово, которое употребляется по отношению к вам, - это «радикализм».

Мы и сами называем себя радикальной партией. Наша идеология – радикальная. Но мы никогда не были экстремистской партией.

Иногда вас называют экстремистом

Наши идеи и методика работы - скандальные по сути. Но они не экстремистские по исполнению, мы не предлагаем кровопролития. Наши акции – скандальны, потому что они необычны. Сидеть в парламенте и выступать с его трибуны – самый распространенный способ работать в политике. У нас такой возможности нет. Поэтому мы выражаем свои партийные идеи акциями. Вот наши ребята в августе прошлого года захватили мирным путем Министерство здравоохранения, заняли несколько кабинетов, в том числе кабинет министра Михаила Зурабова, автора проекта монетизации льгот. Сейчас ребята все еще сидят в тюрьме. Изначально они получили по пять лет, потом под давлением общества приговор был пересмотрен, кому три года дали, кому – два с половиной. Но они стали народными героями. Народ только через четыре месяца понял, что такое монетизация льгот. Последняя крупнейшая акция НБП была в декабре прошлого года, когда сорок человек пришли в приемную администрации президента и потребовали его отставки. Они все, а среди них 9 девушек и 7 несовершеннолетних, сейчас тоже сидят. Но они ведь ничего не сделали. Просто пришли с книжечками Конституции и листовкой, где перечисляется десять пунктов. Причем, наши демократы и либералы сказали, что это разумные пункты – требовать прекращения войны в Чечне.

Вы считаете такие действия неэкстремистскими?

Я не вижу ничего экстремистского в том, что они сделали. Потому что, если бы они просто вышли на пикеты, этого никто бы не заметил. Они бы постояли на улице, помахали бы флагами, а так они впервые в истории России заняли несколько министерских кабинетов, и это привлекло внимание.

Кто из постсоветских лидеров вам нравится?

Я не могу с уверенностью рассуждать, что происходит в других странах. Поскольку моя информация ограничивается либо информацией людей, которые там побывали, либо информацией из СМИ. Но я могу сказать, что мы завидовали событиям в Украине. Что из этого получится – другой вопрос, но нам было завидно, что сотни тысяч людей вышли на улицы, что у них счастливый вид. Кто-то говорит, что их купили. Конечно, там были чьи-то деньги, кто привозил еду, одежду, но счастливый вид не купишь. Кроме того, часто получают выгоду не те, кто дает деньги. Посмотрим, как будет при Ющенко. Конечно, право украинской власти формировать такую политику, какую она считает нужной. Но наше право – иметь свое отношение к ней. Конечно, если Украина побежит бегом в НАТО, я буду вынужден критиковать это. Потому что это противоречит интересам России.

А вам уже разрешили въезд в Украину?

Нет. Более того, в августе 2004 года продлили на год запрет появляться в Украине. У меня якобы есть разрешение на 10 дней посетить только Харьков, чтобы увидеть мать. Но я до сих пор этим правом не воспользовался. Поскольку у меня, во-первых, нет письменного разрешения. А, во-вторых, у меня тяжелейшие отношения с российскими властями. И если я поеду, то они могут воспользоваться тем, чтобы не пустить меня обратно. Сейчас я даже по России особенно остерегаюсь разъезжать.

А с чем связано продление запрета?

Я не знаю. Что я мог сделать в августе прошлого года, если никуда не выезжал из Москвы?

Но вы же наверняка знаете, в чем причина.

Единственное действо, которое произошло в августе, - это захват Минздрава. Думаю, причина только в этом, в реакции украинских спецслужб на политическую акцию, которая никакого не имела отношения к Украине. Хоть СССР разрушен, спецслужбы у нас составляют одно целое. Они поддерживают отношения на уровне управлений, то, безусловно, приносит вред национальным интересам стран. Спецслужбы до сих пор мыслят себя как часть огромной корпорации с центром в Москве. На месте правительства Украины я бы задумался об этом. Я думаю, что я оказался во врагах Украины именно благодаря этому братству спецслужб. Ющенко и Тимошенко пришли к власти, а Лимонову все равно запрещено въезжать в Украину по каким-то секретным постановлениям СБУ. Их три. Одно - от ноября 1999 года, второе – от марта 2003 года, я в это время вообще в тюрьме сидел. И третье – от августа от августа 2004 года. Вот пусть они мне ответят на этот вопрос.

Официальное обвинение ведь есть?

А кто вам это скажет! У меня есть бумага, могу показать, чтобы не быть голословным (достает из папки листок). Это ответ Посольству РФ в Украине, которое обращалось с нотой у украинский МИД от 22 марта. (начинает читать) «На даний час правові підстави для відміни рішення про заборону в’їзду вказаному громадянину відсутні». Еще говорится, что это направлено на «недопустимість проведення ним діяльності, яка була б спрямована на завдання шкоди національним ын6тересам України”. Как мой украинский?

Без акцента. Кстати, это такая шутка, что вы считаете себя украинских писателем?

Ну почему шутка? Гоголь и я – самые крупные украинские писатели за последнее время. Можете смеяться или как угодно к этому относится, но я так считаю. По крови, отчасти – по мироощущению. Во всяком случае, сколько я ни встречал людей из Украины, они пытаются меня сделать украинским. «Ты ж наш», - говорят мне. Харьков, в котором мы жили с 1947 по 1967 годы, а до этого – в Луганске, - не совсем такой город украинский. Но в детстве я бывал в Ивано-Франковской, Сумской областях. Я еще помню такую помню сказочную Украину, времен Тараса Бульбы. В этом смысле у меня темперамент скорее южный, не совсем русский. Бывают английские писатели ирландского происхождения, вот я такой.

А вы с кем-то общаетесь из Украины? У вас есть общие друзья?

У нас есть организации НБП в Украине. Они неразвитые, несильные, прямо скажем. Но мы их не организовывали. Люди сами организовались и обратились к нам.

Чего вы боитесь?

Ничего. Чего боятся человеку, которому 62 года, который написал 37 книг, был на многих войнах, сидел в тюрьме? Смерти в моем возрасте бессмысленно боятся. Поскольку душа у меня спокойна за то, что сделано. Партия останется, даже если я умру. Книги будут жить столько, сколько будет существовать русская литература.

Кстати, почему Лимонов?

Это тянется из моей поэтической юности. Кто-то придумал мне псевдоним, и он почему-то приклеился

И, все-таки, какая-то цель у вас ведь есть?

Повлиять на судьбу России.

Нет, не как лидера партии, а просто человека.

Чего мне хотеть? Деньги какие-то, необходимые для жизни, у меня есть. В общем-то, все есть. Сейчас вот влюбился, со мной давно такого не было. Она – актриса, невероятная женщина, дико красивая и экстремальная. Это Катя Волкова. В сериале «КГБ в смокинге» у нее была главная роль - агентши.

Вы ее уже завоевали?

Да, мы уже завоевали друг друга.
    Комментировать
    Сортировать:
    в виде дерева
    по дате
    по имени пользователя
    по рейтингу
       
     
     
     вверх