EN|RU|UK
  141  1

 ПАВЕЛ ЛАЗАРЕНКО: УЖЕ В НЫНЕШНЕМ ГОДУ Я ВЕРНУСЬ В УКРАИНУ

Сегодня “калифорнийский узник”, как называют Павла Лазаренко, внимательно следит за происходящим в Украине и намеревается уже в этом году вернуться на родину. По крайней мере, так утверждают люди, которым удается с ним время от времени общаться.

Очевидно, время до своего возвращения Лазаренко не будет тратить даром – ему сегодня как никогда нужна поддержка. Очевидно, наиболее он может рассчитывать на Юлию Тимошенко – нынешнюю претендентку на должность премьер-министра.

Об отношениях этих двух политиков написано много. И легкими их назвать нельзя. В свое время Лазаренко дал “толчок” Тимошенко в политике и бизнесе. Потом Юлии Тимошенко, мягко говоря, несколько мешали связи с Павлом Ивановичем, поскольку “тень Лазаренко” падала и на нее. Члены команды лидера “Батьківщини” подчеркнуто отвергали общие интересы у Лазаренко и Тимошенко. Сама Юлия Владимировна публично тоже дистанциировалась от Павла Ивановича, хотя, как говорят, не забывала тепло поздравлять его с каждым днем рождения.

Сегодня Юлия Тимошенко претендует на должность, которую десять лет назад занимал Павел Лазаренко. Готова ли она подставить ему плечо, как когда-то сделал он? Интересно, что думает по этому поводу сам Павел Иванович? “Главреду” удалось через пресс-службу партии “Громада” задать ему несколько вопросов. Сегодня мы получили на них ответы.

Сегодня некоторые представители “Нашей Украины” называют Юлию Тимошенко “шантажисткой”. Их логика такова – Тимошенко скрывала от членов коалиции «Сила народа» содержание соглашений с Ющенко, использовала Майдан как фактор давления на нового президента, прибегая к прямому шантажу своих политических партнеров.
Нет ничего чрезвычайного в том, что в команде нового президента государства есть разные мнения относительно кадровых назначений. Было бы значительно хуже, если бы подобные вопросы решались подковерно, без широких консультаций и дискуссий, если бы президент поставил новое парламентское большинство перед фактом представления кандидатуры нового премьера на утверждение Верховной Радой и требовал от всех своих приверженцев ее безоговорочной поддержки. В данном же случае Виктор Ющенко предоставил претенденту на должность руководителя Кабинета министров возможность самостоятельного поиска компромисса в формировании правительственной команды, достижении договоренностей с группами и фракциями Верховной Рады.

Положительные результаты такого подхода заметны уже сегодня: уже 27 января группа «Солидарность» заговорила о поддержке кандидатуры Тимошенко. И не только она, а и силы, которые еще вчера исключали любую возможность сотрудничества с новой властью. Имею в виду представителей КПУ, «Регионов Украины», отдельных членов СДПУ(о). Но, по моему мнению, решающее влияние на голосование нового парламентского большинства относительно кандидатуры главы правительства будет иметь позиция президента Ющенко, а он как раз и делает акцент на том, что большая часть из людей, поддержавших на выборах лидера «Нашей Украины», воспринимает новую украинскую власть как тандем: Ющенко – президент, Тимошенко – премьер. Поэтому я считаю, что любое другое решение относительно кандидатуры на должность главы украинского правительства могло бы вызвать у приверженцев Виктора Ющенко сомнения относительно последовательности президента.


А что касается намеков, мол, Тимошенко тоже когда-то была во власти, работала на Кучму, то у меня на такие упреки есть один ответ: понять внутреннюю сущность режима, уходящего от власти, можно лишь тогда, когда сам побудешь его частью. Я тоже с 1995 до 1997 год работал в правительстве президента Кучмы. Да, к тому времени я еще не знал, что его доверие в значительной мере основано на системе регулярных дароприношений главе государства и членам его семьи. Я никогда и предположения не имел, что она является едва ли не главным элементом всей государственной политики.

Когда в 1996 году Леонид Кучма предложил мне пост главы правительства, то сразу же пообещал максимальную свободу действий относительно кадровой политики и экономических решений. А что я получил на самом деле? Первые же попытки привести порядок в сфере продажи подакцизных товаров (введение внутренней акцизной марки на алкогольные напитки и табачные изделия), стабилизировать ситуацию в угольной сфере закончились одним, к счастью неудачным, покушением на мою жизнь и подготовкой нового теракта! Кучма хорошо знает, кто стоял за этими преступлениями, ведь в мае 1997 года в его кабинете в моем и тогдашнего руководителя СБУ Владимира Радченко присутствии экс-министр внутренних дел Юрий Кравченко четко назвал президенту имена организатора и заказчика покушения на премьера Лазаренко. У меня есть достаточно оснований подозревать, что покушение на Лазаренко было выгодно в первую очередь самому Кучме, так как таким образом можно было не только устранить потенциального конкурента на выборах 1999 года, а и получить основания для силового варианта решения вопроса со вторым сроком президентства.

Не удался вариант с терактом – окружение Кучмы перешло к целенаправленной дискредитации меня как политика и эффективного государственного руководителя. Бывший президент стремился сначала навязать мне непопулярные экономические решения, как, например, немедленное проведение налоговой реформы, и тем самым подорвать авторитет премьера среди простых украинских граждан, которые уже осенью 1996 года успели на собственном кармане ощутить реальный рост социальных выплат. А потом – захотел превратить главу правительства в один из инструментов финансового обеспечения своей президентской предвыборной кампании. Именно тогда я четко понял, что при режиме Кучмы любой глава правительства вынужден работать не на развитие государства, а на удовлетворение интересов президента и его окружения. И единственный эффективный выход из этого порочного круга – это создание объединенной оппозиционной силы и свержение режима Кучмы.

Бывший Генпрокурор Михаил Потебенько неоднократно утверждал, что дела Лазаренко и Тимошенко неразрывно связаны вокруг Единых энергетических систем. В уголовном деле, которое в данное время рассматривает суд США, каким-то образом фигурирует Тимошенко?
Могу ответить одним словом: не фигурирует! И не потому, что Лазаренко не имел отношения к деятельности Единых энергетических систем Украины, чем ныне стремятся спекулировать противники назначения Юлии Владимировны на пост главы украинского правительства. По этому поводу есть однозначное решение американского суда от 7 мая 2004 года где четко записано, что «деятельность корпорации «Единые энергетические системы Украины» не выходила за пределы требований как законодательства Соединенных Штатов Америки, так и Украины...» Так что никакого «дела Тимошенко» или «Единых энергосистем» в Соединенных Штатах нет! Не должно его быть и в Украине, поскольку наше государство давно присоединилось к конвенции о взаимном признание судебных приговоров. Поэтому, приговор, вынесенный судом в США, может быть действующим и на территории Украины.

Не так давно Генеральный прокурор России Владимир Устинов заявил, что уголовное дело против Юлии Тимошенко, которое расследует военная прокуратура Российской Федерации, до сих пор не закрыто и в случае появления на территории России исполняющая обязанности премьер-министра Украины может быть взята под стражу. Вы исключаете такой поворот событий?
Вы ведь и без меня знаете, какие методы использовала официальная Москва, чтобы не допустить приход к власти в Украине коалиции «Сила народа». Мне даже удивительно, что претензии к Тимошенко ограничились этим бессмысленным обвинением в даче взятки в размере $5,5 тыс. офицерам управления материальных ресурсов Минобороны России за то, что те, будто, согласились заключить с «ЕЭСУ» контракт на поставку украинской мебели по завышенной цене. Можно ведь было придумать более серьезную версию. Сами офицеры, которых сегодня обвиняют в получении взятки от Тимошенко, уже на следующий день после выступления российского генпрокурора, опровергли его слова, заявив, что дело это политическое, и от них еще в 2000 году требовали показаний против Юлии Владимировны в обмен на освобождение из следственного изолятора. В конце концов, эти офицеры в 2003 году уже были оправданы Московским окружным военным судом. И к их несчастью в Украине в 2004 году началась предвыборная кампания и, оправданные судом военные стали в ней элементом PR-провокаций власти против оппозиции.

Объясните, пожалуйста, что это был за контракт между корпорацией «ЕЭСУ» и военным ведомством России, в котором сначала украинская и российская прокуратуры усмотрели разворовывание 450 миллионов американских долларов, потом 300 млн., а вот теперь – взятка в размере $5,5 тыс.?
Я не могу знать всех тонкостей хозяйственной деятельности Единых энергосистем Украины, но в данном случае, насколько я знаю, речь идет о межгосударственном соглашении 1997 года, содержание которого было известный и мне, и российскому премьеру Виктору Черномырдину, и тогдашнему руководителю РАО «Газпром» Рэму Вяхиреву, и даже президентам наших государств. Все они в свое время одобрительно отнеслись к инициативе корпорации «ЕЭСУ» частично рассчитаться за импортированный естественный газ поставкой в Россию материальных ресурсов.

Поскольку у РАО «Газпром» к тому времени была значительная задолженность перед государственным бюджетом, и руководство компании не могло погасить ее «живыми деньгами», решено было провести такой себе бюджетный взаимозачет. Содержание его приблизительно такое: «Газпром» получает кредит в одном из российских банков, переводит его в качестве платежа бюджетным организациям России, те, по соглашению, проплачивают за поставку материально-технических ресурсов подразделению корпорации «ЕЭСУ», а тот, в свою очередь, сразу же возвращает этот займ в качестве платежа «Газпрому». Ни один цент при этой операции никуда не пропал, зато корпорация «Единые энергосистемы Украины» разблокировала доступ к расчетам с российскими бюджетными организациями поставкой материально-технических ресурсов. Что противозаконного в этой операции, и какой вред от нее Украине? Никакого! Другое дело – украинская власть осенью 1997 года решила уничтожить «Единые энергосистемы» за то, что ее к тому времени времени экс-руководитель Юлия Тимошенко стала одним из лидеров оппозиционной партии «Громада», резко выступила против Кучмы и его окружения и возглавила оппозиционное правительство. И потому и незначительная задолженность «ЕЭСУ» перед РАО «Газпром», которая сформировалась на конец 1997 года полностью лежит на совести Кучмы и его тогдашнего ставленника на премьерском посту Валерия Пустовойтенко.

Четыре года назад тогдашний Генеральный прокурор Украины Михаил Потебенько заявил, что из-за деятельности «ЕЭСУ» только в 1996–1997 годах из Украины было вывезено не менее 1 миллиарда 100 миллионов долларов, потом эта сумма выросла уже до 2,27 млрд. долларов…
Но ведь сегодня сам Потебенько считает, что уголовное дело против Юлии Тимошенко имеет сугубо политический характер. И это, в самом деле, так. Посудите сами: каким образом коммерческая структура могла на протяжении всего 1996 года и первой половины 1997 года своевременно и в полном объеме проводить расчеты за поставленный ею украинским промышленным потребителям природный газ и при этом вывозить из государства суммы, соразмерные с едва ли не годовым объемом этих поставок? Это нонсенс! Другое дело – сеть предприятий, которые работали с «Едиными энергосистемами Украины». Действительно, они ежегодно вырабатывали продукции на значительно большую сумму, ведь к работе с контрактными заказами «Единых энергосистем» в той или другой мере было привлечено тысячи предприятий, на которых работало почти 2 миллиона людей. Сама корпорация «ЕЭСУ» создала 20 тысяч новых рабочих мест. Разве это плохо для экономики государства?

Или возьмите такой факт: когда в 1994 – 1995 годах расчеты за импортированный природный газ полностью были возложены на государство – задолженность перед РАО «Газпром» составила 1,4 миллиарда американских долларов. Этот долг никуда не исчез. Единственное, что был в состоянии Кучма – это перевести его в облигации внешнего государственного займа, чтобы наши налогоплательщики обслуживали еще и проценты. Поэтому, когда осенью 1995 года я стал первым вице-премьером, в компетенцию которого был отдан топливно-энергетический комплекс, мы для себя поставили две первоочередных задачи: реформирование угольной области и системы газообеспечения. В угольной области, как вы знаете, мы впервые со времени независимости Украины возвратили полнокровные государственные дотации. А в газообеспечении решили пойти путем перекладывания расчетов за поставки природного газа для промышленных потребителей на коммерческие структуры. За государством оставались лишь расчеты за поставку природного газа для населения и коммунального хозяйства.

И как бы нам тяжело ни было, но на протяжении всего периода моей работы в правительстве, Украина не задолжала ни России, ни Туркменистану ни одного цента за импортированный природный газ. А потом на премьерский пост пришел кучмовский ставленник Валерий Пустовойтенко. На газовом рынке государства появился монополист в виде государственной акционерной компании «Нефтегаз Украины», руководить которым было поручено Игорю Бакаю. Тому самому Бакаю, который в 1994 году, будучи руководителем корпорации «Республика», уже брался за погашение газовых долгов перед Туркменистаном. После деятельности на газовом рынке Туркменистана долг Украины перед этим государством увеличился, по меньшей мере, на 125 миллионов американских долларов! И после такой «эффективной» бизнесовой деятельности Кучма поручает человеку руководство одной из самых ответственных областей экономики! И чем это все закончилось? А тем, что с сентября 1997 года до ноября 1999-го газовый долг перед Россией возрос еще на 1,8 миллиарда американских долларов! Зато Кучме не на что жаловаться: Бакай исправно финансировал львиную долю расходов на его президентскую кампанию, не брезгуя даже кражами транзитного российского топлива и его незаконным реэкспортом в третьи страны.

Вот кому пора бы ответить за преступную деятельность! Но поздно. Еще недавно «крышей» для Бакая был сам Кучма, пригрев его на должности руководителя Государственного управления делами (ДУС), а ныне его будет оборонять он новой украинской власти Россия. Говорят, там ему подыскали место управляющего делами в компании «СибУр»…

Во время премьерства вас обвиняли в лоббировании интересов корпорации «ЕЭСУ». Насколько обоснованы такие упреки? Если да, то почему вы решили особо опекать структуру Юлии Тимошенко?
Все разговоры о лоббировании мной интересов корпорации «Единые энергетические системы Украины» это примитивные элементы информационной войны конкурентов «ЕЭСУ» и Юлии Тимошенко. Спросите у кого-нибудь из тогдашних членов правительства, которые в 1996 – 1997 годах имели непосредственное отношение к определению квот и закреплению за регионами оптовых импортеров. Все решения правительства по этому вопросу постановлялись максимально прозрачно. И я не раз говорил представителям структур, которые были намерены работать на газовом рынке Украины, а это и АО«Укргазпром», и «ОлГаз», и «Интергаз», и российско-американская компания «Итера»: правительство не ограничивает вас в квоте, но требует – берите такой объем газа, за который сможете проплатить! Разве я виноват, что наилучший баланс расчетов за импортированный естественный газ был в корпорации «ЕЭСУ»? Ведь это не вина моего правительства, а заслуга Юлии Тимошенко и ее команды!

А возьмите такой аспект: все оптовые поставщики природного газа частично работали с бюджетными организациями. Посмотрите, по итогам первого полугодия, у кого из них высочайший показатель проплат из госбюджета? У «ЕЭСУ» - 30 процентов, немного больше у «Итери», зато у «Интергаза», к деятельности которого имели отношение тот же И.Бакай и нынешний нардеп от «Трудовой Украины» Игорь Шаров, аж 107 процентов! Значит, я в большей степени, чем «Единых энергосистем» лоббировал интересы «Интергаза»!?.

Более того, сам я никогда не считал действующую в 1996 – 1997 годах схему расчетов за природный газ совершенной и единственно правильной. В марте 1997 года, выступая в парламенте, я заявил, что считаю необходимым создание в Украине полноценного газового рынка, чтобы предприятия-потребители могли через биржу заключать контракты с оптовыми импортерами. Но к тому времени такая схема была нереальной как из-за дефицита платежных средств у потребителей, так и невозможности наладить эффективное газообеспечение всех предприятий той или иной области. Мы вынуждены были обратиться к региональному закреплению оптовых импортеров и чуть ли не административными методами вменяли в обязанность им работать как с платежеспособными предприятиями, так и с теми, кто неспособен своевременно рассчитываться. Но, думаю, мы достигли тогда главного: государство было с топливом и без внешнего долга!

И все же, почему ведущую роль на газовом рынке вы доверили малоизвестной к тому времени структуре, возглавляемой Юлией Тимошенко?
Ее организаторские способности я знал еще с 1992 года. Тогда Тимошенко еще возглавляла корпорацию «Украинский бензин». К тому времени я был представителем президента в Днепропетровской области. Вы знаете, какие это были времена. Вокруг, как грибы после дождя, росли финансовые пирамиды вроде «МММ». Сфера банковского кредитования была диким полем, где ловкие дельцы зарабатывали капитал на гиперинфляции, а доступ производителя к этим ресурсам был практически перекрыт. Аграрный сектор получал от государства под выполнение госзаказа горюче-смазочные материалы, но их хватало разве что на выполнение половины от всего комплекса работ.

И вот тогда молодая команда специалистов из «КУБа» предложила принципиально новую схему обеспечения АПК области горюче-смазочными материалами. Они сам заключали соглашения с сельхозпроизводителями под расчет будущим урожаем, полностью обеспечивали хозяйства региона топливом. Меня тогда абсолютно не интересовала материальная выгода, которую получала от этой деятельности корпорация. Главное – в регионе не было проблем с посевной и сбором урожая. И я не знаю такого хозяйства в регионе, которое бы обанкротилось от сотрудничества с «Украинским бензином». Вот что важно.

Поэтому, когда в конце 1995 года Юлия Тимошенко обратилась в правительство с желанием, чтобы ее структура получила возможность работать на рынке поставок природного газа, у меня не возникло ни одного сомнения: этот человек справится с задачей.

Кстати, деятельность «КУБа» и сегодня является объектом особого интереса со стороны Генеральной прокуратуры Украины. Говорят «КУБовцы» не своевременно возвратили выручку, полученную от продажи металла в Гонконг.
Оставьте людей в покое! Уже 7 лет, как нет государства Гонконг, а у нас еще есть «деятели», которые ищут злоупотребления в «несвоевременных расчетах» структуры, которая тоже, наверное, уже давно ликвидирована. Могу лишь посочувствовать тем работникам Генеральной прокуратуры, которым режим Кучмы дал такую задачу. Надеюсь, уже в ближайшие дни это бессмысленное уголовное дело будет закрыто как безосновательное. Его поднимали ради одного – чтобы совершать давление на Юлию Тимошенко, преследуя родных и знакомых. Посмотрите, к каким методам прибегал режим? Они бросали за решетку мужа Александра, свекра Геннадия Тимошенко, Лидию Сокольченко и Антонину Балюру! Требовали от людей дать свидетельства то против Юлии Тимошенко, то против меня. Годы прошли, а где результаты расследования? Где уголовное дело? В прошлом году состоялось несколько судебных процессов относительно бывших руководителей Единых энергосистем, и все они заканчивались одним и тем самым приговором: в действиях упомянутых людей не было состава преступления! А 28 января уже сам Генеральный прокурор Украины Святослав Пискун говорит, что все дела против Ю.Тимошенко, членов ее семьи и бывших деловых партнеров закрыты! Вот, где реальная цена всех обвинений против Тимошенко и членов ее семьи! Прокуратура сама заявила, что единственным основанием для преследования этих людей был политический заказ режима Кучмы.

Павел Иванович, может ли каким-то образом согласие или несогласие парламента на утверждение кандидатуры Юлии Тимошенко главой украинского правительства повлиять и на вашу судьбу?
Избрание Тимошенко премьер-министром – это, в первую очередь, шанс для экономики нашего государства стать в конце концов открытой, доступной, прозрачной, где теневой сектор каждую неделю будет уменьшаться, как шагреневая шкура. С уверенностью могу говорить об этом, так как знаю, как на протяжении нескольких месяцев 2000 года, будучи вице-премьером по вопросам топливно-энергетического комплекса, Юлия Владимировна смогла вывести из теневого обращения в энергетическом секторе свыше 10 миллиардов гривен. При этом в бюджет государства поступило 4 миллиарда. Это деньги, которые помогли правительству Ющенко рассчитаться с многолетними долгами по социальным выплатам. Ныне наша экономика требует такого же радикального прорыва. И я надеюсь, что Юлии Тимошенко в этом поможет как ее собственный опыт работы в правительстве Ющенко, так и те наработки, над которыми мы трудились в оппозиционном правительстве «Громады».

А относительно моей личной судьбы, то я обязательно уже в нынешнем году вернусь в Украину. И это не будет зависеть от того, кто у нас будет премьер-министром. При нынешней демократической власти я всегда смогу доказать свою невиновность перед украинским законом, если суд будет объективным, непредубежденным и справедливым. Конечно, если к тому времени еще будет такая необходимость.

Источник: Главред
    Комментировать
    Сортировать:
    в виде дерева
    по дате
    по имени пользователя
    по рейтингу
       
     
     
     вверх