EN|RU|UK
  485  1

 ЧТО БЫЛО БЫ, ЕСЛИ БЫ РОССИЯ ВЗОРВАЛАСЬ ПРОТЕСТАМИ?

"Во всех случаях, где организованные граждане будут осуществлять подобный сценарий революции, их следует подавлять", - считает Глеб Павловский.

Москва, 3 апреля 2005 года. Политические волнения в Киргизстане уподобились еще одному порыву свежего ветра, который пронесся над бывшими советскими республиками. Этот порыв, как надеются сторонники демократии в регионе, сметет и другие закостеневшие автократические режимы, которые появились в результате краха советской системы.

Но вполне возможно, что он приведет к прямо противоположным результатам.

Для тех, кто находится у власти в Средней Азии, на Кавказе, в Белоруссии и, прежде всего, в России, народное восстание в Киргизстане, а до него в Грузии и на Украине, послужило уроком, но таким, который вполне может привести к тому, что находящееся в зародыше недовольство будет раздавлено до того, как оно выльется на улицы.

Аскар Акаев, президент Киргизстана, который бежал в Россию из опасения за свою безопасность после того, как демонстранты заполонили столицу его страны, Бишкек, побудил тем самым лидеров соседних государств к тому, чтобы они более жестко, чем он сам, реагировали на то, что он назвал антиконституционным переворотом.

"Если планируется насильственный захват власти, я думаю, нужно применять силу, чтобы защитить демократию, - сказал он в телефонном интервью. - Это урок, который я извлек из событий в Бишкеке". Он говорит, что правительство Киргизстана не было авторитарным режимом, каким его рисовали лидеры оппозиции.

В России, где волнения в соседних странах рассматриваются с чувствами, близкими к смятению, мнение г-на Акаева, по-видимому, отражает консенсус, причем такой, который несет с собой зловещие предзнаменования как для самой России, так и для других стран, которые сталкиваются с недовольством после 13 с лишним лет коррупции, наполовину выполненных обещаний и удушенных свобод после распада Советского Союза.

"Акаев не кажется мне стойким бойцом, - заявил в радиоинтервью на прошлой неделе президент фонда "Политика" (московской исследовательской группы) Вячеслав Никонов. - Если бы он был бойцом, он не позволил бы власти так легко выскользнуть из рук".

Парадокс в том, что успешные демократические восстания в бывших советских республиках привели к свержению правительств, которые были относительно более демократическими - хотя бы только потому, что желали сохранить доброе отношение к себе Соединенных Штатов и Европы.

Правительство г-на Акаева было замарано коррупцией и кумовством, но он, как Эдуард Шеварднадзе в Грузии и Леонид Кучма на Украине, позволил вести работу оппозиционным партиям, допустил выживание независимых новостных агентств и дал возможность иностранным неправительственным организациям распространять их идеи в отношении прав и свобод. Вот они-то и стали ядрами, вокруг которых кристаллизовалось и росло недовольство.

"Они были более демократическими, чем их соседи, - сказал г-н Никонов о Грузии, Украине и Киргизстане. - И они позволили вести работу оппозиционным силам. Они допустили, чтобы у них работали всевозможные внешние силы, неправительственные организации и т.п. Соседи Киргизстана теперь, вероятно, сделают вывод, что для предотвращения подобных случаев необходимо ужесточить контроль, не позволить действовать оппозиции и не дать иностранным центрам возможности работать на своей территории".

Это уже случилось, причем в экстремальной форме, в Туркменистане, где президент Сапармурат Ниязов объявил себя пожизненным президентом, закрыл границы своей страны и своего общества и навязал ему идеологию, которая вращается вокруг его собственной персоны.

Белорусский президент Александр Лукашенко поступил аналогичным образом, задушив оппозицию, прессу и частный бизнес и одновременно организовав избрание послушного ему парламента, а также протолкнув референдум, который позволяет ему неограниченное число раз выдвигать свою кандидатуру на президентских выборах.

На следующий день после того, как г-н Акаев бежал из Киргизстана, более 1000 демонстрантов собрались в Минске, столице Белоруссии, чтобы бросить вызов правлению г-на Лукашенко. Силы безопасности разогнали их дубинками, ранив или арестовав десятки людей.

Закончатся ли на этом протесты в Белоруссии? Откровенно высказывающийся лидер оппозиции Андрей Климов считает, что нет, и сейчас, по крайней мере, г-н Климов остается вызывающим, полным надежды и свободным. В конце прошлого года г-н Лукашенко посадил в тюрьму другого лидера оппозиции, Михаила Маринича, которого приговорили к 5 годам тюремного заключения за кражу компьютеров, которые, как заявило посольство США в Минске, были ему предоставлены посольством. Несколькими месяцами ранее были упрятаны за решетку еще две видные фигуры оппозиции за клевету на г-на Лукашенко, которая выразилась в том, что они обнародовали факт его поездки на горнолыжный курорт в Австрии.

В Азербайджане, который в ноябре текущего года проводит парламентские выборы, и в Казахстане, который в следующем году выбирает президента, были приняты аналогичные, пусть даже менее жесткие, меры.

Реальная проверка для марша свободы в бывшем Советском Союзе произойдет в России, президент которой, Владимир Путин, настаивает на своем необратимо демократическом курсе, несмотря даже на то, что он сосредоточил в своих руках едва ли не абсолютный политический контроль.

Он взял под государственный контроль средства массовой информации, в особенности телевидение, отменил прямые выборы региональных губернаторов и поднял планку для формирования новых политических партий в момент, когда оппозиционные партии находятся в смятении. Правовые нападки правительства на нефтяную компанию "ЮКОС" и ее бывшего генерального директора Михаила Ходорковского большинство считает попыткой заставить замолчать потенциального конкурента.

И все же восстания на границах России, совершенно очевидно, заставляют дрожать путинский Кремль. Почти сразу же после того, как украинцы возмутились попытками г-на Кучмы посредством фальсификации выборов привести к власти выбранного им преемника, начались спекуляции относительно намерений г-на Путина на период после 2008 года, когда закончится его второй и, согласно действующему законодательству, последний, президентский срок.

Когда здесь, в России, появилась одна молодежная группировка, созданная по образцу и подобию тех, что действуют в Грузии и на Украине, Кремль создал свою альтернативу ей. Один путинский помощник недавно встречался с российскими рок-звездами, стремясь убедить их не вступать в оппозиционные силы, как это сделали их украинские коллеги осенью прошлого года.

Это все мягкие меры, но были также и четкие предостережения. Помощники г-на Путина раздраженно, хотя и без насилия, отреагировали на волну демонстраций протеста. Мурат Зязиков, президент бедного региона Ингушетия, который граничит с Чечней, после антиправительственных протестов в своей республике встретился с г-ном Путиным в четверг. " Митингов или волнений не должно быть", - сказал он г-ну Путину в транслировавшейся по телевидению беседе, четко давая понять, что он не считает митинги протеста формой демократического выражения.

Прежде чем любое латентное недовольство вызреет в какую-либо форму восстания в России, те, кто недоволен жизнью в этой стране, должны будут преодолеть централизованную власть г-на Путина. Эта власть, можете не сомневаться, не падет так быстро, как власть г-на Акаева.

"Я думаю, что России сегодня грозит множество опасностей, и так будет и в дальнейшем - сказал на пресс-конференции в конце прошлого месяца Глеб Павловский, политический стратег, имеющий тесные связи с г-ном Путиным. - Нам следует установить пределы для того, что возможно, для того, что допустимо".

Далее он сказал: "Во всех случаях, где организованные граждане будут осуществлять подобный сценарий революции, их следует подавлять".
    Комментировать
    Сортировать:
    в виде дерева
    по дате
    по имени пользователя
    по рейтингу
     
     
     
     
     
     вверх