Новый сборник под названием "Оранжевые сети" призван подкрепить эту точку зрения. Это первый результат деятельности нового "Института демократии и сотрудничества", задача которого - дать российский ответ на предпринимаемые Западом усилия по продвижению демократии.

Основатели нового института говорят, что со временем откроются его представительства в Нью-Йорке и Париже - сегодня, правда, нет даже веб-сайта. "Оранжевые сети" пока официально не опубликованы, но отрывки из этой книги уже цитируются на сайте прокремлевского телеканала Russia Today.

Однако вопрос о том, как себя вести с этой новой организацией, уже вызывает затруднения. Некоторые критики Кремля предвкушают схватку с новыми оппонентами, другие полагают, что новое учреждение настолько смехотворно, что его лучше просто игнорировать.

Последнее было бы ошибочно. У западной политической системы полно прискорбных недостатков - взять хотя бы американскую "предвыборную географию" или скандально высокий процент поддельных бюллетеней при голосовании по почте в Великобритании. Если внешняя критика необоснованна, ее можно опровергнуть. Если она правдива, то это повод принять меры.

Коммунистическая пропаганда в годы холодной войны заставляла западных лидеров более тщательно обдумывать свои решения. С ее окончанием из-за отсутствия идеологического вызова извне политики расслабились и стали самодовольными. Не поспоришь и с тем, что за последние два десятилетия западная политика стала более благостной.

Но по-настоящему важен другой, более существенный момент. До сих пор главный аргумент Кремля строится не на теоретизировании по поводу преимуществ "суверенной демократии" (или как это сейчас называется?), а, наоборот, на практических результатах.

Грубо говоря, логика следующая: в 90-х Россия не была готова к демократии. В результате она погрязла в хаосе и хищениях, которые, возможно, были инспирированы Западом, ведь он заинтересован в ослаблении России. С приходом в Кремль Путина баланс был восстановлен, к россиянам вернулись стабильность и самоуважение. Уровень жизни взлетел до небес, большая часть населения страны всем довольна.

Опровергая эти тезисы, обычно указывают, среди прочего, на то, что благосостояние последних восьми лет носит поверхностный характер, а популярность Путина - это результат выборных махинаций и подконтрольности СМИ. Думающие люди могут расходиться во мнениях по этим вопросам.

Но когда Кремль переводит огонь на вопросы "демократии" (то есть политической свободы и законности), ситуация, возможно, становится более сложной, чем кажется кремлевским пропагандистам. Если "оранжевая революция" на Украине в самом деле была всего лишь трюком, провернутым смышлеными аутсайдерами, почему результаты этих событий оказались такими устойчивыми? Никто ведь не пытается вернуть к власти смещенного Леонида Кучму.

Пусть украинские политики по-прежнему суматошны и коррумпированы, но они открыты, непредсказуемы и в значительной степени зависят от избирателей. А в России есть только окутанный тайной вопрос о будущих отношениях Путина с им же назначенным преемником Дмитрием Медведевым, и решаться он будет не волей избирателей, а подковерными манипуляциями.

Любые попытки облагородить политическую систему России в глазах стороннего наблюдателя, скорее всего, будут выглядеть крайне неубедительно. Александр Шохин, в 90-х - реформатор, а ныне - ярый сторонник Кремля, на прошлой неделе в интервью The Financial Times назвал Россию "островом стабильности" с "единой программой экономического развития до 2020 года".

И презрительно добавил, что "мы не знаем имени следующего президента США и, тем более, какая политика будет разрабатываться". Если новый институт станет критиковать открытые выборы и свободную прессу, его поднимут на смех. Но если это учреждение оценит их по достоинству, люди скажут: "А почему бы и в России этому не быть?"